Саша Лорски. Пламенный Факультет. 5 курс. - Дроздова Александра

которым я могла сразу присмотреться в академии. Сириллу же я писать не стала, Бэлле тоже, хотя ей, в отличии от ее братца, отправить пару строк мне бы очень хотелось. Как она там?

Пожалею ли я о своем поступке потом? Сто, тысяча, нет, миллион раз я буду вспоминать и мучиться от того, что отправила эти просьбы… Но, письма не вернуться обратно, отступить не было возможности! Рано или поздно они достигнут адресата и тогда…

Лекции, семинары прошли спокойно. Сегодня даже Броерюмса Словейк не доставала меня, а лишь поджимала губы, когда ее взгляд останавливался на оставшихся следах на моем лице и на белом глазу. Девчонку, что расцарапала мне глаза, я сегодня не видела. Она не присутствовала на занятиях, интересно, почему? Неужели ее так серьезно наказали? Это мне тоже следовало разузнать…

Во время какого-то из перерывов я попыталась разузнать о ней у Элайзы, но затея вышла бесполезной. Я бы попробовала спросить у Кевина, но его я не встретила, его же подружка меня тупо проигнорировала, даже не подняла на меня свои прекрасные очи, хотя прямо задала ей вопрос. Ладно, попробую разузнать другим способом.

Обзаведением собственного наставника осталось для других секретом, ведь свидетелей, как Зак Ульгрен согласился, не было. И для меня это было лучше, если бы все узнали, что пришлая из УМа собирается изучать их науку дополнительно.

Я пришла к комнате отдыха преподавателей после ужина, потому то именно так ответственный Ульгрен приказал мне, внезапно встретив меня в коридоре. В преподавательскую заходить мне не пришлось, он встретил меня сразу же, как только увидел на этаже.

– Саша! – окрикнул он меня. – Следуй за мной!

Я сделала, что велели, и быстро. Шаг у ответственного Ульгрена был слишком быстрым, и шел он куда-то, где я еще не была, а ведь я пролазила всю академию, а, если не пролазила, так изучила хотя бы на выданных проспектах. Со временем я догадалась, куда он меня вел, но не очень понимала, зачем.

В Академии Пяти Элементов была всего одна башня, на которую мы и поднимались. Ее использовали лишь истинные чистокровные проявленные рожденные драконами. С башни они отрабатывали полеты, и только у активированной крови со вторым обликом была такая дисциплина, по очевидным причинам.

– Мы же не идем туда осваивать навыки полета? Должна признаться, в этом я полный ноль!

– Ха-ха! Очень смешно! – абсолютно безэмоционально произнес ответственный Ульгрен.

Когда мы забрались на площадку, которая находилась гораздо выше птичьего полета, я оробела, должна признать, что такая высота вызывала у меня здравые опасения. Это не уютные колени у гаргула. Однако, я все еще не понимала, как мы будем тренироваться здесь?

– С самого начала, ты будешь учиться доверию! – радостно сообщил мне Ульгрен и хлопнул в ладоши.

Я опешила. А как же бой? Управление огнем? Приемчики всякие?

– Чего-чего? – переспросила я, наблюдая за улыбающимся Заком. Так интересно, когда он улыбался, глубокая белая полоска шрама удерживала губу, и это было очаровательно. Это как будто бы придавало насмешки всему и там, где ее не было и там, где была…

– С доверием у тебя явные проблемы! – заявил он.

– Естественно! В академии невозможно расслабиться ни на секунду, иначе какая-нибудь ящерица располосует тебе лицо! – немножечко разозлилась я.

Меня задевали слова, которые он произнес. Я не хотела этого слышать.

Зак Ульгрен помотал головой:

­– Речь не об этом. Там, откуда ты явилась, была такая же проблема!

Холод! Лицо обдало лютым холодом, и это был не обычный злостный ветер с вершин гор…

– Откуда вам это известно? Что вы знаете? – спросила я и сделала шаг назад.

Махнув головой, он спокойно произнес:

– О чем я и говорю! Я ничего не знаю! Можешь, не опасаться, мне неизвестно ровным счетом ничего, но любой с мозгами способен догадаться, что прошлое твое насыщенное. Но, я не об этом доверии толкую, к этому мы еще вернемся. Ты говоришь о рожденных драконами слишком пренебрежительно, вызывающе и уничижительно! Я вижу, что ты ненавидишь свою каплю крови. Ты и она – одно целое. Об этом доверии я говорю, в первую очередь, ты не доверяешь сама себе!

Я сделала еще шаг назад. Как я могла доверять себе? Если моя сила была бесконечной, что при желании я могла спалить какой-нибудь городок, а может, и весь Дракгхил! О каком доверии могла идти речь, если при активации крови я соблазнила чужого жениха прямо на тренировочной арене? О каком доверии вообще можно было помыслить, если, в конце концов, благородя той же древней крови, я находилась за тридевять земель от своего родного университета!

Ничего из этого я не произнесла… совсем ничего…

– Если ты выбираешь трусливое отступление, тогда зачем ты просила меня стать твоим наставником? – сурово спросил меня Зак Ульгрен, нахмурив брови.

– Нет, не выбираю… – пролепетала я и осталась стоять на месте с широко раскрытыми глазами. Я таращилась на этого мужчину, и никак не могла понять, как он так быстро меня просчитывал? И почему каждое его слово било прямо в цель?

– Хорошо. – подобрел он. – Тогда начнем с другого края! С доверия мне! Это ты можешь себе позволить? Ты можешь позволить себе доверять своему наставнику, которого ты выбрала сама?

– В каком смысле? – осторожно спросила я, наверное, он все же был прав. С доверием у меня были проблемы и большие. Но это не я такая, а мир сделал меня такой!

Зак Ульгрен тяжело вздохнул. Мне казалось, он хотел нагрубить или послать меня, в частности, но сдержался.

– В прямом, Саша, в прямом! Просто доверять! Ты сможешь прийти ко мне за любым советом, рассказать о каких-то неприятностях, спросить мое мнение, и даже попробуешь к нему прислушаться и тому подобное, как тебе?

– Да, – ответила я, в этом сомнений не было, – мне бы хотелось, чтобы вы делились своими мыслями со мной.

– Хорошо! Это уже хоть что-то. – ответил он мне и устало потер свое лицо, видно этот разговор тяжело отозвался и в нем. – Садись в медитативную позу, я сяду, напротив.

Я выполнила его просьбу, устроившись прямо на ледяной пол.

– Отлично-отлично! Теперь мой огонь будет согревать тебя, а твое пламя окутает меня, поняла?

Такая практика у меня была впервые… никогда мне не доводилось просто греть кого-то еще. Это было