Новый мир. Видящая - Виктория Хорошилова

идти кушать отказывался, пришлось пойти сделать ему чай и достать пирожное. Двери его кабинета мне открыли. Отец увидев чай улыбнулся, а когда я прибежала с пирожным, вообще подхватил меня на руки и закружил.

— Спасибо моя хорошая. Чтобы я делал без тебя?

— Голодал.

Пока он ел я села нарисовать Диму, каким я помнила друга и как он изменился. Постаралась передать и человека и ящера в оболочке человека.

— Это кто?

— Дима, — вздохнула грустно — я в него в конце школы влюбилась. Уже переболела им. Его заменили…

— Нарисуй их по отдельности, — попросил мягко отец и пока я рисовала на планшете к нам зашел мужчина, которого я сегодня видела.

— Тим, наш штатный менталист, он может видеть и слышать мысли других существ.

— Вы видели уже сегодня?

— Да, Януш просто не мог понять, что тебя так заставило нервничать и попросил помочь понять тебя. Я посижу рядом, хорошо?

— Хорошо. Вот, — показала отцу — это если по отдельности. Так Дима выглядел до того как его убили и заменили ящером. Это так странно, я думала, что схожу с ума. Он вел себя так же как мой друг, те же жесты, мимика, слова. Я школу закончила с отличием, — похвасталась вяло — и поступила в тот университет, что хотела, — мне ласково улыбнулись. — А потом все изменилось в один день… Я тогда относила в школу книги, все что остались и потом, когда возвращалась домой, — я сглотнула вязкую слюну. — Переходила дорогу по всем правилам, а меня машина сбила. Я сознание потеряла в момент удара. Бабушка говорила, что калек убивают, их нет в том мире, где я родилась. Ни стариков, ни калек, ни каких-либо людей с отклонениями. Все кто начинают сдавать, исчезают. А меня зачем-то оставили, только спустя почти год поняла зачем… Только не знаю, можно ли было в той аварии ногу потерять.

Нарисовала как выглядела моя нога, когда я ее увидела. Тим сказал тихо:

— Иногда во время аварии от удара кости так сильно дробятся, что их нет возможности собрать обратно. А мышцы превращаются в кашу. Поэтому иногда проще отрезать и воссоздать конечность, чем восстановить то, что получилось после аварии. У моего близкого друга так было. Только ему руку так восстанавливали и часть мягких тканей. Даже шрамов не осталось.

— А мне штырь в кость вставили и сказали, если я хочу жить, то должна терпеть боль и учиться ходить с тем, что есть. Мне повезло, что это прижилось. Честно говоря было страшно и хотелось выжить.

Отец не смотря на мои отпирания затащил к себе на колени.

— Ты очень много эмоций и чувств проявляешь, это подкупает. Ты же не станешь как мои родители холодным и отстраненным?

— Нет моя хорошая, я очень хотел дочку и я ее получил.

— Чтобы не сойти с ума от всего, что случилось, плюс родители решили, что я должна жить отдельно. И под видом ты уже взрослая, школу с отличием закончила и наверное поступила, переезжаешь в квартиру бабушки, — ощутила как отец замер, а Тим сидит с ошарашенным лицом. — Я для стимула жить поставила сумасшедшую цель. Через полгода пробежать марафон десять километром. И я пробежала его. А потом через три месяца двадцать километров. Потом думала еще месяца через три или лучше полгода, пробежать большой марафон на сорок два километра. На него долго готовиться нужно. А преподаватель, — я быстро нарисовала ящера — записал меня и притащил на марафон через месяц после последнего. Я этот марафон едва осилила и с трудом добежала.

— Ты нарисовала ящера, а как его человеческая оболочка выглядит? — спросил Тим.

— Я не помню… Чем дальше, тем больше я видела именно их суть, а не оболочку. Научилась различать их мимику, ну, на ящерах. На пауках это сложно.

Нарисовала паука. Тим с Дином переглянулись.

— Видели таких?

— Нет, — сразу от обоих.

— Он, — показала на рисунок преподавателя-ящера — после марафона потащил меня на сцену. Типа пусть тебя поздравят. Вот тогда я увидела видеозапись моей аварии, хорошо летела кубарем. Много кто не поверил, что у меня протез. Пришлось расстегивать штанину и показывать. А потом меня обрадовали, что отправят в центр реабилитации. И я буду третьей, кому восстановят конечности. А потом меня отправят в гости в другой мир. Я про этот центр реабилитации слышала раньше мельком, в сети информации нет совсем. А в нем увидела медведя, он восстанавливал ногу.

— Нарисуй его, — попросил Тим.

Глава 4

Видящая

Глава 4. Видящая.

Пока рисовала, продолжила рассказ подробно. Ощущала как они переглядываются.

— Он перенес меня в этот мир. Перед переходом спросил, точно ли я хочу перейти сюда. Я сказала что хочу, а возвращаться туда не хочу никогда!

— Я тебя и не отдам родная, ты моя дочь.

— На медведя ящер так забавно отреагировал. Медведь на него так рыкнул и трансформировался частично. Тот испугался и в восторге был одновременно.

— Ты была все время в сознании? — удивился Тим.

— Нет, потом сознание потеряла. У этих ящеров нет обезболивающего или они его мне принципиально не давали. Только на операции они как-то усыпляют. А вы знаете, где еще два счастливчика?

— Нет, — сказал Дин — Но Тим поищет сначала этого медведя, думаю он даст нам подсказку, кому ребят отправили. И позови Януша.

Парень быстро пришел.

— Ты с сестрой сможешь поработать если что?

— Что нужно?

— Пока не понятно. Судьбу Миры уже сможешь видеть?

— Да, но мне, хм, не показывают. Вижу только на пару дней вперед и все. Дальше словно накрыто чем-то. Именно накрыто и не дают увидеть кэп. Первый раз такое вижу. Это ящеры? — Януш увидел мои рисунки — Охренеть!

— Не выражайся!

— Простите. А это паук? М-да, я б заикой стал.

Медведя Тим быстро нашел. Тот рассказал им про мир в общих чертах.

— Странный у них мир, — эта фраза привлекла мое внимание. — Такое ощущение, что люди не знают про ящеров. А я узнал только когда девочку вам отправил. Она укусила ящера и повредила ему кожу, у него пошло заражение и пришлось обрезать. Я зашел как раз в момент его быстрой операции