Надежда маяка - Анна Леденцовская

Растерянная Крохалева только и могла, что вертеть головой от одного говорящего непонятно каким образом предмета к другому и хлопать глазами.

— А чегой-то она молчит да застыла истуканом? — подлетела поближе скалка. — Чудная какая-то…

— Ша! Угомонились, трещотки! — прикрикнул на всех ухват, опять стукнув по полу. — Оглушили бабоньку совсем, налетели, как пацанва за леденцами на лоточницу. Берите ужо все добро, понесли в дом. А ты, красавица, не тушуйся, показывай. Потом расскажешь нам все да разберешь, что прислали. Не место тут, чую, для разговора совсем.

Словно подтверждая его слова, снизу опять застонало непонятное, да так, что у Нади в груди перехватило и ком в горле встал.

Волшебный инвентарь вмиг образовал вокруг нее кольцо. Ухват и кочерга подхватили под руки, венчик залетал кругами над головой, а скалка, бурча, что вечно ей вся тяжесть достается, неведомым образом подцепила чем-то невидимым всю кучу кем-то присланного добра и направила в открытый люк.

В зал спустились быстро, а там скалка неожиданно, не выдержав, начала выговаривать Наде, будто хозяйка, нанявшая ее на работу:

— Ох и грязища! Пылища везде, позор просто! И мне теперь тут жить? И что ты за распустеха нерадивая, что доверенное тебе здание до такого непотребства довела? Не хозяйка, а срамота! — обидно и несправедливо бранилась летающая деревяшка, отчего Крохалеву начало прямо потряхивать изнутри от возмущения.

Она даже пожалела, что нельзя все вернуть как было и вновь остаться одной в тишине и покое.

«Вот тебе и магия! Вот тебе и волшебные помощники, Надюша! Как будто соседка снизу, Виктория Юрьевна, в эту палку вселилась и с санинспекцией ко мне в магазин приперлась», — раздосадованно думала она про себя.

Но помощники — на то они и помощники, чтобы почувствовать да уберечь. Не успел дух Киорензира О’Лооргена обрадоваться опять сжимающемуся кольцу фронтирской магии и тому, что сварливая кухонная утварь испортит глупой девке жизнь, как, почуяв неладное, вмешалась кочерга.

— А ну, помолчи, непутевая! Ишь разошлась, — вступилась она за Надежду. — Саму недавно выстругали, а поди ж ты, учить вздумала да попрекать, ничего не зная да не ведая! Откель ты знаешь, сколько тут хозяюшка времени-то провела, когда на службу попала, и в каком состоянии ей это все досталось? Осуждать-то все горазды, не подумав да не спросив.

— Ух, как с языка сняла! — поддержал ее верный напарник ухват. — Видать, не все просто тут, раз нас сотворили да к девице в помощники приписали. Разобраться надо сперва, а потом уже балабонить! Так что помалкивай давай, пустозвонка.

Скалка фыркнула и примолкла, а на душе у Нади потеплело. По крайней мере эта парочка заслуженных работников кухни была на ее стороне и влияние в этом волшебном квартете, на ее счастье, имела большое.

В крошечной кухоньке от внесенного имущества стало как-то тесновато, зато магические вещи мигом заняли свои места и для начала затеяли расспросы, кто их хозяйка, как здесь очутилась и с какой целью.

Вот тут-то их и ожидал сюрприз.

— Ох ты ж, девонька, и как тебя угораздило-то? — запричитала кочерга, когда Надя, разведя руками, коротко поведала о своем попаданстве, полном профанстве в магии и непонимании, что ей в качестве сердца маяка надо делать.

— Ух, вот ведь угольки да дровишки, это вам не хворост да шишки, — загнул старичок ухват и поинтересовался: — А как ты тут жить-то сможешь? Мы-то, значит, привычные, у печки или стола поставили — и стоим себе, да и молодежь найдет где приткнуться. Давно живу уже, не чета вон той балаболке, — он ткнул металлическими рогами в разлегшуюся на подоконнике скалку, — знаю: вам, людям, да и другим расам, много чего надо. Еду ты нашла, молодец, и хорошо, что тут было чем поживиться. Мы тоже тебе кой-чего привезли полезного. Но ведь спать надо где-то. К тому же хоть и моетесь вы пореже посуды, но тоже необходимость такая есть. Надо бы порешать все это. Иначе плохо будет, хрупкое ты существо.

Инструменты словно переглянулись между собой, совещаясь.

— Ты не сомневайся, — прожурчала кочерга, и Наденьке даже показалось, что печной инструмент улыбается ей ласково, как бабушка, — поможем, сбережем да защитим. Только попереду тебе поговорить с создательницей надо. Малый! Достань вон сверток тот, а ты, деточка, освободи на столе место. Вещь хрупкая и незаменимая. Надеюсь, сработает как надо!

Расчищая угол стола от частично разобранной груды вещей, Надежда вдруг сообразила, что сама-то представилась, рассказывая о себе, а вот имен говорливых помощников спросить не удосужилась. Однако сейчас ее больше занимало, что там такое бережно вытаскивает из присланных вещей гордый ответственным поручением шустрый венчик.

Под рукой начала шнырять молчаливая скалка, видимо почувствовавшая себя виноватой за несправедливые обвинения и наговор. Извечный кухонный аргумент сотен женщин отсортировывал все, что можно было отнести к продуктам и кухонным вещам, и отправлял на буфет у раковины. Забытую открытой воду скалка ловко закрыла, словно только этим всегда и занималась.

Подлетевший венчик бережно положил на расчищенную поверхность завернутый в шелковую тряпочку, такую же, как найденные Надей семейники, странный плоский предмет с горкой в центре.

— Это же… — Развернув скользящую серебристую ткань, Наденька Крохалева аж задохнулась от изумления. Чего она не ожидала увидеть после обещания средства связи с неведомой создательницей магического кухонного инвентаря, так это плоского расписного блюдечка и наливного яблочка на нем, румяного и краснобокого, сразу наполнившего помещение своим ароматом.

— Давай, девонька, покати, — негромко подсказала скалка. Без ворчливых и крикливых ноток у нее был весьма приятный женский голос.

Сев на кривоватый, грубо сколоченный, но неожиданно оказавшийся очень удобным табурет, Крохалева робко ткнула пальцем в глянцевый бок аппетитного фрукта с задорно торчащим на черенке крошечным зеленым листочком.

Фрукт странно булькнул и вместо того, чтобы побежать по тарелке, как положено по всем сказочным канонам, вдруг растекся прозрачной пленочкой по блюдцу. И Надя увидела в нем, как в экране телевизора, круглое улыбчивое лицо светловолосой женщины слегка за сорок. В голубых глазах незнакомки мелькнуло облегчение, сменившееся тревогой.

На волшебном экранчике пробегала мелкая рябь, словно легкий ветер дул на воду. Наденьке это мешало рассмотреть тех, кто собрался за спиной ее собеседницы, а там суетилось достаточно много какого-то народу, и некоторые были как из костюмированного фильма фэнтези.

— Здравствуйте,