Все приключения Ивидель Астер - Анна Сергеевна Сокол

как камень мостовой сменился мрамором. На поверхность снова вышла вода и плескалась о каменные стены каналов. Посреди круглой площади стояла каменная женщина, вернее, скульптура с телом девушки и головой какого-то зверя. Кошки или собаки? А может рыси или лисицы? Сейчас уже не поймешь. Верхняя часть морды отсутствовала. Вода с тихим журчанием падала из ладони женщины в каменную чашу небольшого бассейна, брызги разлетались в стороны, играя цветными бликами на гладкой поверхности.

Я подняла голову к небу, дождь закончился. Солнце, так похожее на тусклую монетку и едва виднеющееся сквозь пелену облаков, уже сдвинулось к горам, скоро оно коснется далекого темного склона, и на Запретный город опустится ночь. Как там рассказывала жрица? Когда это происходит? Эта странная перемена с людьми?

— Надо же, все еще работает, — едва слышно прошептал осунувшийся Мэрдок. Из носа парня капала кровь, он посмотрел на меня и отрывисто скомандовал: — В воду! Надо перейти воду, она… — Хоторн закашлялся, но я уже поняла, что он хотел сказать.

— Вода! — Я указала на ближайший канал. — Самый лучший магический изолятор, две трети зерен изменений не могут преодолеть потока.

— А ты уверена, что эти железки — заклинания? — Оуэн обернулся.

— Какая разница, — Дженнет толкнула Этьена в спину. — Хоторн дело говорит, воду надо перейти, а если эти, — она передернула плечами, — домашние питомцы сунутся следом, мы вполне можем вскипятить канал. Или заморозить. Астер точно может. Не стойте столбом, дворцов и финтифлюшек не видели? Выберемся — приглашу в резиденцию Альвонов, смотрите хоть до пришествия Дев.

Она еще говорила, а Оуэн уже спрыгнул в воду и стащил Мэрдока. Я, наконец, увидела круглую площадь целиком, а не из-за мужских спин. Канал с мраморными стенами тянулся вдоль улицы. Каменная женщина оставалась равнодушной к появлению чужаков. Выщербленные стены домов, что стояли в глубине улицы, заросли диким кустарником, сухие ветки потрескивали на ветру. Высокие кованые заборы сменялись воротами для выезда или калитками для прислуги. Флигели привратников чередовались с резиденциями знати.

Я видела перед собой только одну из них. Высокие стены из черного камня, гладкие, словно полированные, поднимались ввысь и терялись в низких облаках, флаги над башнями давно истлели, но над воротами все еще изгибалась приготовившаяся к броску змея. Она, раздув капюшон, смотрела на меня сверкающими глазами из драгоценных камней, и ее золотая чешуя блестела от влаги. Вот они, настоящие золотые кварталы…

И снова чувство, словно я уже здесь была. Кончики пальцев кольнуло знакомое тепло.

— Первое гнездо Астеров, — сказала герцогиня, спрыгивая в канал. — Впечатляет. Твои предки, в отличие от потомков, умели строить.

«Гнездом его назвали позднее, — подумала я. — После смерти Первого Змея, после постройки Кленового сада, ведь, чтобы назвать что-то первым, нужно создать второе».

Этьен скользнул в воду и помог Крису перетащить Мэрдока на противоположную сторону канала. Я спрыгнула последней, рапира чиркнула о мраморную мостовую. Нас снова настиг механический скрежет. Сразу с десяток железных зверей высыпало на круглую площадь с фонтаном. Краткая передышка, которую дал воздушный удар, закончилась.

Вода была ледяной, ткань юбки тут же намокла, стала в два раза тяжелее. Всего несколько шагов, и герцогиня схватилась за бортик противоположного берега канала. Этьен вытащил на мостовую Мэрдока и выбрался сам. С одежды парней стекала вода. Я качнулась и едва не упала, течение почти сбило с ног. Это высокому Крису вода была чуть выше пояса, а мне доходила почти до груди. Дыхание срывалось с губ беловатым облачком. Дженнет выбралась на мостовую, белые волосы девушки потемнели от влаги. Барон обернулся и протянул мне руку…

За спиной что-то заклекотало, как перегревшийся мобиль. Дженнет побледнела. И я поняла, что сейчас произойдет, поняла и сжалась в ожидании удара, но продолжала тянуть руку к стоящему в воде Крису. Надо коснуться его, прежде чем железная лапа перечеркнет спину. Вдох, за ним еще один, наверняка последний…

Наши ладони соприкоснулись. Ледяная вода и тепло кожи. Девы, я схожу с ума? Нет, давно сошла. Пальцы Оуэна обхватили мои, и рыцарь дернул меня к себе, в который раз поразив силой. Клекот за спиной стал громче.

На миг я прижалась щекой к мокрой ткани плаща, вдыхая запах воды, металла и пороха. Всего на мгновение…

Можно заморозить воду, можно вскипятить ее, но только не тогда, когда мы в ней стоим.

— Они боятся чирийского железа, — прошептала я.

— Я тоже его боюсь, — хохотнул Крис, пусть шутка и вышла невеселой.

Но я уже выскользнула из его рук и начала разворачиваться к железной твари.

Пусть думает, что хочет, пусть негодует на то, что приходится прятаться за чужой юбкой, или еще на какую-то ерунду, обычно очень значимую для мужчин. Он не может взять в руки мой клинок, никто не может, значит, придется сражаться самой.

Один из железных зверей вырвался вперед, опередив стаю, и, добежав до канала, замер на краю. Камень крошился под его железными лапами. Больше всего тварь походила на взъерошенного петуха, особенно стальным гребнем и состоящей из узких пластин броней, так напоминающей перья. Эти пластины поднялись дыбом на шее и груди железной птицы. Я взмахнула рапирой, словно надеялась отогнать зверя, как самого обычного петуха с птичьего двора. Магистр рассмеялся бы. Железная птица тоже заскрежетала.

А в следующий миг что-то дернуло меня вниз. Кто-то дернул. Каменное дно ушло из-под ног. Я погрузилась с головой, едва не выронив клинок, и целую секунду не понимала, где верх, где низ. А потом уперлась носком сапога в дно, обрела опору и выпрямилась.

Часть перьев на шее птицы отсутствовала. Пластины торчали из бортика канала, они раскололи мраморную плиту. Их, поминая демонов, вытаскивал из предплечья Этьен. У Криса была залита кровью щека, герцогиня лежала на земле, закрыв голову руками. Мэрдок пытался собрать в руку зерна изменений, от которых плиты под ногами загудели, но все же остались на месте. Железный петух снова издал клекот, и оставшиеся на его теле перья стали подниматься. Сейчас разлетятся и они, и как знать, где окажутся. Вернее, в ком. Зверь не собирался прыгать за нами в воду, он желал прикончить нас на расстоянии.

Я сделала шаг, преодолевая сопротивление воды. Почувствовала, что возвращается злость, а вместе с ней и огонь, такой близкий, что казалось, протяни руку — и зачерпнешь целую пригоршню. Течение снова ударило в бок, стараясь сбить меня с ног. Руки все