Между "да" и "может быть". Искушение на девичнике - Екатерина Крутова

Она и представить не могла, что через несколько минут ее собственный, идеально выстроенный мир даст трещину под взглядом насмешливым темных глаз.

* * *

— Спартак Ваганович подъедет через полчаса, — сообщил менеджер, даже не предложив пройти в комнату для переговоров. Вероятно, таков был регламент с просящими аудиенции у владельца одной из крупнейших в стране коллекций раритетных машин и хозяина всероссийской сети автосалонов. — Можете присесть в зале.

Артем нервно вздохнул, обнимая невесту за плечи. Он не пытался ее успокоить или подбодрить — просто цеплялся, не зная, что еще делать в сложившейся ситуации. Алена распрямилась, крепче сжимая в руках сумочку с деньгами. Пятьсот тысяч слишком маленькая сумма — винтажный суперкар стоил около миллиона долларов. Любая запчасть для него стартовала от цены, равной годовой зарплате школьного учителя. Умница Орлова прокручивала в голове первоначальный план и кусала губу — уравнение не сходилось. Не хватало вводных данных — где-то пряталась неучтенная величина, мотив, заставивший Татляна, берегущего свою коллекцию как зеницу ока, выдать лоботрясу-блогеру раритетное авто просто под доброе слово и мизерный залог. Чего добивался Спартак — денег? Но у него их и так в избытке. Рычага давления на Митрофанова, а через него на допущенного к власти отца? Чем больше Елена размышляла, тем острее понимала — не получится просто отдать деньги, взять расписку и максимально дистанцироваться от этой истории.

Размышления прервали голоса — щебечущий женский и хриплый, неожиданно знакомый, мужской. Алена вздрогнула, осторожно оборачиваясь. И тогда она увидела его — того самого байкера, с которым сбежала с девичника и чей запах, кажется, въелся под кожу, несмотря на принятый душ, чистую одежду и духи. Фальшивый стриптизер стоял вполоборота, в той же косухе, что-то обсуждая с эффектной блондинкой лет сорока пяти. Сердце бешено заколотилось. Что он здесь делает⁈

Она не успела отвернуться — взгляды встретились. В его глазах мелькнуло удивление, сменившееся быстрым, как вспышка, узнаванием и насмешливой искрой, что запомнилась ей с минувшей ночи. Мужчина едва заметно кивнул, а губы дрогнули в быстрой улыбке.

Орлова сделала вид, что не заметила, отвернулась холодно, чувствуя, как все внутри сжимается во взведенную пружину. Пальцы вцепились в ремешок сумки так, что костяшки побелели. Только не сейчас. Только не здесь.

Дмитрий подошел и обратился к менеджеру. Наглец специально выбрал этого сотрудника, чтобы ее позлить! Голос мужчины, низкий и уверенный, резал слух. Она пыталась не вслушиваться, но против воли ловила обрывки фраз.

— … Фаркас Дмитрий Юрьевич… семь, девятьсот одиннадцать… — медленно и отчетливо произнесенные цифры, повторенные менеджером. Улыбка на загорелом лице и усмешка в прищуренных глазах. Алена застыла. Совершенно точно он сделал это специально — бросая ей вызов и давая шанс. Как ночью в клубе — остаться в идеальном пластмассовом мире или поддаться на искушение и решиться на побег. Девушка не расслышала, что шепнул жених на ухо, кажется, что-то про кофе и освежиться.

Спутница Дмитрия легкомысленно взяла мужчину под руку, что-то весело щебеча. Алена видела, как фальшивый стриптизер улыбается блондинке, как та звонко целует небритую щеку, и грудь Орловой внезапно кольнуло острым и неприятным чувством. «Альфонс? Особые услуги для одиноких дам? А я просто очередная дура, клюнувшая на крючок», — пронеслось в голове. Холодный ум тут же подсказал, чем именно занимался байкер-танцор в клубе — определенно искал новую добычу, а наткнулся на скучающую невесту.

Это открытие только усилило раздражение. Девушка резко развернулась и прошла к Артему, впечатывая каблуки в керамику пола громче, чем требовалось.

— Что случилось? — обеспокоенно поднял глаза жених.

— Ничего. Надеюсь, Спартак не будет тебя мариновать унизительным ожиданием. У меня нет на это времени.

Она села на неудобный, слишком низкий диванчик, молча приняла из рук Митрофанова стаканчик безвкусного капучино и уставилась в стену, пытаясь выбросить из головы низкий голос и насмешливый взгляд. Жутко бесила неспособность сосредоточиться на делах, цифры чертова телефона прожигали память, путая все, кроме одной-единственной мысли: «Фаркас Дмитрий Юрьевич. Девятьсот одиннадцать…»

Через двадцать минут их пригласили в кабинет владельца, в отличие от лаконичного стекла и хрома салона, отделанный темным деревом, дорогой и нарочито броской позолотой и давящий своим имперским величием всех и каждого, посмевшего переступить порог.

Спартак Ваганович Татлян не сидел за массивным письменным столом, красовавшимся в глубине кабинета. Он стоял у огромной панорамной карты города, висевшей на стене, и медленно обводил пальцем один из районов, помеченный красным.

— Садитесь, — бросил бизнесмен через плечо не оборачиваясь. Голос Татляна скрипел как старое дерево, пережившее сотни бурь, но так и поддавшееся ни одному топору.

Артем поспешно плюхнулся в кресло, похожее на трон. Алена, сохраняя осанку, заняла место напротив, положив сумку с деньгами на колени.

Татлян, наконец, повернулся. Невысокий, коренастый, с лицом, изборожденным морщинами и старыми шрамами, он казался инородным телом посреди показной роскоши. Глаза, маленькие, глубоко-посаженные и пронзительно-холодные, медленно, оценивающе обвели Артема, заставив того съежиться, а затем остановились на Алене.

Спартак неторопливо подошел, возвышаясь на сидящими, а потом внезапно улыбнулся — широко, щедро, только взгляд остался неизменным — просвечивающим, как рентген.

— Ну что, Тема, — мужчина по-отечески покачал головой, — накосячил, браток. Серьезно накосячил. Машина — не просто железка. Это история. Ее теперь полгода по запчастям из-за границы ждать. Но… — он сделал паузу, давая Артему проникнуться, — я человек понимающий. Молодость, глупость, жажда адреналина… Сам таким был.

Татлян вразвалку прошелся по кабинету, взял со стола толстую сигару, но не закурил, лишь покрутил в пальцах.

— Деньги… — он кивнул на сумку Алены, — это, конечно, мило, особенно в руках такой прелестной особы. Дочка Владимира Орлова, верно? Передавай привет Вовану, думаю, он меня вспомнит, — короткая недобрая усмешка, от которой у девушки по коже пробежала волна мурашек. Она старалась сохранить лицо и не подавать вида, что происходящее пугало и раздражало одновременно. Но Алена знала — опытный делец, а в прошлом и боец, без труда считал ее мимолетную слабость. Переключив внимание на Митрофанова, бизнесмен продолжил:

— Но бабло не решает проблему. Это даже не десятая часть стоимости восстановления. — Увидев, как Артем снова напрягся, мягко добавил: — Но я не чудовище и не хочу вас разорять. Эту проблемку можно разрулить иначе.

Он вернулся к карте города, ткнул пальцем в тот самый обведенный район.

— Видишь, Артемка? «Новый Приморский кластер». Твой отец активно участвует в распределении лотов. У