Пересекая черту - Ана Сиа

— Важен ведь не мотоцикл, а поступок, — поворачивается к парню Элла.

— Да, но иногда к поступку хочется ещё и что-то материальное, — пожимает плечами Алекс, но Элла знает, что его это задело.

Да, он не может позволить себе покупать дорогие вещи или водить Эллу в хорошие рестораны, но он искренне о ней заботится и делает всё, чтобы им было хорошо. Луиза всегда говорила, что Алекс не подходит ей, раз она всё ещё разрывается между учёбой и несколькими подработками и отдыхает урывками, а Алекс большую часть времени предпочитает говорить о собственных учебных проектах и планах. Зачем быть с человеком, для которого важнее очередной реферат? Элла считала, что не имеет права осуждать Алекса за это, в конце концов, его успехи в учёбе сейчас позволят ему в конечном итоге получить стажировку в какой-нибудь хорошей компании в будущем.

— Я знаю, что у тебя всё будет, — улыбается Элла.

Алекс молча кивает, прижимаясь плотнее к тёплому плечу Эллы, и бросает взгляд куда-то за кроны шумящих на ветру деревьев. Элла была красивой и понимающей, выполняющей всё, о чём он её просил, и Алекс искренне любил таких людей. Элла вкладывалась в эти отношения на все двести процентов, и это было тем, от чего начинало щемить в сердце. Элла Брандт, похоже, действительно была вымирающим видом девушек, внимательных, заботливых и поддерживающих во всём, и будто в подтверждение этих мыслей, она, замечая, как ёжится от резкого порыва холодного ветра Алекс, предлагает пойти в тёплое место.

Они заходят в небольшое кафе недалеко от парка, где Элла, желая согреть и приободрить замёрзшего Алекса, угощает его ореховым пирогом и кофе, заводя непринуждённый разговор, а после, когда приходит время расходиться, тихо предлагает зайти к ней на чай. Не нужно быть гением, чтобы понять, что включает в себя этот «чай». Они вместе уже полтора года, но секс — далеко не то, что происходит в их отношениях регулярно. Обладая спокойным темпераментом, Элла никогда не настаивала, а Алекс был слишком увлечен учёбой и собственными успехами, вспоминая об этой потребности не очень-то часто. Им было комфортно вместе, в конце концов, на одной лишь страсти крепкие отношения не построишь.

Их секс всегда был нежным и спокойным, словно они прожили вместе уже не одну семейную жизнь. Алекс не был страстным по натуре, а Элла, зная его спокойный нрав, не считала уместным склонять его к экспериментам в постели. Плевать на все эти аксиомы, что без хорошего секса отношения долго не продержатся, они с Алексом вот вполне себе счастливы вместе, и Элла уверена, что их союз можно назвать гармоничным. Она довольно прокручивает эту мысль, укладывая голову на груди Алекса, и засыпает с лёгкой улыбкой на губах.

Просыпается она тоже в прекрасном настроении, неспешно открывая глаза и чувствуя доносящийся с кухни аромат. Телефон на тумбочке приветливо показывает десять утра субботы, и это значит, что кроме подработки и домашних дел у неё сегодня ничего нет. Элла неспешно читает новые уведомления, отвечает Эрику и Луизе, обещает позвонить вечером маме и с удивлением натыкается на сообщение с неизвестного номера.

«Привет, это хам на мотоцикле», — читает Элла в первом сообщении, чувствуя, как возвращается липкое волнение. Второе сообщение бороться с этим чувством никак не помогает, добавляя ещё и мурашки по коже: «Не бойся, я не пробил тебя по базе и не собираюсь сталкерить. Номер мне дала твоя подруга». Элла мысленно стонет, уже представляя, как этот нахал вынудил Луизу сказать ему номер. «Я Рэйвен Мейер», — светится на экране последнее сообщение, заставляя с глухим вздохом прикрыть глаза.

Настойчивости этого Рэйвена можно было только позавидовать, и Элла не хотела даже думать, как далеко в своём желании познакомиться тот может зайти. Нахальный, дерзкий и не понимающий отказов мажор, явно считающий, что весь мир принадлежит ему. Элле очень не нравился этот парень, совершенно классный снаружи, но с таким отталкивающим поведением и характером. Можно было бы сказать, что Элла его совсем не знает, и Рэйвен обладает многими хорошими качествами, но что-то внутри так настойчиво бунтовалось против него, что разбираться в смешанном комке скрученных в узел чувств совсем не хотелось. Пустить всё на самотёк и притвориться мёртвой, надеясь, что парень быстро потеряет интерес к её безучастию, казалось лучшей идеей.

Не ответив ни на одно из сообщений, Элла с чувством выполненного долга идёт на кухню, где Алекс уже накладывает в тарелку свежеиспечённые блинчики. У неё есть устоявшаяся и вполне устраивающая её жизнь, в которой точно нет места для самодовольных мажоров, живущих совсем в другом мире денег и вседозволенности.

Глава 3

Спокойное, размеренное и ленивое утро пятницы, впереди два выходных и миллион возможностей выспаться. Элла прокручивает эту мысль в голове и готова завыть в голос от того, что это совсем не её вариант. Встать в шесть утра, собраться в спешке и, опаздывая на учёбу, поехать в институт, а после — на подработку в больницу и, если не выпадет график ночной смены на её второй подработке в круглосуточном магазине, то она сможет приехать домой даже не совсем глубокой ночью. Это была её обычная рабочая рутина, в которой часы недосыпа за неделю уже давно обогнали часы отдыха.

Автобус грубо тормозит на нужной остановке, и Элла, едва не пошатываясь от навалившейся на неё в час-пик толпы пассажиров, выходит наружу, держа в руке уже остывший и чудом не выпавший из рук в давке стаканчик с кофе. Вот уже почти две недели Луиза передаёт ей перед началом пар большой стакан с кофе, вкусный, ароматный и явно не из их столовой. И Элла, смотря на такие же стаканчики с кофе у Эрика и Луизы, искренне подумала бы, что друзья решили раскошелиться, если бы следом не прилетало сообщение от Рэйвена Мейера с неизменным: «Кофе для тебя». Осознание, что этот нахал изо дня в день каким-то образом снабжал хорошим кофе её и заодно её друзей, до сих пор отдавалось набатом в голове.

Это было странно, вопиюще нагло и чертовски мило. Очевидно, что Рэйвен не только выпросил у Луизы её номер, но и неизвестно как подкупил подругу, приобщив к своей авантюре с кофе. А только ли с кофе? Что-то подсказывало, что останавливаться только на кофе было совсем не в духе этого Рэйвена Мейера, который так настойчиво продолжал писать ей по утрам, желать спокойной ночи перед сном и совершенно абсурдно тратиться на кофе