Уж замуж невтерпеж - Анна Ледова

— Госпожа Эхения⁈

Ох, похоже, меня застукали в самый неподходящий момент. Или подождите… Кто кого ещё застукал? Фаяра-кухарка и смотритель Лендалл оба стремительно залились краской, торопливо разорвав нежное рукосплетение.

— Доброе утро! Фаяра, милая, вы уж не сердитесь, я тут похозяйничала немного. Марису будить не хотелось, а колбаски ваши мне аж во сне снились…

— Да… э-э-э… так я чайку вам сейчас… Вот и господин Лендалл пришёл печи зажигать.

— Да-да, печи! Это же первым делом, госпожа Эхения, всегда с того день и начинается. — Смотритель хоть и взял себя в руки, а слишком уж стремительно прошёлся по кухне, зарождая в ней магическую жизнь, и поспешил выйти.

Вспыхнули печи, завертелись взбивалки, выбрались из глубокой кадки водные бесенята-судомойки.

Расспрашивать Фаяру я, конечно, ни о чём не стала, да и Дора с Нарой не замедлили явиться. За чашкой ароматного чая осмелевшие девочки поведали свои самые страшные тайны: что Дорка храпит, а Нарка ноги через день моет. Но как тут не храпеть от Наркиных ароматов? И как Нарке ноги чаще мыть, если близняшка-сестра по часу в лохани плещется…

Наконец Фаяра прикрикнула на обеих, чтобы брались за работу, да я и сама не хотела больше мешать. Лишь сказала Фаяре, что прогуляюсь, пусть Мариса не волнуется.

— Госпожа Шеня! — Хотя бы мелкие согласились меня так называть, и то каждый раз под негодующим взглядом Фаяры. — Вы только в сторону леса не ходите, там, говорят, с вечера мансы сидят. Через изгородь не пролезут, нельзя им, но и не уходят, твари этакие.

— Мансы? — повторила я незнакомое слово. — Это звери какие-то?

— Звери! Дикие! Страшные! — наперебой заверещали подростки. — Один такой стадо коз за пять минут выгрызет, да не от голода, для забавы!

— Но господин Лендалл накрепко изгородь зачаровал! Ни одна тварь не пролезет, правда же, тётя Фая? Он хоть и сухарь бездушный, а ведь сильный какой маг!

Фаяра вновь немедленно покраснела.

Сад, раскинувшийся перед замком, утром был особенно прекрасен. Ещё сонный, головки цветов только-только поднимались навстречу солнцу, выползали из своих неведомых укрытий фарфальи, зевая во все свои хищные рты. А нет, не только зевали, а ещё и завтракать успевали! Меня аж передёрнуло, когда одна фарфалья на лету клацнула зубами и захрустела сочной мухой. Вот же природа… А ведь сзади самые настоящие феечки — платьица, разноцветные крылышки, нежные кудряшки.

Но заново любоваться чудесным парком я не стала, успею ещё всё тут рассмотреть. Пока гораздо интереснее, что за ним. Куда, например, ведёт эта широкая подъездная дорога, усыпанная мелким щебнем? И что за ограда такая волшебная, про которую девочки упомянули?

Неспешным прогулочным шагом, чтобы не вызвать подозрений, пошла вглубь ландшафтного чуда, не выпуская из поля зрения широкую главную дорогу. Ох и большой был сад, а всё же закончился. Я вышла из последней тенистой арки, в которую сплелись густые кроны, и передо мной раскинулись бескрайние луга и поля. Кое-где виднелись домики, слева поблёскивала река, справа темнел непроглядный лес. Тонкой ниточкой были очерчены границы владений — видимо, это та самая изгородь и была.

Напустив на себя самый беззаботный прогулочный вид, двинулась по широкой главной дороге, та проходила чуть левее леса. Пути отхода, помним же. По дороге мне встретилась телега с возницей и пара женщин следом. Селянок, судя по их совсем простым одеждам: полотняным рубахам с закатанными рукавами да широким юбкам с плетёной обувкой.

Те назвали госпожой и тоже предупредили насчёт мансов, но этим лишь раззадорили моё любопытство.

— Вы бы, госпожа, обратно в замок шли. Маг ваш хоть и силён рубежи держать, да только где ж это видано, чтоб мансы средь бела дня вокруг людей ошивались. Вон Стасько сейчас тюки сгрузит, да и займётся ими, у него и ружжо с собой…

— Отстреливать будет? — ужаснулась я. Неведомых мансов стало жалко, пусть они хоть трижды кровожадные хищники.

— Да боги-многие с вами, госпожа! — перепугались селянки. — Кто ж лесную тварь за просто так убивать станет, Скогена-хозяина гневить? В воздух шмальнёт пару раз, попугает, авось и уберутся… С вечера ведь сидят, бестии, да только вечером шуметь всем настрого запретили. Огнём их пугали, да те только воют, а в лес обратно не идут. Ну дела нынче творятся… А в замке-то! Слыхали уже, небось, что дочка герцогская наконец очнулась?

Я быстренько ретировалась, пока во мне эту самую дочку не признали. Платье на мне было довольно простое, волосы я заплела в косу — какая-нибудь бедная родственница на прогулке, но никак не наследница роскошного замка.

Минут через пятнадцать дошла и до ближайшей границы. И вот это и есть хвалёная магическая преграда? Я думала, изгородью девчонки её так назвали, по-свойски. А тут действительно пара длинных горизонтальных жердей на уровне пояса да редкий частокол. Дунь посильнее — сама развалится. Да я запросто через такую перемахну, да и снизу без труда пролезу! Тоже мне, нерушимые рубежи…

Лес начинался метров через двести, и невдалеке у самой изгороди я всё же углядела чужеродные тёмные пятна. В тени леса особо не было видно, но одно из них вроде лежало спокойно, а второе мельтешило вокруг. Я похолодела. Толком рассмотреть этих тварей я не смогла, но размеры их показались весьма внушительными.

Наконец одно пятно