В этой жизни я смелая! - Снеталия Морозова

Я вышла из кабинета.

У него женщина есть… и не скрывает даже, любит её, наверное. Жениться не может на ней…Она замужем? Фу-фу, хорош мусолить его, я молода – это бонус шикарный. Надо бы Генри попытать про Дамагию, про свою магию как-то спросить. Я боялась злоупотреблять ею, вдруг меня платья поглотят, вещизм сгубит, стану шкафом каким-нибудь. Да, и Софи вывести на прогулку пора. О, и обед приготовить предстоит.

Генри мне показал холодильный шкаф, улыбался всю дорогу, демонстрируя кухню – радовался, что я сама готовить буду и что Литиция здесь больше не живет.

- Софи, покажи мне двор, пожалуйста, папа говорил, что у вас площадки есть.

Малышка кивнула, сама взяла меня за руку, и мы пошли.

Бернар смотрел на них из окна кабинета, внимательно рассматривая красивые белокурые волосы в простой прическе Нади, её походку, тонкие запястья, спину прямую, то, как она погладила дочь по голове, как ей улыбнулась. Проводил их взглядом до угла. Его молодая жена и дочь скрылись.

Граф прислонил руку к стене дома:

- Понравилась тебе Нади. Чувствую, что понравилась…

10.

Сразу за домом была небольшая площадка с коротко стриженной травой – ровным красивым газоном, одним словом. На ней всего две качели и круглая беседка, а рядом была хорошо оснащённая площадка, огороженная невысоким забором, с большим количеством спортивных тренажёров, беговая дорожка, полоса препятствий даже.

- Здесь занимается Фред, это поляна зачарована, сама подстраивается под спортивные состязания.

Я обернулась, совсем не заменила, как к нам присоединился Генри.

- Вот это два высоких каменных обелиска, они служат воротами, на их вершинах горят вечные огни, освещая полигон в сумрак. Вместо сеток – плетеные магические барьеры, прозрачные, как стекло, но упругие, как паутина великого лесного паука. Здесь Фред оттачивает свою магию и укрепляет физическое тело. Юный граф очень силен магически, как и отец.

До меня дошел запах медуницы, запах моего детства и прошлой жизни. Я вдохнула глубоко.

- А за полигоном что?

- Ничего, там когда-то, очень-очень давно, был сад, сейчас - заросший двор.

- Я хочу туда!

Меня манил заросший сад.

- Можно?

- Надия, ты тут хозяйка, эта земля твоя.

Мы с Софи пошли навстречу приключениям, по-другому не скажешь.

- Я там не была ни разу, - прошептала таинственно и очень воодушевленно девочка.

- И я! – так же таинственно, подыгрывая Софи, сказала.

Мы открыли калитку, и тут же в нос ударил запах диких растений. Мне бросился в глаза заросший прекрасный сад. Природа взяла свое, плющ оплел каменную оградку, превратив её в живую крепость, дикий виноград раскинул свои лапы под старой беседкой, что стояла неподалеку, создавая шатер из листьев. Я увидела тропинки из когда-то аккуратно выложенных камней, но теперь они утонули в земле, и между ними проросли ромашки и клевер, а кое-где ярко-синие незабудки. Мы шли медленно по тропинке, крутя головами по сторонам, мне трава была выше колен, а Софи доставала до пояса, а местами - до плеч. Девочка восхищённо вздыхала, жадно высматривая каждый цветок. Щечки её покрылись румянцем. Генри шел за нами.

- Я сам сюда уже не заходил много лет, - дворецкий тоже крутил головой, созерцая сад.

Мы попали в царство цветов. Я аж охнула. Розы стали дикими, их бутоны были маленькими, но очень ароматными - благоухали, стебли переплелись с ежевикой, создавая колючие, но очень живописные заросли. В тени кустов росла мята и мелисса, я наступила неосторожно на куст лимонника – и воздух мгновенно наполнился свежестью. Мы дошли до раскидистого огромного дуба, под ним стояла покосившаяся скамья, её дерево посерело от времени, но было ещё крепко. Я наклонилась, провела рукой по скамейке, убирая веточки, а Генри провёл рукой над сиденьем, и она стала абсолютно чистой.

- Спасибо! Здорово! – я была поражена мастерством мага.

Мы втроём сели на скамейку, Генри опустился рядом с малышкой. Мы с Софи крутили головами, ощущая себя в каком-то царстве.

Тишину нарушали шорох ящериц в траве, жужжание шмелей, шелест листьев, скрип ветвей яблони, давно одичавшей, с маленькими еще не созревшими плодами.

Мне здесь очень нравилось, захотелось – нет - не облагородить сад, а наоборот, оставить в таком виде, построить шалаш какой-нибудь и приходить сюда. Здесь словно время остановилось, или нет – шло, но очень-очень медленно. В саду не было порядка, но была самая настоящая природная гармония, не было ухоженности, но был уют, который создала сама природа. Здесь словно в каждом уголке притаилась сказка.

- Как же здесь хорошо! - я расставила руки ладонями к небу, подняла лицо солнцу, глубоко и медленно вдохнула.

Софи уже соскочила с лавочки, копошилась, разговаривая с кем-то в ворохе трав.

Мы с Генри встали со скамьи, согнулись, подглядывая за малышкой.

Она маленькими пальчиками, нежно касаясь, гладила пушистую толстую гусеницу.

- Софи, это кто? – я шёпотом спросила.

- Это гусеница, скоро из неё получится павлинион – самая красивая бабочка, верх будет вишнево-красный, а низ - черно-бурый.

- Какая ты умница! Я не знала.

Софи впервые засмеялась, села на коленки, забывая про внешний вид, высматривая ещё каких-то букашек.

Мы с Генри посмотрели друг на друга. Он одними губами произнес: «Спасибо».

Мы нарвали с Софи букетики коротких полевых цветов, пошли домой.

- Софи, поможешь мне приготовить обед, нам надо накормить мужчин?

- Я? – она выручила глаза.

Малышка была такая смешная, с грязными коленками, выбившимися прядками, но раскрасневшаяся и довольная.

- Да, мне нужна помощница, Литиция с нами больше жить не будет, и мы с тобой одни хозяйки в доме.

Похоже новость про Литицию и Софи очень обрадовала.

- Конечно, помогу. Мама….

Я почувствовала ком в горле, подхватила её на руки и понесла, удобно расположила её ноги по бокам, поддерживая под попу, она обхватила меня за шею и засмеялась.

Я только ступила на крыльцо, дверь отворилась, и из дома вышел Бернар. Он был одет в белоснежную рубаху, черный парадный фрак и классические черные брюки.

Граф выдохнул от неожиданности, осматривая нас.

- Пап, мы нарвали с мамой цветы, были в заброшенном царстве! Я видела гусеницу павлиниона.

Бернар открыл рот, намереваясь что-то произнести, но я быстро прошла мимо, унося себя и его дочь.

- Пап, до встречи! – крикнула девочка.

- До встречи, Софи, - пробурчал граф,