Сын моего босса, или Усмешка судьбы - Ирина Ваганова

жизни, но сохранившие теплоту отношений. Потом в круг вышли совсем юные парень с девушкой, они перешучивались, подкалывали друг друга, обвиняя в неуклюжести, совершали нелепые шаги, натыкались на соседние столики, но благодаря задору и оптимизму вызывали улыбки окружающих.

Я наконец забыла о тревожных ощущениях во время обеда и очень огорчилась, когда саксофон и солистка смолкли.

Следующий трек был бодрым и энергичным. Возрастная пара тут же двинулась к своему столу, а молодёжь заскакала, получив, наконец, возможность самовыразиться. Вышли ещё две активные пары, а нам с шефом пришлось уступить им свой пятачок.

— Увы, пора, — грустно констатировал Саврасов. — Давайте я отвезу вас в офис, а то Елена Ивановна ругаться будет.

Я прыснула, оценив его шутку, но тут же решила уточнить:

— Нужно позвать официанта...

— Не тревожьтесь, я заплачу через приложение. Меня тут все давно знают.

Ах вот почему я постоянно чувствовала чей-то взгляд!

Тимофей Андреевич помог мне надеть плащ, я взяла сумку, и мы вышли на улицу. Жаль, но чудесный и абсолютно нереальный час моей жизни промелькнул как одна минута.

Глава 8

Через день мне позвонил Алёхин и радостным голосом стал докладывать о проделанной работе:

— Всё просто супер, любимая! Нашёл я твою однофамилицу. Она живёт в СНТ неподалёку от Сергиева Посада. Предлагаю махнуть туда прямо сегодня после работы.

— Прекрасно доберусь без твоей помощи, скинь адрес.

— Алька! Не упрямься, ты там до утра блуждать будешь!

— Никто и не собирается ехать прямо сегодня. Для этого есть выходные. Пришли адрес, а ещё лучше геолокацию. Уверена, что такси вполне справится с такой задачей.

— Ладно, — сердито буркнул бывший, — обсудим не по телефону. Я подъеду к офису…

— Меня нет в офисе, — схитрила я, удивив своим заявлением проходящую мимо меня девочку-практикантку.

Чтобы поговорить, я вышла из кабинета.

— Тогда к дому подъеду, заодно с Крашем погуляю, — скороговоркой выпалил Макс и сбросил звонок.

Я тихо ругнулась, обозвав его бараном, и пошла на рабочее место в испорченном настроении. Конечно, ничего плохого, в том, чтобы Алёхин навестил питомца, не было. Не насильно же он меня в машину посадит! Никуда я с бывшим не поеду и в любом случае сумею вытрясти из него добытую инфу. А не сумею, так и ладно! Мне уже не очень-то хотелось копаться в чужом грязном белье. Вон, босс и так жаловался на уныние, зачем добавлять ему проблем?

— Иди уже домой, Альбина! — окликнула меня Елена Ивановна.

— Так ещё полчаса…

— А в обед кто за бумагами сидел? Вон, посмотрись в зеркало, какая ты бледненькая. Иди! Если кто спросит, скажу, документы повезла в пенсионный фонд по моей просьбе.

— Так сейчас повсюду электронный документооборот, — засмеялась я.

— А кто знает? Иди-иди. Прикрою.

Спорить я больше не стала. В конце концов, коллега совершенно права, в обед я перебивалась сухомяткой, вспоминая, как отлично кормят в «Лёгком бризе», и, мучаясь от того, что вряд ли ещё смогу там побывать. Значит, имею право пораньше прибежать домой, приготовить что-нибудь вкусненькое, побаловать себя.

Через двор реально бежала, выискивая глазами Макса. Он, на моё счастье, не успел подъехать. Из упрямства или ещё по какой-то причине, я решила сама выгулять собаку. Краш обрадовался, запрыгал вокруг, видя, как достаю поводок, и первым выбежал на лестничную площадку. Я заперла дверь, нарочно «забыв» мобильник дома, и тоже начала спускаться. Пёс насторожился и замер перед последним пролётом.

