Нельзя любить чужого мужа - Аида Богдан

По совету провизора, он купил сразу несколько тестов, и вручил их Виолетте, терпеливо дожидавшейся его в машине. Она наотрез отказалась идти с ним в аптеку, поскольку ей было крайне неловко.

Попрощавшись с Мечом, остановившемся у соседского дома, добежала до своего, и юркнула внутрь подъезда. Дома закрылась в туалете, совмещённом с ванной комнатой и использовала для начала два теста из пяти купленных. Потом принялась ждать, мысленно отсчитывая томительные минуты и секунды.

Наконец открыла глаза и взглянула на две полоски, что ярко горели сразу на двух тестах. Сфоткала оба и послала фото по ММС, мол, на, любуйся на дело рук своих, и других конечностей. Пришло оповещение, что сообщение доставлено, а реакция от Мечеслава прилетела лишь по прошествии времени.

Он позвонил сразу, как только пришёл в себя. Виолетта и впрямь оказалась беременной от него. Впереди их ждёт множество трудностей, вряд ли кто-то из общих знакомых одобрят появление ребёнка вне брака.

Сделать же предложение, будучи женатым, возможным не представлялось. В общем, как бы Мечеслав сейчас ни поступил, он будет выглядеть подонком не только в глазах окружающих, но и в своих собственных.

Глава 10 Без вины виноватые..

Машинально сфотографировав две полоски на обоих тестах разом и отправив изображение виновнику их появления, Виолетта застыла в оцепенении, не зная, что делать дальше. До неё стало медленно доходить, что грядёт грандиозный скандал, ведь Мечеслав несвободен, а это означает, что она разлучница.

Они не только стали любовниками в то время, как его законная жена находится при смерти и почти год не выходит из комы, но и зачали ребёнка. С этим как быть? Кто поверит, что всё вышло случайно, с одного единственного раза?

Да и надо ли объяснять, как было на самом деле? Отец всегда говорил, что оправдывается только виновный, но можно ли их с Мечом назвать таковыми, если они без вины виноватые? Просто оказались в одной постели, а там уж случилось притяжение двух орбит, зов природы никто не отменял, даже во сне.

Прошло несколько минут, а Мечеслав никак не реагировал. Понятно, что в шоке, но всё же должен понимать, что ей сейчас как никогда нужна поддержка? Отчаяние поднималось изнутри, грозя затопить всю душу, но тут завибрировал телефон, голос звонившего не оставлял сомнений, что он счастлив.

— Спасибо, что не стала меня долго мурыжить и прислала фотографию, как только сделала тест, — ласково произнёс мужчина, — предчувствие меня не обмануло, я уверен, что у нас будет сын.

— Ты мне лучше скажи, что будем делать? — спросила Виола настороженно, не в силах унять внутреннюю дрожь, переходящую в панику.

— Рожать, конечно. Или ты не хочешь? — уточнил на всякий случай.

— А разве есть выбор? Малыш уже внутри меня, даже если я буду одна против целого мира, я всё равно не стану от него избавляться, если хочешь знать, я его уже люблю.

— Во-первых, ты не одна, я рядом, а во-вторых, я тоже уже люблю нашего мальчика, ну и в третьих, никто не может тебя заставить сделать что-то против твоей воли, пусть только попробуют сказать про тебя плохо.

— Даже если это будут мои родители, или братья?

— Уверен, что они будут на твоей стороне, пусть ругают меня, заслужил, но не тебя.

— Меч, ты только пока не звони тёще, не надо.

— Почему? Чего ты боишься?

— Судя по всему она очень скандальная, не хочу окунаться во всю эту грязь, дай мне пока попривыкнуть к моему состоянию, — произнесла убедительно, надеясь на понимание.

— Хорошо, раз так, то я не стану её оповещать. В конце концов, это не её дело.

— Как это? Она вообще-то мать твоей жены, не забывай об этом.

— В последнее время эта женщина совсем потеряла берега, скандалит всякий раз, обвиняет во всём. Хотя я не имею отношения к той аварии, и честно сказать вообще не понимаю, как Катя очутилась в машине моего отца. И на этот вопрос мне никто не ответит, потому что он погиб вместе со своей женой.

— Сама Катя и ответит, как только очнётся, ты главное верь.

— Хотелось бы, чтобы очнулась, но врачи не дают прогнозов, говорят, что шансы минимальны. Даже если очнётся, не факт, что будет жить полной жизнью, уж слишком долго находится в коме.

— Но ты же не позволишь отключить её от аппаратов жизнеобеспечения?

— Нет, конечно, я не такой подлец, каким кажусь. Да, я виноват перед ней и перед тобой тоже, тут не спорю, но не в моих силах изменить это.

— Я вовсе не считаю тебя подлецом, Мечеслав, ты очень хороший, правда, не наговаривай на себя, прошу, тем более, что я не в меньшей степени виновата в случившемся.

— Ты вообще тут ни при чём. По большому счёту мне нужно руки и кое-что другое оторвать за то, что посмел к тебе прикоснуться, сорвал цветок, который растили не для меня. И всё же я счастлив, что стану отцом, оно того стоило, — твёрдо заявил он.

— Спасибо, что готов поддержать меня с ребёнком, несмотря на то, что вовсе не планировал связываться с малолеткой, я даже и не нравилась тебе никогда, — голос Виолы дрогнул от избытка чувств, — что касаемо меня, то ты мне всегда был симпатичен, ещё до твоей женитьбы, поэтому я совру, если скажу, что жалею о случившемся.

— Ты очень красивая девушка, любой мужчина это подтвердит, поэтому ты не можешь не нравиться, Виола. Больше скажу, я был бы рад сделать тебя своей женой, но не могу, потому что есть Катя.

— Да, я знаю, ты её очень любишь, — с грустью констатировала Виола, — спасибо тебе за честность.

Мечеслав не успел ничего сказать, потому что услышал, как девушка отвлеклась на стук в дверь и ответила на вопрос матери, что скоро выйдет. Она заперлась в ванной и всё это время общалась с ним по телефону, понятно, что её потеряли.

— Доченька, ты почему так долго? С тобой всё хорошо? — забеспокоилась Маня.

— Да, мам, иду.

— Выходи, милая, отец приехал, ждём тебя за столом.

— Мечеслав, прости, мне пора закругляться. Только бы не заподозрили, что я что-то скрываю.

— Давай я приеду прямо сейчас и расскажу им обо всём? Пусть меня ругают, я готов ответить за содеянное.

— Нет, пожалуйста, только не сейчас, прошу, — взмолилась Виолетта, — мне нужно подготовиться морально. Мне ещё всю неделю учиться, впереди два зачёта, давай лучше на выходных?

— Хорошо, только я и Илью попрошу приехать.

— Что-то мне совсем стало боязно, может пока