Безумие - Шанталь Тессье

крайней мере, буду притворяться, что не становлюсь зависимой от мужчины. Чем дольше я здесь, тем больше мне кажется, что я слишком остро реагирую. Может, за мной никто и не следил. Я злилась на Хайдина, вот и вообразила, что это он.

Я начинаю складывать косметику, разбросанную по столешнице, обратно в косметичку, когда вижу, как Хайдин входит в ванную. Он подходит ко мне сзади и ставит бокал вина на столешницу рядом с моей теперь полной косметичкой. Я вижу его впервые с тех пор, как ушла сегодня.

Мы оба игнорировали друг друга. Я знаю, что он как-то повлиял на Энрике, а Хайдин знает, что я в курсе.

— Мм, спасибо, — беру бокал и делаю глоток.

Хайдин кладёт руки на мои бёдра, проводит ими вверх по свежевыбритым ногам. Я, давясь холодным вином, ставлю бокал.

— О нет, — со смешком отталкиваю его руки, прекрасно понимая, что он затеял.

Хайдин ладонью обхватывает мою шею сзади, резко запрокидывая мою голову. Дыхание учащается вместе с пульсом, когда он свободной рукой задирает подол моего платья до бёдер и скользит между ног, накрывая ладонью киску.

— Ты что, только что сказала мне «нет», куколка?

Я сглатываю под его ладонью, слыша в его голосе веселье, и смотрю в потолок.

— Я ухожу, — говорю я, начиная паниковать.

— Твои планы изменились, — объявляет он тем тоном, который не оставляет шансов на спор.

— Хайдин...

Он сжимает руку на моём горле, пока другой пробирается в мои стринги.

— Ты выглядишь великолепно, куколка.

Я стону, когда палец нежно играет с моей киской. Мои бёдра двигаются сами, пытаясь направить его к точке, которой жажду больше всего, но тщетно.

— Тебе не стоило так прихорашиваться для меня, но я ценю это.

Мои веки тяжелеют, руки безвольно опускаются, и комната плывёт из-за нехватки воздуха. Но я не пытаюсь его остановить. Борьба была бы бессмысленной. Я очень быстро поняла, что мне нравится проигрывать, когда дело касается его.

Хайдин отпускает мою шею, и я судорожно втягиваю воздух. Разворачивает меня к себе, и я едва не теряю равновесие на каблуках. Обхватывает свеженакрашенное лицо, ждёт, пока мой взгляд сфокусируется на нём, и наклоняется, прижимаясь губами к моим.

Я поднимаю руки, обвиваю его шею. Провожу пальцами по тёмным волосам, царапаю ногтями кожу головы. Пытаюсь вцепиться в короткие пряди, нуждаясь в чём-то, за что можно держаться, но Хайдин отстраняется, хватая меня за запястья и прижимая их к бокам.

Хайдин тянется к столешнице, я опускаю взгляд и вижу, что тот берёт мою помаду. Сняв крышку, он бросает её на пол, а затем берёт меня за подбородок и откидывает мою голову назад. Я не сопротивляюсь, пока Хайдин проводит кончиком помады по моей правой щеке, потом по левой. Потом отступает, улыбаясь самому себе.

— Ты никогда не выглядела прекраснее.

От его слов у меня в животе порхают бабочки. Я знаю, как это глупо. Что позволила ему вызвать во мне такие чувства. Мне следовало бы кричать и отбиваться каждый день. Пытаться начать новую жизнь, убежать как можно дальше. Но я знаю, что это не имеет значения, потому что он вернёт меня. Это только заставит меня возбудиться, и я окажусь ползущей к нему на четвереньках, умоляя разрушить мою жизнь.

Хайдин снова приближается ко мне, и я думаю, что он собирается поцеловать меня снова, но вместо этого берёт меня за руку.

— Пойдём, куколка. Я хочу поиграть.

Я даже не удосуживаюсь поправить платье, пока он ведёт меня из ванной через спальню в гостиную.

Даже с панорамными окнами здесь темно. Уже за девять вечера, и нигде не горит свет, кроме телевизора, который включён, но без звука.

Хайдин останавливает меня и поворачивает спиной к себе.

— Руки за спину. Сцепи пальцы, — приказывает он, резко шлёпая по обнажённой ягодице, от чего я стону. Не понимаю, почему я всё ещё в платье, пусть и задранном до бёдер. Почему он не приказал мне раздеться?

Хайдин обматывает что-то вокруг верхней части моей груди, прямо над грудью. Я опускаю взгляд и вижу что-то похожее на чёрный ремень. Слышу щелчок, когда он фиксирует его, затем затягивает грубую материю. Следующий ремень Хайдин накладывает ниже груди, ещё больше ограничивая движение моих рук за спиной. Потом он фиксирует третий ремень на моих запястьях, не давая мне возможности двигать верхней частью тела.

— Наклонись. Подними задницу в воздух.

Хайдин хватает меня за шею сзади и опускает лицом на диван, пока я стою на каблуках, а он позади меня. Из-за туго затянутых ремней на торсе в такой позе трудно дышать.

Он надевает ещё несколько на мои ноги. Один вокруг лодыжек, второй чуть ниже колен, третий вокруг бёдер.

— Оставайся на месте, — приказывает он.

Через несколько секунд я задыхаюсь, когда Хайдин отодвигает в сторону мои стринги и два его пальца проникают в мою киску. Невольно подаюсь назад, навстречу его прикосновениям, желая большего.

Хайдин сделал меня жадной. Что бы он мне ни давал, этого всегда мало.

— Посмотри на себя, шлюха, умоляющая, чтобы её трахнули.

Хайдин вставляет третий палец, и я задыхаюсь от боли и удовольствия от того, как грубо тот со мной обращается. Потом он вынимает пальцы, и я обессиленно опускаюсь вниз, делая глубокий успокаивающий вдох. Затем Хайдин проводит пальцами по моей заднице. Он не даёт мне привыкнуть к ощущению. В типичной для него манере он резко проникает в меня, и я пытаюсь отстраниться, но тот сжимает мою шею сзади, прижимая моё лицо к дивану, размазывая по нему свежий макияж.

Хайдин вводит второй палец, и я кричу, моё тело дрожит от вторжения. Он вытаскивает пальцы, прежде чем я чувствую, как что-то проникает в меня, и по холодному и неумолимому металлу я понимаю, что это анальная пробка. Она растягивает меня так сильно, что я кричу, моё сердце теперь бьётся как сумасшедшее, пока тот держит меня на месте, заставляя принять это.

Как только пробка оказывается внутри, Хайдин рывком переводит меня в сидячее положение и приказывает:

— Открой рот пошире.

Мне даже не нужно видеть его, чтобы понять, что будет дальше. Кляп. Я сглатываю, зная, что это, вероятно, последний раз, пока он не освободит меня. Затем максимально широко раскрываю рот и запрокидываю голову, подставляя её ему.

Хайдин наклоняется ко мне и вставляет в рот холодный металл, сначала задвигая его за верхние