Всеслава - Тина Крав

— До весны. Куда мне с дитем? Дождусь весны, там и малой подрастет. По весне к родителям вернусь.

Искро молча кивнул. Малой. У них со Славой тоже должен быть малой… Должен БЫЛ быть, поправил себя Искро. И Славы нет… Марена забрала их к себе. Отвернувшись от разрушенного поселения, он пошел прочь. За ним, на расстоянии, последовал Даромир. Искро не обращал на него внимания. Внутри было пусто.

" Скоро, Славушка, — бессмысленно глядя перед собой шептал он, — скоро мы опять будем вместе. Обещаю, родная. Ты только подожди немного. Я скоро. "

Глава 31

Спустя два с половиной года. Искро

Земли кривичей. Искро

Горящие яростью и безумием глаза в прорезях лицевой части шлема, вспыхнули торжеством близкой победы. Степняк, яростно рыча поднял меч и бросился вперед, норовя снести голову стоящему пред ним с опущенным мечом княжескому дружиннику. Его даже не смутило то, что дружинник совершенно спокойно смотрел на него, никак не реагируя на грозящую ему смертельную опасность. Однако холодное выражение темных глаз и приподнявшиеся в циничной улыбке уголки его губ заставили степняка притормозить.

— Ну же, — крикнул дружинник, отбрасывая свой шлем и глядя в металлическую личину противника, — сделай это! Отправь меня к ней!

Ржание несущейся во весь опор лошади заглушило его крик. Звон мечей, крики отчаяния и боли, смешанные с ликующими криками тех, кому удалось победить противника не воспринимались им. Он только смотрел в эти узкие отверстия для глаз, моля Марену забрать его.

«Слава…»

Родное имя вторило ударам сердца в груди. Он не закрывал глаз. Не поднимал меча. Спокойно ждал, когда же ступит на Калинов мост. И перейдет к ней.

Перед ним мелькнул круп лошади. Отблеск солнца в металле меча и предсмертный хрип.

— Искро, остолбень божевольный! Ты совсем обезумел? — прорычал воин, спрыгивая с коня. Мощным ударом в живот, заставил Искро захрипеть, и выпустив меч согнуться пополам.

— Добрыня, негораздок, — прохрипел Искро, пытаясь отдышаться от мощного удара, — какого лошего ты здесь?

— Тебя, божедурье спасаю, — стянув с головы шлем, статный крепкий мужик, в пластинчатых доспехах с латными наручами, недовольно посмотрел на Искро, — хватит уже смерть свою искать!

— Мы победили, — выпрямляясь проговорил Искро, — не лезь!

— Ее нет уже почти три лета. Хватит! Не берет тебя Марена.

— Не лез бы куды не надо, давно бы с ней был! — Заорал Искро зло смотря на приятеля. — Откуда ты тут появился? Ты же севернее был?

— Считай, что боги меня послали. — в тон ему ответил Добрыня. — Я не буду стоять и смотреть, как тебе голову сносят!

— Так и не смотри! Что ты в мои гридени *(княжеские дружинники, телохранители князя) вступил? И без твоей помощи справлюсь!

— А я нет! — заорал Добрыня, стискивая в руке окровавленный меч, — ты мне в дружине нужен! Ты, а не твой труп!

Искро, кривя губы смотрел на товарища. Вытер рукавом белой рубахи кровь из рассеченной губы и сплюнул. Вот уже почти три лета он носил под верхней одеждой белую рубаху. Раньше только в бой да дозор надевал. Никогда не знаешь, где с Мареной встретишься. Надо быть готовым ко всему. А с того налета стал носить постоянно. Да вот только Марена словно насмехалась над ним. Не брала к себе. Сколько раз ранен был, а все жив оставался. Вот и сейчас Добрыня не вовремя появился. А казалось Марена близко. Но нет, только подразнила его и смеясь ушла.

— Ты и без меня неплохо справляешься, — прорычал он, окидывая взглядом поле боя, — за сутки третий отряд. Чем я тебе дался? За тот плен расплатился давно. И с лихвой. Не должен больше ничего.

Добрыня, прищурившись смотрел на него.

— Ты мне жизнь тогда спас, Искро, — уже более спокойным тоном проговорил Добрыня, — думаешь за это можно расплатиться?

— Ты только что сделал то же самое, — парировал Искро кивая на труп степняка. — Хотя тебя об этом не просили. Напомнить сколько раз, за последний месяц было то же самое?

— Это не стоит и сотой части того, что было там.

— Преувеличиваешь, — Искро поднял свой меч и оглянулся в поисках своего коня. — Чего надо?

— Послы княжеские с Черниговских земель идут. Послов Дикого поля везут. Отец на переговоры с ними нас отправляет. Черниговские да Рязанские князья не справляются. Объединится хотят да отпор этим стервятникам дать. Те дань непомерную просят. Уже до нас дошли. Теперь с наших земель требуют. Нужен ты нам, Искро. Кто, кроме тебя их поймет.

— Со степняками в сговор вступать, последнее дело, — выплюнул Искро, — только проиграете. С остальными князьями отпор дать, дело нехитрое. Да только сможете ли? Войско собрать придется. Все ли согласятся?

— Поэтому и просим тебя о помощи. Ты все их ловушки и недосказанности поймешь. Не дашь нам ошибку сделать. Да и потом… — Добрыня хитро посмотрел на хмурого Искро, — не отомстил ты еще за них. Вот Марена и не принимает тебя. Может это шанс. Раз и навсегда рассчитаться за их гибель?

Искро медленно поднял голову, глядя на товарища тяжелым взглядом, не обращая внимания на стекающий по лицу пот и кровь. Выругавшись, наклонился, поднимая с земли шлем. Провел рукой по бармице.

— Они в Ростиславле через дня четыре будут. Ехать нам надо. — сказал Добрыня.

Так ничего и не ответив, Искро одел шлем и вскочил на коня. Пришпорив, понесся прочь. Добрыня только покачал головой, сочувственно глядя вслед товарищу.

* * *

Обойдя посты Искро, направился к своему костру. Проходя мимо ямы, в которую сбрасывали убитых ворогов, на мгновение остановился. Нахмурившись, подошел к краю. Его темный взгляд был устремлен вниз, туда, где среди других степняков лежало тело человека из прошлого. Искро стиснул кулаки. Значит со степняками гад ползучий связался. Да, Гостомысл, недолго тебе с ними по земле ходить пришлось. Много ты зла людям принес. Вот и погибель твоя пришла. Не как воина, а как пса смердящего хоронят. Впрочем, ты им и был…

Сплюнув, Искро вновь направился к костру. Одинокая фигура подростка, возмужавшая за прошедшее время, четко вырисовывалась на фоне темнеющего неба. Теплый весенний ветерок трепал его волосы. Искро молча опустился