Любовь как время Рождества - Хейли Фрост

class="p1">— Конечно, — закатываю я глаза и осторожно ставлю переноску с животными на наш обычный столик. — Теперь, когда День Благодарения позади, думаю, ему нужно украсить зал к Рождеству. Круглогодичный «уют» не помогает мне настроиться на праздничный лад.

— Ни за что, — кричит Калеб из-за стойки, и я прищуриваюсь, глядя на него, хотя он смотрит в другую сторону.

— Я его уговорю, — шепчу я Ник, которая забавно качает головой.

— Ну и? — спрашивает она, поднимая брови. Опершись головой на руку, она задумчиво барабанит пальцами по деревянной столешнице. — Что происходит?

— Лучше покажу. — Я разблокирую телефон, открываю галерею скриншотов, кладу его экраном вверх на стол и сдвигаю в ее сторону. — Вот. Листай.

Чем больше она читает, тем шире становятся ее глаза. Она смотрит на меня с открытым ртом. Такая же реакция была у меня, когда все это раскрылось передо мной.

Сначала я увидел пост Мэйзи в Instagram. На нем она, ее дети и муж, собравшиеся вокруг гигантской индейки, с множеством гарниров и банальными украшениями.

Проблема не в этом. Что меня беспокоит, так это то, что я узнала эти украшения. Я видела их каждый День Благодарения, сколько себя помню.

Пролистав ее пост дальше, я увидела все их улыбающиеся лица. Среди них были мои родители.

Те же украшения. Те же гарниры. Черт, моя мама даже носила те же украшения, что и в прошлые Дни Благодарения.

Единственное отличие в том, что в этом году меня не пригласили.

— Благодарна за семью, — читает Ник подпись вслух, недоверчиво качая головой.

— О, дальше будет еще лучше. Листай дальше, прочитай нашу милую беседу в групповом чате.

Лорен: *Скриншот поста в Instagram*

Лорен: Полагаю, мое приглашение потерялось на почте?

Я даже не знаю, почему я почувствовала необходимость дать им презумпцию невиновности. Моя мама ясно дала понять, что в этом году они не смогут приехать на День Благодарения.

Мама: Не делай из этого большую проблему.

Папа: Дебора и Фрэнк были за границей на благотворительном мероприятии.

Мама: Дети заслуживают полноценного Дня Благодарения с семьей.

Лорен: А я кто? Ничтожество?

Мама: Не драматизируй. У нас не было достаточно места.

Лорен: Ух ты.

— Не хватало места? — удивленно спрашивает Ник. — Я вижу три пустых стула на той фотографии, которую они выложили. Это что, шутка?

— Нет, — говорю я. — Это не шутка.

Калеб появляется рядом с нашим столиком и ставит на него кофе.

— Спасибо, Калеб, — говорю я небрежно, полностью забыв о своей прежней застенчивости.

— Не за что, — отвечает он грубо и возвращается к барной стойке.

— Мне нравится, что нам даже не нужно больше заказывать.

Мой взгляд метнулся к Ник, когда она это сказала, затем я зашуршала в сумке, ища бутылку, что вызвало неодобрительный взгляд Калеба.

— Однажды, — шепчет Ник, когда он уходит, а я открываю бутылку, — он перестанет нас обслуживать, и это будет твоя вина.

— Да ладно тебе, — презрительно говорю я. — Не делай вид, будто я заставляю тебя пить.

— Ты слишком манишь своим сиропом, я не могу отказаться. Это практически то же самое, — говорит Ник, жестом прося меня передать ей бутылку.

— Извини, но я не извиняюсь, — я пожимаю плечами. — В любом случае, вот причина, по которой я расстроилась. Но теперь мне уже легче.

— Правда? — Она наливает немного сиропа в свой латте маккиато и бросает на меня скептический взгляд.

— Ты права, — выдыхаю я, размешивая сироп в кофе. — Мне не легче. Я злюсь. Одно дело, когда тебя не приглашают, но совсем другое — когда тебя заменяют.

— Дай угадаю... — Ник прочищает горло. — Ты думала, что расстояние поможет наладить отношениям с родителями, но оказалось, что это не так? — В ее голосе нет осуждения, лишь глубокое понимание. Ее глаза смягчаются, когда я киваю.

— Надеялась — это, наверное, более подходящее слово.

— Я знаю, каково это. — Она протягивает руку через стол и сжимает мою. — Мне жаль. Они отвратительны.

— Спасибо. Да, они такие. — Я снова вздыхаю. — Как ты это сделала?

— Как что, справилась с этим?

— Прекратила общаться с родителями.

— Ну, они знали о романе моей сестры и моего жениха и скрывали это. Так что после этого я решила, что больше никогда не хочу с ними разговаривать. — Она сжимает переносицу.

— Странно ли то, что я хочу, чтобы мои родители тоже дали мне вескую причину сказать «пошли вы на хрен»? Повод, чтобы порвать с ними. — Я взмахнула телефоном. — Это было ужасно, без сомнения, но это не оправдание, понимаешь?

— Тебе не нужна «веская причина», — тихо говорит Ник, изображая кавычки пальцами. — В этом и вся прелесть. Никто не может помешать тебе порвать с ними. Если ты боишься даже думать о встрече с ними или твое настроение мгновенно ухудшается, когда ты видишь их имя на экране телефона, возможно, пришло время. — Она снова сжимает мою руку. — Я просто делюсь своим опытом. Но я очень предвзята.

— Твоя предвзятость помогает, — признаю я, делая глоток кофе. — Ты единственная, кого я знаю, кто решился полностью разорвать отношения с родителями. Твоя точка зрения очень важна для меня. — Я снова глубоко вздыхаю. — Я пока не готова к такому, но, кажется, пора начать готовиться к такой возможности.

— Ну, если ты хочешь поговорить об этом, я всегда рядом, предлагает она, отпивая свой кофе и как будто игнорируя мою благодарную улыбку. — Когда ты возвращаешься?

Я беру телефон и пролистываю календарь. Наш переезд сюда был довольно спонтанным, и я так и не успела продать квартиру в Лос-Анджелесе. Теперь, когда покупатель наконец нашелся, мне нужно разобрать последние вещи — что-то выбросить, что-то отдать на благотворительность.

— В конце следующей недели.

Тихое «мяу» из переноски привлекает мое внимание.

— О, кто-то проснулся! — Ник улыбается и и приглашающим жестом указывает на переноску. — Давай, выпускай. Уверена, после этого ужасного визита к ветеринару ей не помешает немного ласки.

Я осторожно ставлю переноску на пустой стул рядом и расстегиваю молнию сверху.

— Вот, держи. — Я достаю белого котенка Тейтей и передаю его Ник. Маленькое существо сразу же забирается на ее бежевую вязаную кофту, запуская маленькие когти в петли.

— Ух, ты такая милая, — бормочет Ник, почти с недоверием от того, насколько очаровательной она находит кошку. — Боже, надо купить ей розовый бантик! Будет вылитая Мари из «Аристокошек». — Она воркует, а затем добавляет: — Твоя тезка — гений; посмотрим, оправдаешь ли ты свое имя.

— Не смей давить на моего ребенка! Я назвала ее в честь Тейлор Свифт, потому что у нее такие же глаза. — Ник смотрит на кошку, затем пожимает плечами.