Альфа волк - Кэролайн Пекхам

я уйду отсюда? Что он смог бы найти, если захочет, когда меня здесь не будет? То есть я по-прежнему ненавидела его, но должна была признать, что между нами что-то изменилось, и, как бы странно это ни было, мне не нравилась мысль о том, что я больше никогда его не увижу.

— Я скучаю по полнолуниям в кругу семьи, — честно призналась я, убирая ногу с колен Кейна и откидываясь на стуле. Я хотела, чтобы он услышал каждое слово, на всякий случай, и ему не нужно было, чтобы я его отвлекала.

— Раз в месяц мы собирались вместе и устраивали гонки вокруг крепости Оскура. Там есть гора под названием Лупа, и мы взбирались по крутым тропинкам в облике Волков, а над головой летал Штормовой Дракон, и мы добирались до прекрасного озера на полпути вверх, где лунный свет отражался в серебристой глади воды. Когда я выберусь отсюда, это будет первое, что я сделаю, как только луна снова станет полной. Я помчусь на гору с тысячей Волков Оскура за спиной, пока все они воют о возвращении своей королевы.

Я усмехнулась, когда они оба вняли моему рассказу, а Кейн предложил мне что-то похожее на улыбку, чего я никогда от него не получала.

Это было лучшее, что я могла для него сделать. Неважно, расскажет ли он эту историю ФБР. Вся эта гора и земля вокруг нее на многие мили принадлежали Оскура. Они не могли прийти на эту землю без соответствующего ордера, а если бы получили ордер, то наши шпионы в их рядах предупредили бы нас об этом задолго до того, как они приблизились бы ко мне.

Так что, если Кейн захочет найти меня там, ему придется прийти одному и отдать себя на милость клана Оскура. Но по крайней мере он знал, где искать. Это было все, что я могла ему предложить, и, возможно, даже больше, чем следовало.

Прозвенел звонок, возвещающий о начале обеда, и я поднялась на ноги.

— Твоя смена уже закончилась, не так ли? — спросил Гастингс у Кейна. — Я могу отвести ее, если ты хочешь уйти?

Кейн был склонен протестовать, и у меня неприятно сжалось сердце, когда я поняла, что это конец. Прощание. А он не имел ни малейшего представления об этом.

— Спасибо. Тогда увидимся, когда закончится твоя смена. — Кейн бросил на меня взгляд, от которого у меня по коже побежали мурашки, а затем удалился.

Я уставилась в коридор, куда он ушел, и с колотящимся сердцем и чувством потери вышла вслед за ним из комнаты.

— Я слышал, вчера вечером привезли новую партию апельсинов, — заговорщически сказал мне Гастингс, и я попыталась улыбнуться, но улыбка не получилась. — В чем дело?

Я уже собиралась отмахнуться от него, как вдруг поняла, что это как раз та возможность, на которую я так надеялась. Сегодня мы собирались сбежать, и я совершенно не собиралась брать с собой пару психопатов. Нам нужен был Планжер. Он должен был оставаться с нами, пока мы не окажемся на поверхности земли, но Густард был мертвым грузом. И хотя я уже подумывала о том, чтобы выследить этого говнюка и устроить ему неприятный конец прямо перед тем, как нам пора будет уходить, поразмыслив, я решила оставить его гнить здесь. Точнее, я хотела, чтобы он сгнил в яме.

— Ничего страшного, я справлюсь, — пробормотала я, одарив Гастингса грустной улыбкой, когда мы начали идти по коридору.

Я мысленно отсчитывала секунды, пока он не сломается и не попросит больше информации.

— Ты чем-то обеспокоена?

— Я просто… Иногда трудно быть на вершине стаи, понимаешь? Постоянно происходят какие-то драмы, особенно здесь, с враждующими бандами. Всегда есть с чем разбираться, начиная с бандитских стычек и заканчивая слухами и угрозами смерти, которые поступают в мой адрес. Но я уверена, что это пустяки.

— Тебе угрожают смертью? — спросил Гастингс с рычанием, которое говорило о том, что ему это не нравится.

— Как я уже сказала, ничего такого, с чем бы я не справилась. Я уже получила удар заточкой по кишкам, так что может быть хуже этого?

— На этот раз они могут напасть на тебя с большей силой, — сказал он, поймав мой локоть, когда мы добрались до верха лестницы, и повернув меня так, чтобы я посмотрела на него, пока мы были одни. — Просто скажи мне, кто тебе угрожает. Это один из главарей других банд?

Я пожевала нижнюю губу, но ничего не сказала. Я также не стала отрицать, и Гастингс кивнул, словно ожидал этого.

— Я знаю, что ты близка с Шестьдесят Девятым, так кто же это? Шэдоубрук? Братство хочет развязать новую войну?

— Нет, это не Итан, — быстро сказала я, затем покачала головой и поспешила отойти от него. — Мне вообще не стоит тебе ничего рассказывать. Одного упоминания об этом может быть достаточно, чтобы меня убили. Даже моя собственная стая не потерпит, чтобы я так близко подходила к охраннику. — Я бросила на него взгляд, как будто мне было стыдно, что я только что призналась в этом, и он схватил меня за руку, притягивая ближе, чтобы снова повернуть лицом к себе.

— Это Густард?

Я ничего не сказала, но выглядела виноватой, а это было самое близкое к тому, чтобы признаться в чем-то охраннику, и в его глазах мелькнуло понимание.

— Может, мне просто пропустить обед, и тогда нам не придется об этом беспокоиться. — Я попыталась отстраниться, но он притянул меня обратно.

— Я никому не позволю причинить тебе боль, Розали, — прорычал он, его голубые глаза вспыхнули обещанием, которое было таким сладким, что у меня заболели зубы.

— Мне не нужна ничья защита, ragazzo del coro69, — грустно ответила я и провела пальцами по его щеке, а затем отпрянула, словно знала, что не должна была этого делать.

— Розали, я… — Гастингс бросился на меня, глаза закрыты, губы сжаты, все в безумном стиле безрассудного idiota70. Это было бы мило, если бы не было так нелепо.

Задыхаясь, я отпрянула назад, положив руки ему на грудь, чтобы остановить его.

— Гастингс, мы не можем, — вздохнула я, как настоящая леди с моральными принципами и чувствительной натурой. — У тебя может быть столько неприятностей, и это сломает меня, если это случится.

— Прости, — прошептал он, пылая красным, как солнце, когда отступил и отпустил меня, проведя рукой по лицу. — Я не знаю, что на меня нашло. Одна мысль о том, что с тобой что-то случится…

— Все в порядке, — заверила я его,