Ошибки были совершены - Люси Скоур

— О-о-о! Это так мило. Ты приготовила мне подарок?

— Да. Вроде того, — я судорожно вздохнула. — Ладно. Была не была. Я остаюсь.

— Ты остаёшься.

Я кивнула.

— Здесь? В Стори-Лейке?

Я снова кивнула.

— Надолго? — спросила Хейзел с подобающей долей подозрения.

— До тех пор, пока Гейдж хочет видеть будущее со мной.

— О, боже мой! — вскрикнула Хейзел. Она вскочила так быстро, что опрокинула стул позади себя.

Кэм выбежал из задней комнаты.

— Что не так? Где похититель?

— Никакого похитителя нет, — заверила я его.

— Возвращайся к своим коробкам, — крикнула Хейзел и поморщилась. — Прости. Это было агрессивно. Я тебя люблю. Пожалуйста, возвращайся к своим коробкам.

Кэм прищурился.

— Почему вы обе такие странные?

— Для публикации, — солгала я.

— В соцсетях, — сказала Хейзел.

Мы обе улыбнулись с притворной невинностью.

Он указал на нас пальцем.

— Для галочки, я не верю ни одной из вас. Но я также не вижу никаких похитителей. Так что я возвращаюсь к коробкам.

— Спасибо! Люблю тебя, — крикнула Хейзел ему вслед. Как только он исчез, она схватила меня за руки и принялась трясти взад-вперёд. — Скажи мне, что ты серьёзно и что ты делаешь это не только потому, что я надавила на твоё чувство вины.

— Я серьёзно и делаю это только отчасти из-за чувства вины. В остальном потому, что Гейдж просил меня остаться. И он сделал это, увидев меня в самый худший момент посреди ночи и после знакомства с моими родителями. И после того, как узнал, что у меня не может быть детей.

Мы прыгали от радости. Хейзел, моя лучшая подруга и сестра по духу, была рядом со мной во все времена, от страха перед беременностью до неожиданного диагноза и скорби о том, чего я то ли хотела, то ли нет. Её глаза наполнились слезами.

— О, Зо! Я так чертовски рада за тебя!

— Я тоже рада за себя! Но ничего не говори. Я ему ещё не сказала. Я собираюсь подождать до вечера.

— Мне это нравится. А теперь расскажи мне всё. Почему он попросил тебя остаться? Мне нужны все подробности.

— Я обещаю, что ничего не упущу, но сначала у тебя есть более важные дела.

Она моргнула и перестала прыгать.

— Что?

— Вау, мне нужно больше заниматься спортом, — просипела я. — Сначала тебе нужно подписать книги для нескольких сотен взволнованных читателей, потому что ты только что выпустила свою первую книгу за много лет, и она будет грандиозной.

— А, точно. Это. Ура!

Она снова начала прыгать на месте.

— Нет уж. Я просто постою спокойно на этом праздновании.

— Мы уже можем выйти? — крикнул Кэм из задней комнаты.

— Давайте сделаем это, — сказала я, подводя Хейзел обратно к столу и беря свою рацию.

* * *

— Нам нужны ещё книги, — крикнул Шеви от кассы с нотками истерии в голосе.

Автограф-сессия Хейзел длилась уже час, и толпа раскупала книги, как будто в Исландии был канун Рождества. (В Исландии есть традиция дарить друг другу книги в канун Рождества, — прим)

— Я займусь этим, — крикнула я в ответ. Я подала знак Кэму, чтобы он сменил меня и продолжил открывать книги для Хейзел. Он выглядел немного ошарашенным после общения с таким количеством людей.

— Ты справишься. Надо просто переворачивать страницы, — сказала я ему, уступая своё место.

Я пробралась сквозь толпу покупателей, улыбаясь и комментируя их выбор книг, пока не добралась до задней комнаты. Я закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Автограф-сессия уже увенчалась успехом, и я могла только надеяться, что это свидетельствует о том, как остальной мир воспринял новое книгодетище Хейзел.

Мои нервы исполняли в моём животе гимнастические упражнения олимпийского уровня. Я так сильно хотела этого для неё. Для меня. Я могла видеть наше будущее. Больше книг. Больше мероприятий, подобных этому. Может быть, даже для Опал, которая наверняка возненавидит каждую минуту этого. Абсолютное бинго и круизы по озеру на выходных. Гейдж в своих сексуальных кардиганах, когда листья начнут краснеть. Рождественская ёлка высотой до небес в его гостиной. Чулок для меня на каминной полке. Ему определённо нужна люстра или какой-нибудь другой светильник, чтобы придать необходимый вау-эффект в духе Зои.

— Возьми себя в руки, Муди. Сосредоточься на книгах. Книги, книги, книги, — повторяла я себе, роясь в коробках на древних металлических стеллажах Шеви. Я как раз брала со стола канцелярский нож, когда одновременно произошли две вещи. В магазине раздался взрыв хохота, и я неправильно оценила расстояние между своим телом и ближайшей полкой.

Я налетела на угол, подбросив нож. Я в ужасе наблюдала, как он летит по воздуху, словно одержимый демоном убийства.

Сначала я даже не почувствовала этого, но как только кровь начала просачиваться сквозь джинсовую ткань, я поняла, что у меня проблемы.

— Бл*дь.

Я: Мне нужен ты, аптечка первой помощи и пара штанов у задней двери «Историй». Как можно скорее.

Гейдж: Я бы задал несколько вопросов, но это звучит так, будто там кровь. Буду через четыре минуты.

Я: Спасибоспасибоспасибо.

Гейдж: Там кровь, не так ли?

Я: Выглядит так, будто на меня напали Дерущиеся Вампиры.

Гейдж: Чёрт возьми, Зои!

Я: Накричишь на меня позже! Здесь всё выглядит как место преступления!

Три с половиной минуты спустя задняя дверь распахнулась, и Гейдж с мрачным видом ворвался внутрь.

— Ух ты. Это было быстро.

— Я был в своём кабинете, когда ты прислала сообщение. Ты в порядке? — спросил он, открывая аптечку, которая выглядела профессиональной.

Я помахала ему пачкой окровавленных бумажных полотенец.

— Я в порядке. Джинсы уберегли от слишком глубокого пореза. Я просто не хотела выходить туда в таком виде и заливать всех кровью.

Мы оба посмотрели на аккуратный разрез в пропитанной кровью джинсовой ткани.

— Господи. Я ни на минуту не могу оставить тебя одну, — сказал Гейдж, опускаясь передо мной на колени и бесцеремонно разрывая мою испорченную штанину до колена.

— Ладно, это было горячо, — отметила я.

— Зои, — сказал он своим обычным тоном «тебе следует относиться к этому серьезнее». — Тебе нужно показаться врачу.

— Потому что я сейчас упаду в обморок от сексуальности моего бойфренда, разрывающего мои джинсы прямо на мне?

— Бойфренда, да? Небольшое жжение, — сказал Гейдж, не отрывая взгляда от пореза на моей ноге.

— Небольшое жжение? Ты хочешь, чтобы я так тебя называла? Потому что это прозвище... ааа! Ой!

Мою ногу обожгло огнём. Гейдж усмехнулся, прижимая к моей ране ватку со спиртом.

— Это жжение вовсе не было небольшим, — обвиняюще заявила я.

— Вот что случается, когда