Крепостная с секретом. Стиральный переворот - Александра Каплунова

— Так вот, господин Савин, — продолжил Александр тем же легким тоном, но с той едва заметной стальной ноткой, что не предвещала ничего хорошего. — Я считаю совершенно невозможным, чтобы в таком уважаемом учреждении преподаватель позволял себе публично ставить под сомнение репутацию дамы. Особенно когда речь идет о моей жене.

— Я... я не имел в виду... — начал оправдываться Савин.

— Конечно, не имели, — кивнул Александр. — Потому что если бы вы действительно имели это в виду, мне пришлось бы просить у вас удовлетворения. А я уверен, что человек науки предпочитает решать разногласия мирным путем.

Окружавшие нас снова потупились, но на сей раз пряча усмешки адресованные вовсе не мне. Савин побледнел.

Так тебе и надобно, любезный.

— Приношу свои извинения, — пробормотал он. — Я был введен в заблуждение.

— О, вам следует извиниться не передо мной, а перед моей дражайшей супругой, — он приобнял меня за плечи и вывел чуть вперед.

Савин метнул в меня гневный взгляд, но спорить не решился.

— Прошу прощения, госпожа Строганова. Меня ввели в заблуждение.

— Надеюсь, теперь он развеяны, — строго закончила я этот балаган. — И вы больше не станете сомневаться в моей компетенции.

Ох, как он скрипнул зубами! У меня на душе потеплело.

— Пожалуй, что не стану, — выдавил он, наконец.

— Вот и прекрасно, Дарьюшка, у тебя до невозможного доброе сердце, — великодушно кивнул Александр. — А теперь, господа, если у кого-то есть обстоятельные вопросы по существу проекта моей супруги, самое время задать их, покамест я не украл ее в свое единоличное пользование.

Я благодарно улыбнулась ему, довольная тем, как все вышло.

Люди засмеялись, напряжение ушло. Разговор вернулся к моему проекту, к возможностям его реализации. Никто больше не смел даже намекнуть на сомнения в моем статусе или авторстве идей.

Глава 5

Когда промышленники разошлись, записав мои контактные данные и договорившись о встречах, Александр взял меня под руку.

— Прости, что не предупредил, — он повел меня к окну, чуть дальше от толпы. — Я хотел написать, но потом подумал, что лучше просто приехать. Фридрих сообщал мне о том, через что тебе пришлось здесь пройти.

— Как долго ты сможешь остаться? — спросила я, не в силах отвести от него взгляда. Жизнь в разлуке давалась нелегко, несмотря на частые письма.

— Целую неделю, — ответил он, ласково сжимая мою руку. — Дела в имении позволяют ненадолго отлучиться. Новый управляющий оказался толковым малым, да и Наташа сейчас гостит у тетушки.

Я не смогла скрыть улыбки. Целая неделя! Семь дней, наполненных его присутствием, его голосом и его теплом.

— А... матушка? — осторожно спросила я.

— Вполне смирилась с моими отлучками, — его улыбка стала чуть натянутой. — Она даже спросила привезти ли ей что-нибудь из Петербурга. Прогресс, не правда ли?

Я понимающе кивнула. Анна Павловна не могла в одночасье изменить свое отношение, но даже такие малые шаги много значили.

— Где ты остановился? В нашем городском доме?

— Нет, в “Английской гостинице”, — он улыбнулся. — Я заезжал в наш дом, но без тебя там... слишком пусто. К тому же, ты права — он далековато от твоего института.

— И слишком велик для одной персоны, — добавила я. Наш петербургский особняк с его бесконечными комнатами и коридорами неизменно казался мне настоящим лабиринтом.

— Может, пора это исправить? — он хитро прищурился. — Возможно, стоит подумать о переезде туда вдвоем? Я мог бы переделать восточное крыло специально для тебя. С кабинетом для работы. И даже с мастерской. Ты могла бы взять себе пару ассистентов.

Я пораженно поглядела на супруга. В груди потеплело до нестерпимого.

Но не сама переделка крыла имения столь воодушевила меня.

— Ты думаешь наведываться в Петербург чаще? — задала животрепещущий вопрос.

Кроме науки разве что внимание Александра занимало меня больше прочего в этом мире.

— Надеюсь, — кивнул он, лукаво щурясь. — Если управляющий справится в имении, а дела пойдут как задумано, к концу лета смогу приезжать ежемесячно. А когда Наташа решит продолжить образование здесь, и вовсе смогу оставаться подолгу.

К нам подошел Фридрих, сияющий от гордости.

— Настоящий триумф, Дарья Викторовна! — воскликнул он. — Профессор Келлер просит вас присоединиться к его исследовательской группе. А это высочайшая честь!

— Но... разве женщинам можно? — удивилась я. Кажется, сегодняшний день был просто верхом моей эйфории.

— Для таланта делают исключения, — подмигнул Фридрих. — Особенно когда за ним стоит влиятельный супруг, чей внезапный визит заставил наших скептиков прикусить языки.

Александр засмеялся.

— Я тут совершенно ни при чем. Это целиком ее заслуга. Я лишь счастливый свидетель ее успеха.

— Пойдемте отпразднуем ваш успех, — предложил Фридрих. — Я знаю прекрасный ресторан неподалеку.

— С удовольствием, — кивнул Александр. — У нас всего неделя, и каждый вечер должен быть особенным.

Пока мы собирали мои чертежи и модель, я не могла не думать о том, насколько странным и прекрасным образом сложилась моя жизнь. Наш брак с Александром — союз, поначалу казавшийся вынужденным решением, превратился в нечто глубокое и искреннее. Даже живя порознь, мы научились поддерживать и ценить друг друга.

Мне не хватало его ежедневного присутствия — наших разговоров, совместных прогулок, его взглядов. Самого времени с ним рядом. Но я ценила и то, что имела — его безоговорочную поддержку моих устремлений, его гордость за мои достижения, его письма, в которых он рассказывал не только о делах имения, но и о том, как меняются краски неба на закате, как поют птицы в саду, как он думает обо мне, глядя на звезды.

В письмах мы узнавали друг друга ближе. А чувство, что было натянуто звенящей струной промеж наших сердец, обострялось. И вот в такие его приезды, я готова была едва ли не петь на Дворцовой от счастья, что затапливало меня с головой.

В ресторане Александр рассказывал о новых книгах, которые привез мне, о том, как выросли молодые яблони, которые посадили Виталина с Кузьмой.

Вита — одна из немногих, кто знал, чем все обернулось в Петербурге. Без подробностей, конечно, но Александр читал ей мои письма и записывал под ее диктовку ответы.