Между строк - Ирина Фуллер

— Я провела целую ночь в машине. Вдвоем со стажером, — заявила она.

— Поздравляю, — бросил он. — Мы с женой на такие приключения уже давно не решаемся.

Раздраженно вздохнув, Констанция уперла руки в бока:

— Как я сказала по телефону, мы караулили персонажа. Пытались выманить из квартиры со вчерашнего вечера. Читательница нам просто не открывала. Мы даже вызвали полицию, но все напрасно. И мы со вчерашнего обеда сидели в машине, ожидая, когда читательница выйдет, и мы сможем что-то предпринять. Мы спали по-очереди, сидя в креслах. Я выпила пять чашек американо, и, мне кажется, у меня обострилась язва желудка.

Она подошла ближе к его столу и уперлась пальцами, вынуждая все же посмотреть на нее.

— И поверь, Игорь, последнее, что мне сейчас надо, в этот субботний день, когда я формально даже не на дежурстве, чтобы ты предъявлял мне претензии за то, что я добавила тебе работы. Если бы я ждала до понедельника, работы у тебя было бы гораздо больше, потому что неизвестно, что случилось бы с персонажем. Читательница решила сделаться с той лучшими подружками. Но пока еще есть шанс убедить ее, что это все был лишь сон. Или что вы там в таких случаях делаете…

— «Или что вы там делаете», — передразнил ее Игорь. — Много мы чего делаем, даже в таких вот мелочах. Это вам, охотникам, главное — поймать, а там — трава не расти. А мы разгребаем.

— Ну я так же могу сказать, что мы тут изо всех сил ищем, бегаем по городу, ловим, иногда ценой собственного здоровья, а вам — лишь бы тихо, лишь бы никто ничего не узнал.

Пару мгновений они сердито смотрели друг на друга. Потом Игорь вздохнул и так по-отечески мягко произнес:

— Замуж бы тебе, Непейвода, чтобы по выходным дома сидела, а не по подворотням шаталась.

Констанция сжала зубы. Игорю повезло, что ловец в ее руках был ей нужен, и она не готова была кинуть им ему в голову.

— Вот только твоих советов мне и не хватало, — процедила она и пошла прочь.

— Шли свое поручение на мою почту, — бросил Игорь ей в спину.

Она не стала ничего отвечать, чтобы не запустить спор по-новой. Однако мысленно ответила, что не нуждалась в его разрешении, поскольку это все являлось частью его работы! Даже если бы он не дозволил ей отправить поручение, она бы сделала это!

Нинель Владленовна в этот выходной отсутствовала в Архиве, поэтому Констанция поместила ловец с Элизой в специальный деревянный кейс на стойке и вложила формуляр в прозрачный кармашек, прикрепленный к его крышке.

Ей было так любопытно, что же происходило с персонажами дальше!

Разрыв происходил между реальным миром и миром вымышленным, наполненным миллионом маленьких вселенных.

Конкретный персонаж сбегал из конкретной книги: в ней пропадали строки, уничтожившие тонкую грань между мирами. При этом персонаж оставался связан со своей книгой. В остальных же изданиях этой истории все оставалось по-прежнему. Китнисс Эвердин из конкретного экземпляра могла гулять по Петербургу, но во всех остальных томах она продолжала выживать в Голодных Играх. Бэлла Свон могла выдернуть строки из одной конкретной книги и отправиться на прогулку вдоль Мойки, но во всех остальных она продолжала страдать по Эдварду и бороться за свое право на жизнь. Гарри Поттер мог пытаться проникнуть на платформу 9 и ¾ на Московском вокзале, но в миллионе других изданий он уже ехал в Хогвартс на поезде. Кроме разве что второй части, когда ему пришлось воспользоваться фордиком Уизли.

Что при этом происходило в вымышленном мире? После рассказов Кинга Констанция представляла его пеной, наполненной бесконечным множеством пузырьков. Один пузырь — одна книга. Чем книга популярнее, чем больше раз ее издавали, тем больше пузырьков собиралось в мире вымышленном. И тем легче стиралась грань между той вселенной и нашей. Пенные потоки текли в бесконечности, создавая множество млечных путей на небосводе нереальности. Вот огромный вспененный ворох пузырьков «Графа Монте-Кристо», а вот совсем тонкое, почти незаметное молочное полотно недавно выпущенного романа.

Когда происходил разрыв, пузырек лопался, персонаж из него проникал в нашу реальность, оставляя свой микромир пустым, незавершенным, полуправильным. Книга тоже оставалась лишенной нужных знаков и нужного персонажа.

Но перед охотниками никогда не ставили задачи раздобыть книгу. Нет, экземпляр, через который произошел разрыв, оставался таким, бракованным, и никого не волновал. Возможно, кто-то из Читателей хранил его, а кто-то уничтожал. Иногда, конечно, книги попадали в руки книжников, но и тогда они не становились хоть сколько-то важным трофеем. Вся ценность была в ловце с пойманным в него персонажем.

Ловец передавался в Архив, а оттуда попадал в Основной Фонд.

И вот что происходило там, оставалось для охотников тайной.

Констанция вытянула шею, вглядываясь в дверь, что вела в недра Архива, но, разумеется, не увидела ничего интересного. Дверь была закрыта.

Вздохнув, Констанция уже развернулась, чтобы выйти, как услышала какой-то стук. Она обернулась и вновь посмотрела на окрашенную в черный деревянную поверхность. Над проемом висела фирменная табличка «Тишина в Библиотеке», однако кто-то упрямо нарушал это требование, брякая чем-то тяжелым.

Констанция замерла, не зная, что делать. Позвать Нинель Владленовну? Вдруг это была она: тоже решила заехать на работу в свой выходной?

Но что если это был какой-нибудь нарушитель? Тогда громкий оклик мог попросту спугнуть его.

Констанция беззвучно выдохнула, стараясь успокоиться. Следовало мыслить разумно: в Архиве никого не должно было быть. Если только… она ведь не знала о правах доступа сотрудников Основного Фонда. Может быть, прямо сейчас они забирали ловцы с пойманными персонажами, чтобы перейти к следующему этапу — что бы они там с ними ни делали.

Может, они умели находить нужный «пузырь» и возвращали персонажа именно в его книгу? А может, они выпускали этих беглецов на просторы нереальной вселенной, оставляя болтаться там в надежде найти свой мирок? А что если они уничтожали их? Что если все эти аккуратные попытки охотников поймать персонажей, не причинив никому вреда, по сути не имели никакого смысла, потому что в Основном Фонде несчастных Элиз, мистеров Дарси и Красных Шапочек просто уничтожали?

От этих мыслей желание тихо подойти к двери, открыть ее и выяснить, кто там стучал и топал, усилилось. Как и желание выяснить все о деятельности родной Библиотеки имени Книжникова.

И вообще-то был такой способ… Это если не считать официального перевода