— Ты чего, Крашик? — спросила я, прислушиваясь к доносившимся снизу шорохам.

В тёмном углу кто-то будто дышал. Не Максим, точно, иначе бы пёс уже нёсся с весёлым лаем вниз.

Я ещё мгновение постояла. Тихо. Показалось, наверное. Начала медленно спускаться, Краш перекатывался со ступеньки на ступеньку рядом. Едва мы достигли нижней площадки, как из темноты ко мне метнулась одетая в чёрное худи фигура. Лицо прятали балаклава и глубоко надвинутый капюшон. Краш залился лаем, я присела, уклоняясь, но не слишком расторопно, в следующую секунду ощутила сильный удар по голове. Перед глазами замелькали искры, потом навалилась тьма.

— Алечка, Алюшик, миленькая моя, ты слышишь?!

Родной голос доносился сквозь ватную пелену и казался таким далёким, словно я витала где-то в космическом пространстве.

О, нет! Резкая боль в затылке дала знать, что я по-прежнему нахожусь на бренной Земле.

Я застонала и открыла глаза. Почувствовала, что мне тепло. Макс сидел на первой ступеньке и держал меня на коленях. Я шевельнулась. Стены и перила поехали, устраивая хоровод. Пришлось снова устроить голову на широком плече бывшего.

— Тихо, тихо, любимая, — крепко обнимал меня он. — «Скорую» уже вызвали.

— Зачем?

— У тебя сотрясение. Ты видела нападавшего?

— Парень какой-то, или девушка. Я не успела…

— Тш-ш-ш… Разберёмся. Главное сейчас, чтобы тебя осмотрели врачи.

— Где Краш? — я вдруг поняла, чего не хватает в этой умилительной картинке, собачьей возни, скулёжа, лая, наконец.

— Пёс был с тобой? — встревожился Алёхин.

— Мы шли гулять.

— Когда я зашёл в подъезд, увидел только тебя, лежащей на полу. Даже поводка не было. Наверное, преследует преступника.

— Иди, поищи, — попросила я.

— Конечно! Только сначала отправлю тебя в больницу.

Я хотела возразить, но в этот момент запиликал домофон, начала открываться дверь и послышался голос нашей соседки:

— Сюда! Сюда, пожалуйста! Здесь она.

Повеяло холодом. Я увидела загородившего прямоугольник света крупного мужчину в медицинской спецодежде. Он зашёл, присел передо мной на корточки:

— Ну, что, пострадавшая, идти можете?

— Не знаю, — пискнула я, — голова очень кружится.

— Донесу! — твёрдо заявил Макс и стал подниматься прямо со мной на руках.

Сильный какой! Подумав об этом, я снова напомнила ему про Краша и опять отключилась.

* * *

Этот упрямый Макс едва не поехал вместе со мной на «скорой». Я еле-еле уговорила его остаться, дала ключи от квартиры, попросила привезти мне мобильный и всё, что потребуется, если вдруг меня оставят в больнице. Ну, и самое главное — найти Краша. Этот проказник не мог далеко убежать, даже если погнался за моим обидчиком.

Пару часов у меня брали анализы, возили на каталке от глазного к неврологу, потом обматывали голову проводами, заставляя лежать неподвижно и даже зрачками не водить. Я сто раз пожалела, что согласилась ехать. Полежала бы дома, да и всё, утром наверняка всё будет нормально.

— Зря вы так легкомысленно рассуждаете, больная, — качал головой симпатичный дежурный терапевт, навскидку недавний выпускник ординатуры. — Сотрясение дело серьёзное, могут быть последствия. Это вам ещё повезло, что удар скользячкой пришёлся, только ссадина осталась, а так ведь и череп могли проломить.

Напугал, честное слово! Я перестала спорить