Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

А потом его сердце забилось.

Один удар.

Второй.

И снова тишина.

— Нет! — закричала она, прижимаясь щекой к его груди. Чувствовала липкую кровь на коже, но не чувствовала его. Не могла…

— Я знаю, что ты больше не хочешь меня видеть, но ты все еще нужен мне, Лука. Пожалуйста, не уходи… Ты мне нужен! Все работает, только если мы втроем. Я не смогу…

Слезы катились по ее щекам, смешиваясь с кровью на его груди. Она едва могла дышать: грудная клетка будто сжалась и не хотела расправляться. Но она не убирала руку с раны над его сердцем, не отрывала ее от того места, где лежала. Пока она держала ладонь там, оставалась надежда. А Тесса должна была верить, что надежда — не такая уж бесполезная, какой казалась раньше.

— Что это? — спросил кто-то. Это был Аксель. Его голос звучал низко и мрачно.

— Это станет проблемой, — тихо добавила Сиенна.

— Тесса, я не знаю, что ты делаешь, но вряд ли… — начал Теон, но резко замолчал, когда грудь Луки чуть приподнялась и опустилась

И Тесса почувствовала, как под ее магией, под всем тем, чем она пыталась удержать его, снова забилось его сердце.

Раз. Два. Три.

Она считала удары, как в детстве, когда коротала время в темном шкафу.

Сто шестьдесят три, сто шестьдесят четыре, сто шестьдесят пять…

Только досчитав до трехсот, она осмелилась открыть глаза. Подняла голову. Увидела, как его грудь медленно поднимается и опускается. Слишком редко, слишком неуверенно, но движется.

— Сиенна, — позвал Теон. — Что происходит?

— Она торгуется с богами и Судьбами, — пробормотала Сиенна. — Теон, отодвинь ее, чтобы я могла работать. Трис, ты мне нужен. И Джиа тоже.

— Пойдем, Тесса.

Теон осторожно взял ее за плечи и потянул, но она не отпускала, цеплялась за Луку. Что, если все изменится, стоит ей разорвать эту связь?

— Тесса, посмотри на меня. Сейчас! — в последнем слове прозвучала твердость, и она перевела взгляд на него, не убирая руки с груди Луки.

— Хорошая девочка, — он обхватил ладонью ее щеку, провел большим пальцем по коже. — А теперь посмотри по-настоящему. Если бы он все еще умирал, я бы не стоял тут и не говорил. Я чувствовал все то же, что и ты. Чувствовал… и сейчас этого уже нет. Боль уходит. Ты ведь тоже это ощущаешь?

Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова, а слезы все текли и текли по щекам. В его словах был смысл, это было логично. Но все равно…

— Нам нужно дать Сиенне поработать, красавица, — продолжил Теон, осторожно потянувшись к ее запястью. Его пальцы сомкнулись прямо над Знаком, связывавшим их. Он медленно отвел ее руку, и ее кончики пальцев скользнули по покрытой кровью коже.

А потом они оба замерли.

Рана исчезла. То самое место, от которого она не могла оторваться, было исцелено. Но на коже осталась метка. Такой у Луки она раньше никогда не видела.

— Что это? — хрипло спросила Тесса, ее голос сорвался от криков и слез.

— Не знаю, — ответил Теон и, притянув ее к груди, поднялся, осторожно уводя от Луки. — Но мы разберемся, Тесса. Обязательно разберемся.

— За это придется заплатить, — скрестив руки, произнесла Элиза, наблюдая, как ведьмы трудятся над Лукой.

— Мы заплатим любую цену, — жестко сказал Теон.

— В том-то и дело, — мрачно отозвалась она. — Не вам решать, кто заплатит. Судьбы сами сделают то, что нужно, чтобы сохранить баланс.

— На хуй равновесие, — процедила Тесса. — Если им что-то от меня нужно, пусть приходят и берут сами.

— Нельзя бросать вызов Судьбам, — возразила Элиза.

— Смотри и учись, — только и ответила Тесса, не сводя глаз с Луки, пока краем глаза не уловила движение.

Во рту у нее пересохло, когда она заметила Кэт, прижавшуюся к боку Акселя. Тот пытался заслонить ее собой, но скрыть такое было невозможно.

— Не смотри на нее так, хотя ты сама обещала истребить весь мой род, — холодно бросил Аксель. — Вообще не смотри на нее, Тесса.

Она кивнула и снова повернулась к Луке, но успела услышать тихий шепот Кэт:

— «Аксель, хватит».

— Мне не нравится, что она здесь. Ты знаешь это, — ответил он.

Тесса не могла его винить. Он пришел к ней за помощью, а она прогнала его, пообещав лишь смерть. Конечно, он не хотел видеть ее рядом, когда речь шла о ребенке. По крайней мере, она предполагала, что ребенок в животе Кэт — его. Учитывая порочность Деврама, исключать ничего нельзя.

— Сначала одно, Тесса, — мягко сказал Теон, наклонившись к ее уху. — Сначала Лука. Потом будем разбираться с Акселем.

Она снова кивнула. Если Аксель захочет, чтобы она ушла, то она уйдет. Как только Лука будет в порядке, она исчезнет.

Подняв руку, Тесса вцепилась пальцами в волосы. Ее сила свободно бродила в душе, но сейчас почему-то была спокойной, умиротворенной. И только тут она поняла, что тьма Теона мягко струится вокруг нее, скользит по коже, убаюкивая ее беспокойную магию. Успокаивая встревоженную душу.

— С тобой правда все в порядке? — спросила она, не отрывая взгляда от того, как Сиенна осматривает крыло, а руки Тристина парят над раной на боку Луки.

— Почувствовать, как он… — начал он, и она ощутила, как он вздрогнул, прижавшись к ней. — Это была такая боль, что я не думал, будто смогу ее пережить. Но она уходит, с каждой минутой становится слабее.

— Тебя ведь не задело?

— Я был выше, — ответил Теон. — Другие говорили, что переместились, а я не смог… Я видел, как вы двое падали, и понимал, что не успею ничего сделать.

— Кто-то в курсе, что произошло?

— Ты уничтожила зеркальные врата, — раздался голос Брекена.

Сам он тоже был слегка потрепан, но уже заживал. Крыльев у него не было, и он стоял чуть в стороне,