Старшая жена. Месть мужу - Ванесса Рай

class="p1">В голове хаос… Мне безумно хочется отомстить Багиру, позлить его… Он ревнивый. Даже очень ревнивый. Только вот не уверена, что сейчас смогу вызвать в нем эту ревность. Он говорил, что любит, а сам женился на другой, не помешал матери отправить меня за решетку. Да, я направила нож на эту чертову Лиану, но ведь у меня были веские причины для этого.

Он колебался, возможно, он не хотел, чтобы меня забрала полиция, но все же сделал это.

— Михаил, мне кажется, ты просчитался — мужу плевать на меня.

— С чего ты так решила? — удивленно вскинул брови хозяин особняка.

— Хотя бы потому что он меня не ищет, если бы любил, то носом бы землю рыл, только бы найти любимую женщину и вернуть обратно.

— Ты забываешь, что мужчины противоречивы и дикие собственники. Знаю… Сам такой. Покажи ему соперника, он начинает с ума сходить, — убеждал меня он.

В этом была доля правды… Когда я еще жила с родителями, то наша соседка, Лена, со скандалом разводилась с мужем. Он сказал, что больше ее не любит, завел любовницу и ушел к ней жить. А когда Лена сама закрутила роман, он бегал к ней каждый день и устраивать сцены ревности. Обратно просился, говорил, что любит… Конечно, она не приняла его, но былые страсти всколыхнула это точно.

— Ладно, допустим, он приревнует… Но ты не думаешь, что из ревности он пошлет за мной своих людей? Никаких сцен не будет. Меня просто тихонько прирежут и все, — говорила я.

В этой стране за неверность женщин не казнили. По крайней мере, по закону… Но никто не отменял негласный суд над загулявшей женой. При том что мужчинам здесь позволялось все, что угодно…

У меня были серьезные основания бояться за свою жизнь. Три года назад молодая замужняя женщина завела роман с иностранным туристом. Бегала к любовнику тайком, пока муж был на работе. Вскоре про Алиму начали шептаться соседи. Информация дошла до ее супруга.

Подробностей я не знаю, но Алима просто пропала. Пошла на рынок и не вернулась. Ее муж потом спокойно завел еще две жены…

— Аня, я знаю о местных порядках и все предусмотрел. Тебе нечего бояться… Одна ты не будешь — с тобой все время будет Кирилл и его водитель, — улыбнулся он мне.

— Какой водитель? И как он защитит меня от мести разъяренного мужа? — хмыкнула я. Мне представился пузатый мужичонка средних лет, который последний раз занимался спортом в школе на физкультуре.

— Виктор — не просто водитель, а еще и телохранитель. Кирилл без него никуда не ходит, тем более в этой стране. Люди здесь непредсказуемые, мстительные… могут улыбаться в лицо, но стоит отвернуться, тебя уже режут, — объяснял Михаил. — Без защиты ты не останешься. Да и разыгрывать роман долго вы не будете. Думаю, хватит и нескольких недель. Как пойдет…

За спиной раздался легкий скрип — в гостиную заглянул Кирилл и, лениво зевнув, подошел ближе.

— Ну, решили? Наша снежная королева растаяла? — поинтересовался он у брата. Ну что за козел — я стою рядом с ним, а он говорит так, будто я уже ушла.

М-да… Не самый лучший кандидат для такого спектакля: холодный, самовлюбленный эгоист. На его фоне даже Михаил выглядит джентльменом… Хотя он еще тот мерзавец — цинично соблазнил и обрюхатил девку. Мне не было ее жаль. Сама виновата… Нечего раздвигать ноги перед кем попало, да еще и позволять в себя кончать. Похоже, Лиана совсем не уважает себя. Очередная жертва, которую захватил для своего удовольствия Багир.

Искоса смотрю на Михаила. Пьет кофе, улыбается. Вокруг роскошь… Жизнь у него явно удалась. И в душе ничего не скребется от того, что в какой-то женщине растет его ребенок.

Глава 17

Ладно, черт возьми, я согласна. Прекрасно же знаю, что если откажусь, то буду жалеть. Хотя, скорее всего, я буду жалеть, и если соглашусь.

Из двух зол надо выбрать ту, что слаще. По крайней мере, будет приятно вспомнить.

Если, конечно, я выживу…

— Хорошо. Я согласна позлить Багира, но у меня есть условия, — устало выдыхаю я.

— Отлично, — Михаил широко улыбается, демонстрируя идеальные зубы. Несколько миллионов вложил, не меньше…

— Ты сначала послушай про условия, а потом радуйся, — мягко осадила его я.

— Говори, красотка. Не думаю, что ты запросишь что-то нереальное, — расслабился хозяин особняка.

Все это время Кирилл стоял рядом с нами и делал вид, что его не интересует происходящее. Он лениво копался в телефоне, что-то читал или делал вид, что читает. Но как только я сказала, что согласна на авантюру, он резко встрепенулся и навострил уши.

Интересно, какой у него интерес? Неужели он слепо подчиняется брату и готов выполнить любое его задание. Хотя согласна — миссия даже приятная. Все-таки я не старая калоша, а привлекательная молодая женщина…

Скорее всего, Михаил ему платит, и не мало.

— Паспорт и деньги все это время будут у меня, и если я почувствую опасность, то в любое время выхожу из игры и уезжаю, — сдержанно улыбнулась, внимательно изучая реакцию Михаила. Он и бровью не повел. Видимо, это он предвидел. — А сейчас по поводу романа… вернее, его деталей. Это будет только имитация… Ни поцелуев, ни объятий, ни тем более секса не будет.

Мне казалось или по холеному лицу Кирилла пробежала тень.

— Но, Аня… насчет секса понятно, но обниматься и целоваться будет нужно. Иначе как он тебя ревновать будет? — удивленно восклицает Михаил.

— Слушай, Багир — мусульманин, а значит, по определению взбесится, увидев свою женщину с другим. Тем более мы не разведены и по закону я все еще его жена. Я позорю его и он будет бесится, — настаивала я. Искоса смотрю на Кирилла — он равнодушно листает ленту новостей. Участие в разговоре не принимает и ждет, когда ему предложат готовый сценарий.

— Вот с этим не согласен! — сверкнул на меня глазами хозяин дома. — Ты пойми, Анечка, позор и ревность — это разные вещи. Да, ты опозоришь его, что появишься в компании с другим. Но это только внешняя сторона… Он увидит, что ты с мужчиной холодна, не обнимаешь, не целуешь, смотришь на него как на мебель… И он поймет, что угрозы нет — Кирилл ему не соперник.

— А если он меня обнимет, то что? — осторожно спрашиваю, хотя прекрасно знаю ответ.

— И не только обнимет… Вы должны показать страстные отношения, чтобы у него не было сомнения. Тогда он будет ревновать,