Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Может, все-таки стоит прекратить играть в эту жестокую игру, которая причиняет нам обоим немало страданий и невыносимую боль? — расставив руки в бока, спокойно спрашивает Ракель.

— Жестокую игру? — слегка хмурится Терренс. — О какой игре ты сейчас говоришь?

— В игру под названием « Притворись, что уже разлюбил того, кто тебе дорог и соври ему об этом ».

— Не понял…

— Ты все понимаешь. — Ракель скрещивает руки на груди. — Неужели ты хочешь и дальше продолжать делать вид, что не хочешь того, что хочу я?

— Э-э-э… — запинается Терренс, будучи удивленным услышанным.

— Хватит притворяться, Терренс. Я устала … Устала скрывать то, что чувствую на самом деле. И с этого момента не собираюсь больше молчать.

— Что? — Терренс резко встряхивает головой. — Постой-постой… Но ты же сама сказала, что наше примирение уже невозможно. Ты только что заявила, что между нами все кончено!

— Да, я сказала это, но… — кивает Ракель.

— Неужели твое мнение изменилось за каких-то пять-десять минут?

— Э-э-э, понимаешь…

Ракель опускает глаза вниз, а затем, обняв себя руками, медленным шагом отходит куда-то в сторону.

— Что? — медленно спрашивает Терренс.

— Я больше не могу так жить, — подавленным голосом признается Ракель, переведя полусухой взгляд на Терренса, и качает головой. — Не могу…

— Как ты не можешь жить? — удивленно, с испугом в глазах спрашивает Терренс.

— Во лжи.

Ракель тихо шмыгает носом, с трудом сдерживая желание безутешно разреветься, поскольку в противном случае не сможет донести до Терренса то, что хочет сказать.

— Я устала постоянно врать, что смогу сделать то, чего не смогу изменить, — с долей отчаяния признается Ракель. — То, на что у меня хватает смелости. Я настолько устала, что хочу прямо сейчас прекратить это шоу, которое причиняет мне огромную боль.

— Прости, но я тебя не понимаю, — слегка хмурится Терренс, расставив руки в бока. — То ты заявляешь, что примирение невозможно, и мы расстались раз и навсегда, то прибегаешь ко мне и говоришь, что хочешь покончить с этим шоу.

— Это правда. Я хочу положить этому конец.

— Чего ты хочешь? Чего ты хочешь на самом деле?

— Мне невыносимо трудно сохранять на лице невозмутимость. Потому что каждый раз, когда я пытаюсь сказать то, что на самом деле не является правдой, во мне просыпается сумасшедший вулкан эмоций. Я… Я потеряла над ним контроль… — Ракель тяжело вздыхает и качает головой, на секунду бросив взгляд в сторону. — Я думала, что хорошо научилась скрывать свои эмоции. Но это не так. Одна из тех вещей, которой я никогда не смогу научиться, – это прятать эмоции в себе и делать вид, что ничего не происходит.

— Я понимаю твои чувства, — задумчиво произносит Терренс. — Ведь мне приходится испытывать все то же самое. Когда я лгу человеку, который очень многое для меня значит.

— А как мне неприятно врать тому, к кому не могу относиться безразлично. Мне так и хочется ударить себя за любое лживое слово, которое он слышит…

— В своих мыслях я уже давно избил себя до полусмерти за все, что сделал… — с грустью во взгляде тихо вздыхает Терренс. — Одной пощечины было бы недостаточно…

— Слушай, э-э-э… — Ракель на пару секунд склоняет голову, но затем медленно, неуверенно поднимает взгляд на Терренса, обнимая себя руками. — Могу я попросить тебя об одной маленькой просьбе?

— Да, конечно, — пожимает плечами Терренс. — Ты можешь просить у меня все что угодно. Если я могу что-то для тебя сделать, дай мне знать.

Ракель пару секунд ничего не говорит, только лишь со слезами на глазах смотря на Терренса.

— Не оставляй меня, — покачав головой, со слезами отчаянно умоляет Ракель. — Пожалуйста, Терренс, не уходи! Я знаю, что, возможно, бесполезно пытаться что-то делать после того что произошло. Но… Ты не можешь представить себе, насколько мне плохо, когда я просыпаюсь каждый день и осознаю, что ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра не увижу человека, который так мне дорог.

Ракель тихо шмыгает носом.

— Мне очень плохо, — слегка дрожащим голосом добавляет Ракель. — Плохо от осознания того, что я могу сама положить конец всему, что можно… Сделав неверный шаг, о котором потом сильно пожалею…

Ракель становится тяжело немного тяжелее дышать, потому что она слишком взволнованна и не может перестать издавать всхлипы.

— Я правда боюсь потерять тебя навсегда, Терренс, — со слезами признается Ракель. — Хотя прекрасно понимаю, что уже потеряла. Потому что совершила слишком много ошибок и не была той, кем должна была быть.

Ракель крепко сцепляет пальцы рук.

— Да, я во всем виновата, это правда… — признает свою вину Ракель. — И мне очень больно. Больно от того, что я не могу ничего исправить.

Ракель слегка склоняет голову.

— Мне всегда очень непросто говорить об этом с кем-либо, — добавляет Ракель. — Ведь я вру, пытаясь убедить саму себя в том, что действительно разлюбила тебя. Однако это не так! Я никогда не переставала любить тебя! Ты всегда многое для меня значит. И сейчас понимаю, что не хочу терять такого близкого мне человека.

Ракель на пару секунд замолкает и опускает взгляд вниз.

— Можешь не верить мне, но я много раз врала, когда говорила, что не люблю тебя, — слегка дрожащим голосом признается Ракель. — Это была откровенная и наглая ложь имени меня… Я говорила, что никогда не любила тебя и просто воспользовалась тобой. Но это не так. Я встречалась с тобой, потому что сама этого хотела. Да, давление семьи было колоссальным. Но это решение было принято мною.

Ракель качает головой.

— Да знаю, в это трудно поверить… — добавляет Ракель. — