Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Ох… — Наталия резко выдыхает и пару секунд с грустью во взгляде смотрит на Ракель. — Слушай, Кэмерон, давай лучше сменим тему разговора. Я не хочу, чтобы ты постоянно думала об этом и портила себе настроение. А иначе у тебя точно крыша поедет из-за переживаний о том, что не стоит того.

— Я не могу не думать об этом, Наталия, — с грустью во взгляде качает головой Ракель. — Если этот человек выполнит свои угрозы, то я могу потерять все, чего добивалась все эти годы. А я не хочу этого. Карьера имеет для меня огромное значение.

— Все будет хорошо.

— Я не хочу быть опозоренной на весь город. А то и на весь мир. Из-за одного единственного человека, которого оскорбило то, что я ему отказала.

— Ты не будешь опозорена, — уверенно возражает Наталия. — Терренс ничего тебе не сделает.

— Я начинаю все больше бояться, подруга.

— Я понимаю. Но почему-то ты так сильно не расстраивалась, когда тебя критиковали в самом начале. Ты плевала на всех и шла дальше с гордо поднятой головой. Почему ты не можешь сделать то же самое?

— Потому что я могу потерять все!

— Господи, да ничего ты не потеряешь. Перестань нервировать себя.

— Вдруг этому человеку поверят больше? И все начнут указывать на меня пальцем, поверив какой-нибудь статье из Интернета о том, какая я плохая или что-то в этом роде.

— Так, Ракель, все, прекращай думать об этом! — уверенно требует Наталия. — Неужели ты теперь целыми днями будешь переживать и как попугай повторять, что кто-то захочет унизить тебя на весь мир?

— Ты ничего не понимаешь.

— Я все понимаю. — Наталия на ходу приобнимает Ракель за плечи и мягко гладит по голове, чтобы немного утешить свою подругу. — Вот ты сейчас напереживаешься на год вперед, а все окажется хорошо. Терренс никак не тронет тебя и больше никак не потревожит.

— На кону стоит моя карьера, Наталия, — тихо отвечает Ракель. — К тому же, мне совсем не охота возиться с этим человеком. Который точно больной на голову. Который запросто может начать преследовать меня.

— Господи, да если ты о себе не думаешь, то подумай хотя бы о своем дедушке. Ему будет больно знать, что ты так сильно переживаешь и не можешь думать ни о чем другом.

— Если бы ты была на моем месте, то сейчас говорила бы совсем иные вещи… — с грустью во взгляде говорит Ракель.

— Да, тебе неприятно, я понимаю. Но это не повод сидеть и переживать!

— В любом случае я должна быть готова к тому, что очень скоро может случиться что-то ужасное.

— Да ничего плохого не случится, боже ты мой… — устало стонет Наталия. — Разве кто-то когда-то верил тем лживым статейкам, которые публиковались ранее? Да все знают, что ты просто ангелочек, спустившийся с небес и несущий всем добро и свет.

— Ты в этом уверена?

— Конечно, уверена!

— Ну не знаю… — устало вздыхает Ракель.

— Все, Кэмерон, хватит! Успокаивайся и начинай думать о чем-то хорошем.

— Как можно перестать думать об этом человеке, который не только разбрасывался угрозами, но еще и нагло приставал ко мне.

— Знаешь, вот ты говоришь, что он угрожал тебе, а я не верю, что так и было.

— То есть, ты мне не веришь?

— Ты просто обижена и хочешь настроить всех против него.

— Да, я обижена. Но я говорю правду.

— Ну хорошо, может, он просто злится из-за того, что ты не ответила ему взаимностью. Грубишь ему, оскорбляешь, пощечины раздаешь…

— Он все это заслужил , — низким голосом произносит Ракель.

— Эй, а тебе вообще понравилась сегодняшняя фотосессия?

— Фотосессия понравилась. Сегодня для меня подобрали еще более шикарные наряды, чем когда-либо.

— Наверное, вся мужская половина потеряла голову и забыла, как дышать.

— Это точно. Меня сегодня буквально завалили комплиментами.

— Ну а каким был Терренс? Красивым?

— Наталия!

— Что? Мне интересно!

— Ничего особенного… Его одели в брючные костюмы нескольких цветов.

— О боже, мужчина в костюме… — широко улыбается Наталия. — Это моя слабость… Я обожаю, когда мужчина одет в пиджак, рубашку и брюки.

— Ну хорошо, может, он все-таки был привлекательным. Немного. Но не настолько, чтобы потерять от него голову.

— А как вы позировали на фотосессии?

— Сначала по отдельности, а потом вместе.

— Наверное, вы там обнимались и прижимались друг к другу…

— Я с ним не обнималась. Это он распускал свои руки. Посчитал, что это прекрасная возможность полапать меня где только можно.

— Представляю, как ему трудно было сдержаться, когда рядом с ним находилась такая красавица, которую еще и принарядили.

— Да, трудно.

Ракель скрещивает руки на груди.

— Так трудно, что этот козел окончательно обнаглел и все-таки поцеловал меня, — хмуро признается Ракель.

— Что-что-что-что-что? — громко, взволнованно тараторит Наталия. — Что ты сказала?

— Что слышала. МакКлайф поцеловал меня.

— О, боже мой! — слегка приоткрывает рот Наталия. — Поцеловал? ПОЦЕЛОВАЛ?

— Эй, да тише ты!

— Ничего себе! Тебя поцеловал сам Терренс МакКлайф! Ты подарила свой первый поцелуй ЕМУ!

— Ты слишком возбужденная.

— Надо же… Никогда не думала, что твой первый поцелуй состоится с таким горячим и известным мужчиной.

— К сожалению, меня впервые поцеловал именно он.

— Не могу поверить! Подружка… Я так за тебя рада!

— Из-за того, что меня впервые поцеловал парень, или за то, что меня поцеловал этот придурок?

— И то, и другое!

— Наталия!

— Так, подруга… — Наталия берет Ракель под руку. — Ну-ка давай выкладывай! Рассказывай, как прошел твой первый поцелуй.

— Никак, — без эмоций произносит Ракель.

— Не ври мне!

— Господи, Наталия, ну что ты так разволновалась? Такое чувство, будто поцеловали тебя, а не меня.

—