Изгнанная драконом. Школа-сад попаданки - Ксения Есенина

И призрачная рука — моя рука! — толкнула этот дух.

Мужик крякнул, как огромный хряк, и неуклюже завалился навзничь, беспомощно размахивая короткими руками и ногами.

Очередной раскат грома сотряс воздух, и я моргнула, очухиваясь.

Не теряя больше времени даром, подскочила с земли, подхватила юбку и понеслась по дороге сломя голову прямо в непроглядный ночной мрак. В висках бешено стучала кровь, сердце колотилось в пересохшем от страха горле.

Я почти ничего не видела перед собой. Только вспышки молний периодически помогали сориентироваться. Но остановиться не смела и не оглядывалась, подгоняемая ужасом представших в воображении картин того, что со мной могло сейчас случиться.

Не помня себя, я долетела до столба, отмечающего поворот на особняк, и только тут позволила себе притормозить. Тяжело дыша, утёрла лоб и обернулась. Ветер бушевал, заглушая звуки, но вроде бы погони не было.

Слава богу, спаслась! Держась за грудь, на горящих после внезапного забега ногах я двинулась в сторону особняка. Глаза немного привыкли к темноте, и я различала по обеим сторонам тропинки тёмные массивы кустов и деревьев.

И тут обрушилась стена ливня.

Молнии продолжали сверкать над головой. Я молилась, чтобы меня не пришибло. Какая получилась бы нелепая смерть!

К счастью, мне удалось добраться невредимой. Вымокшая до нитки, я устало поднялась по ступенькам и чуть не налетела на распахнувшую дверь Иду. Сил отвечать на вопросы не было. Я молча отдала ей чудом сохранённую в суматохе корзинку с лекарством для Кастора и велела вначале позаботиться о нём.

К моему облегчению и безмерной благодарности, Ида заранее нагрела воды.

Я наконец-то избавилась от промокшего насквозь грязного платья и с наслаждением погрузилась в горячую ванну. Невзирая на моё сопротивление, Ида сама вымыла мне голову и натёрла кожу мочалкой.

Я окончательно расслабилась и начала рассказывать обо всём, что произошло сегодня.

При упоминании Ленар руки Иды на мгновение остановились.

— Ленар Молинар предложила вам помощь? — переспросила она.

— Да. А меня угораздило ей поверить, — буркнула я с досадой, вспоминая самодовольную рожу брюнетки. — Ну ничего, в следующий раз буду умнее.

Ида промолчала.

С печальным вздохом я сообщила, что работу пока не нашла. Но тут же приободрила заверением, что попытаюсь опять.

— Ты была права, — проворчала я, обтирая полотенцем длиннющие густые волосы. — Не стоило называть своего имени. Надо же, какие они в этом Гвенте все суеверные! Шарахались от меня, как под гипнозом.

Возившаяся у стола Ида на миг замерла, стук ножа по деревянной доске прекратился.

— Госпожа, — позвала она после длинной паузы, — вам горчицу на мясо намазать или на хлеб?

— Терпеть не могу горчицу, — скривилась я, глядя на себя в небольшое зеркало. —Сделай, пожалуйста, без неё.

Раздался звон бьющейся посуды. Я вздрогнула и резко обернулась.

Ида, бледная как полотно, таращилась на меня огромными глазами, прижав обе морщинистые ладони к раскрытому рту.

— Так я и думала… Так и думала! Вы — не она!

Глава 11

— Вы — не она… — повторила Ида едва слышно и осела прямо на пол среди осколков разбитой глиняной чашки.

Я стояла растерянная и молчала, не зная, как себя вести. Няня закрыла лицо руками и разрыдалась. Её ссутуленные плечи сотрясались от всхлипываний.

— Бедная моя девочка! А ведь я знала, в глубине души знала, что её больше нет. Когда Кастор нашёл её, она уже не дышала… Она ушла навсегда.

Ида вскинула на меня заплаканные глаза.

— И на место моей Одианы пришли вы.

Я вздрогнула. Мне было очень жаль бедную старую женщину, потерявшую свою подопечную, но страх за себя всё же пересилил прочие эмоции. Меня буквально парализовало.

Что теперь делать? Отпираться бессмысленно.

Ида продолжала сидеть на полу, и я инстинктивно шагнула к ней, чтобы помочь подняться, но она испуганно отшатнулась. Вот как! Выходит, няня боится меня не меньше, чем я — её.

Выставив перед собой раскрытые ладони, я заговорила примирительным тоном:

— Послушайте, всё произошедшее для меня такой же шок, как и для вас. Когда я очнулась тут, в совершенно незнакомом месте, в чужом теле, то не понимала, что происходит. Я не имею отношения к тому, что случилось с Одианой. Меня… — Я проглотила комок. — Меня никто не спрашивал, хочу ли я оказаться здесь. Но кроме вас я больше никого тут не знаю. Всё для меня в новинку. Если… если вы хотите, я могу уйти.

Ида встрепенулась, удивлённо морща лоб, и попыталась встать. Я протянула ей руку, и на этот раз она приняла мою помощь.

— Что ты, девочка, — сказала няня и утёрла остатки слёз. — Куда же ты пойдёшь? Раз так случилось, значит, такова воля Великих Сил. Не нам, простым смертным, с ней спорить.

Она взяла меня за обе руки и улыбнулась.

— Ты не раздумывая помчалась в незнакомый город, ничего не зная об этом мире, чтобы помочь старику, которого видела впервые в жизни.

— Да кто бы смог равнодушно смотреть на страдания пожилого человека? — смутилась я. — Кстати, как дела у Кастора?

В уголках глаз Иды снова образовались морщинки.

— С ним всё хорошо, он спит. Лекарство помогло. — Она погладила меня по ладони. — Я рада, что в это тело вселилась такая добрая душа. Я буду помогать тебе во всём, чем смогу, и никому не открою твой секрет, обещаю.

Меня так растрогала её речь, что я сама чуть не заплакала от благодарности и облегчения.

— Ида, как всё-таки ты догадалась? — поинтересовалась я, осторожно собирая осколки разбитой чашки.

— Я ведь растила Одиану вот с таких годков, — няня приблизила ладонь к полу. — Какие-то мелочи в поведении, жестах, словах. Да и нутром чуяла, просто отказывалась верить. И твоя история с Ленар Молинар… Настоящая Одиана никогда бы не доверилась этой завистливой злючке. Ну а последней каплей стала горчица. Одиана её обожала.

Мне хотелось узнать побольше подробностей об этом мире, равно как и Ида горела желанием узнать о том, откуда я, но уже было слишком поздно для разговоров. Завтра мне предстояло вновь заняться поисками работы. А ещё разобраться в наших финансовых делах, обойти дом и участок, чтобы понять масштабы проблемы, и прикинуть расходы.

Отужинав бутербродами, я поднялась в