Охота на княжну, или Сердце демона - Елена Легенькая

Злить его ещё больше я не хочу. Поэтому сижу в машине тихой мышкой, хотя соблазн дать дёру очень велик.

Обойдя машину, Глеб садится за руль.

Послышался щелчок блокировки дверей. Мотор взревел, и машина, резко набирая скорость, срывается с места. Впопыхах пристёгиваю ремень. Безопасность — наше всё! Ненавижу скорость. В голову задувает холодный ветер из-за не до конца закрытого окна на заднем сидении машины. Смотрю на спидометр скорости, и мне плохеет от увиденного. Совсем с ума сошёл. Ещё немного, и мы пойдём на взлёт как самолёт.

— Послушай, я ни в чём не виновата. Бьюсь об заклад: Юлька всё подстроила, — начинаю я разговор в попытке достучаться до здравого рассудка Глеба.

— Я тебе верил! А ты? Предательница! Блудница! — убийственным тоном говорит Глеб, сильнее сжимая руки на руле.

Затем резко тормозит, отчего слышен свист от колёс. По инерции меня тянет вперёд, и я упираюсь руками в бардачок. Машина съезжает с асфальтированной дороги и движется по бездорожью. Скорость теперь не такая высокая, но трясёт знатно. В салоне автомобиля запахло пылью и травой.

— Ты меня, вообще, слышишь? — недоумевая, кричу я. — Куда мы едем?

На улице темень, дороги нет. Едем по какому-то полю среди леса. Что мы тут делаем — непонятно. Решил меня прибить? Или бросить одну? Не нравится мне всё это.

— Мне не нужно слышать! Я всё прекрасно видел!

На последних сказанных Глебом словах у меня воздух из лёгких спёрло, поскольку машина срывается с обрыва в реку.

Ремень безопасности неприятно впился в тело. Глеб приглушённо застонал. У него разбита голова.

В отличие от меня, он не был пристёгнут. Салон заполняется водой, и машина начинает планомерно погружаться в воду.

— Ты как? — спрашиваю я Глеба, а сама отстёгиваю ремень. В ответ он мотает головой, даже не соизволив посмотреть в мою сторону. — Нужно срочно выбираться!

Дёргаю дверную ручку. Бесполезно. Двери заблокированы. Начинаю паниковать. Не найдя лучшего решения, пытаюсь выбить ногами лобовое стекло. По стеклу пошла трещина, на этом всё. Моих сил не хватает.

— Да сделай уже что-нибудь! Мы сейчас утонем! — кричу во всю глотку.

Реакции ноль. Он совершенно ничего не предпринимает! А если бы он тоже хорошенько вдарил ногами в стекло, то у нас бы всё получилось.

Машина полностью уходит под воду. Со всех щелей брызжет вода. Машину носом кренит вниз, и я перелезаю на заднее сидение машины. Максимально глубоко дышу.

Я сейчас собрана как никогда. Цель — спастись во что бы то ни стало.

Всё. Воздуха почти не осталась. Делаю последний вдох и ухожу полностью под воду.

Хватаюсь за приоткрытое стекло и со всей силы давлю его вниз. Получилось!

Когда уже почти выбралась из машины, и остаётся дело за малым, Глеб хватает меня за ногу и удерживает. С лёгких выходит задержанный воздух. Упираюсь руками о крышу машины и дёргаю ногу на себя. Вырваться не получается. Лёгкие горят огнём. Сил терпеть больше нет. Делаю вдох. Лёгкие заполняются водой. На какой-то миг мне кажется, что в воде есть кислород, и я могу дышать, подобно рыбе.

Когда в глазах начинает темнеть, чувствую, что рука на ноге ослабла. Освободившись, отталкиваюсь из последних сил от машины.

Свет от ярко светящей Луны близок. Но мне не суждено достичь поверхности водной глади. Глаза окутывает непроглядная тьма.

Глава 9

— Кара. Кара! — говорит Илария, слегка меня тряся. — Да что же это такое? Шмыра, беги к главному лекарю и поторопи его.

Темнота в моих глазах рассеивается. Засуетившаяся Шмыра неаккуратно ставит поднос со столовыми приборами на стол, заставленный едой. Посуда звякнула. Перекинув полотенце через спинку стула, Шмыра обеспокоено смотрит на Лару, которая пристально всматривается в моё лицо.

— Да-да, госпожа. Я быстро. Что сказать лекарю? Ох… меня всего ничего не было. Совсем её наитемнейшество оставить одну нельзя, — едва не плача, причитает Шмыра.

Бедолага. Тяжело ей приходится со мной. Не повезло с хозяйкой.

— А… погоди, уже не нужно, она пришла в себя, — даёт сестра отмашку служанке. — Ну? И что это было? Я полчаса растолкать тебя не могла. Пугаешь не на шутку, — тяжело вздыхая, произносит Лара, садясь на широкий подоконник.

Бесстрашная. Высота — иго-го какая, если упасть, то костей не соберёшь. Я кстати стою у окна, как тут оказалась — не помню. Сидела ведь на софе.

Ответить Ларе ничего не могу. В горле будто ком застрял. Не протолкнуть. На душе гадко. Вот тебе и Глеб! Убил! Убил меня зараза. Я бы могла выплыть. Успела бы. А, может, он специально все так сделал? От ревности решил нас обоих отправить на тот свет? Иначе зачем вообще было сворачивать с трассы. Ну почему женщинам в моей семье так не везёт с мужчинами⁈ Похоже на расплату за грехи какой-нибудь прабабки.

— Молчит. Думаю, она умом тронулась, — выносит вердикт моему состоянию Лара, хмуря брови.

— Пожалуй, я вс-таки схожу за лекарем. Не доверяю я вашей народной медицине, — сказала Пупа и неспешно вышла из комнаты.

— Всё в норме, — тихо говорю я хриплым голосом, в ответ получая скептическое выражение лица.

Не поверила. Ну и ладно. Доказывать ничего не собираюсь. Ведь на самом деле если я физически и чувствую себя прекрасно, то на душе у меня погано.

Смотря на Иларию, понимаю, что мне приятно от её заботы и поддержки. Шмыра тоже переживает, суетится на мой счёт. В груди начинает теплеть. Одиночество в этом мире мне не грозит. Для себя решаю, что никогда не открою им правды. Во-первых, не хочу их расстраивать. Во-вторых, не знаю, насколько это безопасно. Мало ли, вдруг в этом мире попаданок на кострах сжигают.

После речи князя, которую я благополучно прослушала, вся собравшаяся на площади толпа падает на колени. Головы не склоняют, а смотрят на своего господина с преданностью, уважением и восхищением. Вот это да. У меня с головы все плохие мысли от увиденного вмиг ветром сдуло. Это ж какая мощь и сила сосредоточены в руках новоиспечённого отца. С ним я ещё незнакома, но уже уважаю. Мужик! Совершенная противоположность моему земному отцу.

На того смотрели иначе. С отвращением, брезгливостью, порой с жалостью. Да я сама на него иногда так смотрела, чего греха таить. Часто он не доходил до квартиры, засыпал в подъезде, «дул» в штаны, и порой его рвало. Естественно, вонь по подъезду шла, и соседи были недовольны. Вдобавок не работал, всё с дома