Сделка после развода. Исцелю тебя, генерал - Зена Тирс

Она слышала утреннюю сцену. Все слышали.

— Нет, — отвечает Гаспар.

— Тогда можно попросить вас переставить экипаж, чтобы могли подъехать тяжелобольные.

— Не вопрос. Вальтер, переставь карету.

— Благодарю вас, лорд, — кивает она, придерживая ему дверь.

Коридор узкий, и Гаспар пытается встать плотнее к стене, чтобы не мешать проходу.

— Вы к леди Бекфорд, верно? — уточняет управляющая.

— К леди ван Райден. У неё будет другая фамилия.

— Николь сейчас на процедуре. Если хотите, я провожу вас в её кабинет, там будет удобнее ждать.

— Проводите.

Когда управляющая разворачивается уйти, он её останавливает.

— Не говорите Николь, что я здесь. Это личная просьба.

Женщина переводит взгляд на цветы и улыбается.

— Не скажу.

— Спасибо.

Гаспар въезжает в кабинет, разворачивает коляску лицом к двери и замирает. В центре комнаты. С букетом на коленях и шкатулкой.

Ждёт.

На стене зеркало и он видит своё отражение в тёмном мундире. Седой. Боевой генерал. В коляске.

Внутри сомнения, вдруг она откажет?

Будь он с ногами — он бы не спрашивал. Он бы добился её, взял в осаду.

А так…

Он ведь и сам понимает, что калека, что с ним сложно. И сколько ему осталось — не известно, болезнь забирает у него всё больше и больше, и целители не могут помочь.

Это не брак по любви.

Он ей сразу предложил сделку. Потому что по-другому она бы не согласилась.

Он даст ей защиту. Выкупит для неё больницу. Оставит наследство.

Но сначала отомстит тому, кто убил его сына и посадил в проклятое кресло.

Гаспар поднимает взгляд на дверь.

Ему важно увидеть её глаза, когда она войдёт. Почувствовать, есть ли отклик к нему — инвалиду. Если нет, то он не будет пытаться тащить её в постель, не будет настаивать. Только защита, только выполнение своих слов.

Дверь неожиданно распахивается, и внутри всё застывает.

Входит его Николь.

Глава 20

Глава 20

Я вступаю на порог кабинета и замираю.

Там — Гаспар.

Он не уехал.

Он здесь, ждёт. На коленях — розы — большой букет, очень щедрый.

Неужели мне?

Нутро затапливает благодарность к этому мужчине. За то, что спас. За то, что не ушёл. Без него — я бы была уже на пути в монастырь.

Он смотрит на меня как на самую красивую женщину на свете, хоть на мне целительский халат, а лицо осунулось после последних суток.

Всё это так неожиданно, что сбивает с толку.

Он враг моего мужа.

Я же думала, что он использовал меня и теперь уйдёт. Но он здесь. Почему?

Гаспар смотрит прямо на меня, в глаза. В самую глубину.

Сердце резко сбивается с ритма.

Слишком…

Слишком сильно… на него реагирую.

Перед мысленным взором его руки, ласки. Страсть, обжигающая пожаром. Сплетённые тела, толчки быстрые, безумные. Голова кругом…

Тело мгновенно отзывается, реагирует быстрее, чем я могу взять это под контроль.

Пальцы невольно вздрагивают.

Гаспар смотрит на меня, и в его голубых глазах вспыхивают дикие звериные огоньки.

Я опускаю взгляд.

Закрываю дверь за спиной с тихим щелчком. Быстро моргаю и собираю волю в кулак.

Не хочу выглядеть перед ним слабой, нуждающейся в нём.

Скорее всего я нужна ему для чего-то — поэтому он здесь.

Я заставляю себя сделать шаг. Ещё один. К шкафу. Снимаю привычным движением халат.

— Не устал ждать? — произношу я.

Голос звучит слишком интимно в тишине.

Гаспар разворачивает коляску в моём направлении.

— Нисколько. Как прошла процедура с мальчиком?

Он запомнил, что я лечила мальчика. Даже если этот вопрос просто формальность — Сол никогда не интересовался.

Внутри что-то приятно сжимается.

— Всё хорошо. Он теперь будет слышать, — отвечаю и, повесив халат, медленно разворачиваюсь к Гаспару.

Он бледен. Слишком. Сердце делает тревожный удар — как же я за него опасаюсь. Этой ночью я держала его жизнь в своих руках, и теперь у меня странное чувство — желание присвоить себе его самого.

— Как твоё самочувствие после лихорадки? — произношу я. — Тебе нужно…

— Николь, — прерывает он.

Голос ровный. Чуть хрипловатый.

— Я хотел тебя поблагодарить. За ночь. За помощь. И я предлагаю тебе выйти за меня замуж.

Он подкатывается вперёд и открывает шкатулку, в которой сияет брачный браслет.

Сердце делает кульбит и взрывается фейерверком.

Я смотрю на драгоценность, потом — в глаза мужчине.

Пытаюсь понять, какая у него в этом выгода. После предательства мужа я не верю в любовь, тем более с первого взгляда. У всего есть своя причина.

И причину Гаспара — отомстить за что-то моему мужу. Он рвался на встречу в больнице, как взбесившийся зверь. И вышел бы на дуэль — если бы я не вмешалась.

Рядом с Гаспаром — у меня есть шанс. Но каким будет наш брак…

Отчаяние, как стальные тиски, сжимают грудь. Я медленно провожу пальцами по ключице, облегчая себе вдох.

Гаспар опускает голову и чуть заметно усмехается, словно сам себе.

— Ты боишься. Не доверяешь. Это разумно, — произносит он. — Не волнуйся, брак — это сделка, Николь. И ты в ней тоже выиграешь.

— Сделка? — не понимаю я.

— Просто будь рядом, продолжай быть моей. Взамен у тебя будет защита. Обеспечение. Я сделаю всё, чтобы твоя больница не закрылась.

А что выиграешь ты? — хочу спросить его. Но от догадки к лицу приливает кровь, и я молчу. Я согласилась один раз, почему же думаю, что не соглашусь второй? Но ведь он теперь… В кресле…

Это очень сильные обещания: больница, защита…

Согласиться — значит, вступить в игру, подписаться подо всем, что бы этот мужчина ни задумал и идти с ним рука об руку.

Отказаться — равно умереть.

Сердце делает глухой удар.

Я смотрю на цветы — и вдруг внутри мелькает, словно призрак, надежда. На хороший исход. На исцеление — его и моё.

— Я согласна, — произношу я.

Гаспар берёт меня за руку и застёгивает брачный браслет. Его пальцы тёплые, уверенные.

Закрыв замок, он подносит мою кисть к губам и целует.

По коже проносится разряд.

Галантный в каждом движении. Сильный. Настоящий мужчина.

Лёд внутри трескается, и в груди по-настоящему теплеет.

Гаспар держит меня за руку.

Мы глядим друг на друга в тишине комнаты.