Путь Благости - Юлия Галынская

— Пора, — старшая оглядела оставшиеся души, отца обнимающего своих детей. Ланто, держащего на руках Тьму.

— Найди ей любящих родителей. Пусть она проживет счастливую жизнь и не знает печали, — тихо попросил Ланто, заставляя малышку у него на руках коснуться моей руки. Её жемчужинка была бледно-розовой, но, как и другие присоединилась ко всем, не пытаясь сбежать в море.

— А ты, в какую семью хочешь? — спросила я своего предка, поняв, что, позаботившись о маленькой душе, он ничего не сказал о себе.

— Я не достоин нести имя Алирантов. Мне не важно, в какой семье родиться. Главное, пусть у меня будет возможность помогать людям, — я кивнула, принимая его слова.

— Я не знаю, в какой семье могу возродиться, — прошептал отец, ведомый душами его детей.

— В моей, — Ной все еще плакал, но на его лице появилась улыбка. — Род де Вайлетов стоит продолжить.

— Но ты Алирант, — улыбнувшись, заметила ему старшая. — Иначе, ты бы не увидел никого из нас.

— Спасибо, но все же…, - Ной отер слезы и решительно кивнул. — Я продолжу род Де Вайлетов.

— Спасибо, — отец коснулся моего запястья, и очередная жемчужинка скатилась на ладонь.

— Когда папа переродится, позволь мне родиться в его семье. — Попросил мальчик.

— И я! И мне! — малышка одновременно с братом коснулась моего запястья, и их жемчужинки прижались к жемчужине отца.

— Вот и наше время пришло, — шагнул ко мне Белый Волк.

— Но Хранитель?!

— Ты сняла проклятье с наших земель. Доказала, что готова идти до конца, чтобы сберечь наши земли. Моя роль в защите окончена. Я отдал все свои силы на противостояния монстрам и теперь готов переродиться.

— И какую семью вы выбираете?

— Может, дадим шанс Ариану стать настоящим королем?

— Мне кажется, он уже им стал. Я видела на нем сияющую броню Света.

— Да, мой сын признал его силу. Потому доверяю тебе самой найти для меня родителей. Ты позволишь мне возродиться достойно?

— Эти земли ждут возрождения их Хранителя, разве я могу отказать?

Большая белая жемчужина скатилась мне на ладонь, и я перевела взгляд на старшую. Она улыбалась.

— Ты так и не ответила, что ты выберешь? Какое будущее?

Оглянувшись на мужа, я улыбнулась в ответ.

— Буду жить, долго и счастливо.

— Мне нравится твое решение, — и душа старшей сверкающей жемчужиной примкнула к остальным.

— Когда сможет переродиться отец? — тут же спросил меня Ной.

— Не раньше, чем ты получишь от меня хорошую трепку, — заметил Леон. — Что это были за прыжки из барьера?

Я засмеялась нетерпеливости брата и скрыла жемчужины в родовом браслете. Оставалось активировать барьер и прогнать воронят с наших земель. Резко опустив защиту, укрывавшую нас, высвободила накопившуюся силу Благости. Словно волна, она рванула прочь, подхватывая детей Ворона как соломинки, уносила их за собой к барьеру. Монстры ныряли в глубины, спасаясь от света. Демоны разлетались в пепел при соприкосновении с волной, а острые осколки кораблей рассеивались в пыль. Люди, потеряв так резко своих противников, растеряно озирались, а волна уходила все дальше и, столкнувшись с заряженным барьером, наполнила его светом, озарившим рассветом наш мир.

— Я горжусь тобой, — прошептали над ухом, и я обернулась к мужу. Он завороженно наблюдал за светом, забыв обо всем, а я, наконец-то, прижалась к нему, скрывая слезы. Я все же выжила.

Седрик Мирославский

Никогда в жизни я не использовал столько сил и магии. Но свет, наполнявший всё вокруг, питал силы, и сдаваться я не смел. Ариан в светлых доспехах походил на своего великого предка, первого короля земель Белого Волка Великого Света. И каждый из нас словно вернулся в прошлое, когда был переворот, и мы изгоняли с наших земель детей Ворона.

Только в этот раз пришла помощь не только от Храма, но и от невероятно сильных магов из Алирантов. Их помощники, сотканные из темного тумана, успевали отразить смертельные удары, направленные на нас, и не один десяток раз спасали, тем самым, от смерти. В азарте боя мы упустили тот момент, когда белый шар у берега взорвался светлой волной, подхватившей и унесшей прочь всех наших врагов. Распугав чудовищ и на несколько минут погрузивший нас во тьму.

— Все закончилось? — растерялся Ариан, оставаясь единственным светлым пятном среди ночной тьмы.

Ответом ему стало яркое сияние обновленного барьера. Понимание, что бой окончен, наполнило сердца радостью, взлетевшей к небесам громкими криками. Мы обнимали всех, кто был рядом. Сжимали в объятьях дуг друга до хруста костей, чтобы осознать, что мы живы и весь этот кошмар окончен. Нежное тело жены я осознал, когда она обняла меня в ответ и тут же попыталась отпрянуть, признав меня. Только пройдя через этот ужас, я не собирался просто так отпускать её.

— Мила. Душа моя. Я люблю тебя. Прости меня. Я не мог тебе рассказать. Боялся, что ты возненавидишь меня. Я дурак, знаю. Хочешь ударь меня чем-нибудь. Я так боялся тебя потерять.

Во мне бурлили эмоции, и слова срывались с губ, не неся большого смысла. Я боялся, что Мила вырвется, и хотел сказать ей самое главное. А потом путь бьет, кричит, только больше никогда не покидает меня.

— Ты болван! — мне зарядили оплеуху, обрывая мой нескончаемый монолог. — Как ты мог потерять меня? Как? Неужели ты думал, я позволю кому-то обидеть себя?! Я дочь воина и укладывала тебя на лопатки сотни раз.

— Может, вы не будете сообщать всем такие подробности, — расплылся в улыбке Мирран. Его мундир был залит кровью, и сейчас он больше походил на черного генерала.

— Заткнись, брат! — Мила еще была в боевом настроении и, потеряв врагов, была готова спустить пар на первом попавшемся объекте. Я не собирался ускользать из ее внимания и, развернув к себе, поцеловал. Через секунду меня оттолкнули и дали очередную пощечину, потом вторую, я ждал третьего удара, но Мила, тихо всхлипнув, обняла меня и прошептала куда-то в шею.

— Ненавижу тебя, но люблю сильнее.

— Очень рад это слышать, — я сжал объятья, стараясь в этот момент не думать, что нас ждет в будущем.

Громкий крик Олессии вернул нас в действительность. Ариан заваливался на платформу, а его бок покрывала темнота. Светлая броня растаяла, открывая сочащуюся скверной рану. Нас поразило, как с таким ранением он вел за собой нас и остальных людей.

— Целители! Скорей! Хоть кто-нибудь! — завизжала Олессия, падая рядом с Арианом на колени и боясь прикоснуться к ране. Не потому,