Снова развод. Не его, не твоя - Нина Авсинова

знаю имя матери твоего ребёнка? — Я смеюсь коротко, без радости. — А ещё я знаю, что ты предложил ей сделать аборт. Что сказал, будто дети тебе неинтересны. И что она уехала в другой город, потому что ты отказался от ответственности.

Дмитрий опускается на стул. Прячет лицо в ладони.

— Это... это было давно, — говорит он глухо. — И я не уверен, что ребёнок мой...

— Не уверен? — Моя спокойность начинает трещать по краям. — Ты изменял мне направо и налево, ты знал, что у тебя, возможно, есть ребёнок! А я все эти годы ждала, когда ты будешь готов к детям! Просила, умоляла, а ты говорил «подожди ещё немного»!

Он поднимает голову. В его глазах что-то отчаянное.

— Аня, пожалуйста... Я всё исправлю. Я…

В этот момент звонит его телефон.

Резко, неожиданно. Мелодия разлетается по кухне, и мы оба замираем. Телефон лежит на столе между нами, экран светится.

Я читаю имя на дисплее: «Диана».

Смотрю на Дмитрия. Он смотрит на телефон, потом на меня.

— Ответь, — говорю я. — При мне. Включи громкую связь.

— Аня, не надо...

— Включи. Громкую. Связь.

Он нажимает кнопку дрожащим пальцем.

— Димуля? — звучит женский голос, тёплый, интимный. — Почему ты не отвечал весь день? Я волновалась. Когда приедешь? Я приготовила твоё любимое блюдо.

Дмитрий смотрит на меня с выражением человека, которого поймали с поличным. Последним поличным, после которого уже нет смысла что-то отрицать.

Я наклоняюсь к телефону и говорю спокойно:

— Диана? Это жена Димули. Он сегодня к вам не приедет. У него серьёзный разговор.

Я сбрасываю звонок.

Мы смотрим друг на друга. Дмитрий белый как стена, я чувствую странное спокойствие, почти облегчение. Наконец-то всё открыто. Наконец-то можно не притворяться.

— Всё, — говорю я. — Игра окончена, Дмитрий. Завтра ты съезжаешь из этой квартиры. К Диане, к кому хочешь. Мне всё равно. Документы на развод я подам в понедельник.

Он встаёт резко, опрокидывая стул.

— Ты не можешь! Это моя квартира тоже! Я за неё плачу! Половина вещей моя!

— Можешь забрать свои вещи, — отвечаю я равнодушно. — А квартира останется мне. За все годы унижений и обмана. Считай это компенсацией.

— Я подам в суд! Я не дам тебе...

Я смотрю на него — на искажённое яростью лицо, на сжатые кулаки — и понимаю: вот он какой, мой муж, когда маска спадает. Вот что скрывалось за этой домашней нежностью.

— Подавай, — говорю я устало.

Поворачиваюсь и иду в спальню. Слышу, как он что-то кричит мне вслед, но не слушаю.

Закрываю дверь, сажусь на кровать, достаю телефон.

Пишу Лиане: «Завтра не приду. Семейные обстоятельства. В понедельник буду».

Отправляю.

За дверью слышно, как Дмитрий ходит по квартире, хлопает дверцами шкафов. Надеюсь, что собирает вещи.

Я ложусь на кровать, закрываю глаза.

Странно. Должно быть больно. Должно хотеться плакать. А вместо этого — только усталость и какое-то тихое облегчение.

Глава 10

В понедельник утром я прихожу на работу с чувством, что прожила целую жизнь за выходные.

Дмитрий ушёл — собрал две сумки, хлопнул дверью и больше не появлялся. Я провела субботу и воскресенье в пустой квартире, убирая следы нашей совместной жизни. Его фотографии с тумбочки, его книги с полок, запасную зубную щётку из ванной. Всё в коробки, всё аккуратно, без эмоций.

Странно, как быстро восемь лет могут поместиться в три картонные коробки.

В офисе все ведут себя как обычно. Лиана спрашивает о семейных обстоятельствах — я отвечаю коротко, что всё в порядке, и она не настаивает. У неё самой хватает дел перед декретом.

Работаю до обеда не поднимая головы. Отчёты, планы, бюджеты — всё это требует концентрации, и я благодарна за возможность не думать ни о чём другом.

В половине первого стук в дверь.

— Войдите, — говорю я, не отрываясь от экрана.

— Как дела?

Поднимаю голову. В проёме стоит Кирилл.

Он заходит, прикрывает дверь и садится напротив моего стола. Смотрит внимательно, изучающе.

— Нормально, — отвечаю я. — Работаю.

— Это я вижу. — Он кивает на мониторы, заваленные документами стол. — А как ты? Сама?

Я откидываюсь в кресле, смотрю на него и думаю о том, что это странный вопрос от начальника подчинённой. Слишком личный, слишком заботливый.

И в то же время именно тот вопрос, который мне нужно было услышать.

— Честно? — говорю я. — Не знаю. Пока только ощущение, что надо разгрести завалы. Документы подать, имущество поделить, всё формализовать. А как я — пока не понимаю.

Он кивает.

— Тебе нужен хороший юрист, — говорит он просто.

— Да, наверное.

— У меня есть знакомый. Толковый, честный. Андрей Борисович. Запиши номер. Скажешь, что от меня — примет в ближайшее время.

Он достаёт телефон, находит номер, диктует мне. Я записываю.

— Спасибо, — говорю я. — Но не обязательно было...

— Обязательно, — перебивает он твёрдо. — Тебе нужна поддержка, а я могу её обеспечить. Элементарно.

Мы смотрим друг на друга несколько секунд. В его глазах — что-то тёплое, заботливое. Не жалость — именно забота, без снисходительности.

— Как дела с невестой? — спрашиваю я осторожно. — Не сильно рассердилась из-за... ну, из-за того, что застала нас в кабинете?

Он отводит взгляд, смотрит в окно.

— Всё в порядке, — говорит коротко.

— Кирилл, я действительно не хотела создавать тебе проблемы...

— Не создала, — он поворачивается обратно ко мне. — Всё в порядке.

Встаёт, идёт к двери. Останавливается на пороге.

— Позвони адвокату сегодня. Не откладывай.

И уходит.

Звоню адвокату в два часа дня.

— Андрей Борисович? Здравствуйте! Меня зовут Анна. Мне дал ваш номер Кирилл Андреевич...

— А! — голос сразу становится теплее. — От Кирилла? Конечно, конечно. Сегодня в четыре подойдёт? У меня как раз окно освободилось.

Подойдёт.

Офис адвоката находится в центре, в красивом старинном здании. Поднимаюсь на третий этаж, нахожу нужную табличку, звоню.

Дверь открывает высокий мужчина лет сорока с приятным лицом и внимательными глазами. Смотрит на меня секунду — и вдруг широко улыбается.

— Анька? Анька Журавлёва?

Я смотрю на него, и что-то щёлкает в памяти. Знакомые черты, знакомая улыбка...

— Андрюша? — шепчу я. — Андрюша Волков?

Он хохочет и обнимает меня.

— Ну ты даёшь! Сколько лет прошло? Лет двадцать, наверное!

Андрей. Мой сосед по даче, друг детства. Мы росли рядом, вместе лазили по чердакам, вместе учились ездить на велосипеде. Потом разъехались — его родители переехали в другой район.

— Проходи, проходи! — Он ведёт меня в кабинет. — Рассказывай, как дела, чем живёшь. И как судьба занесла к адвокату Волкову?

Я рассказываю. Коротко, без лишних подробностей, но честно. О муже, об изменах,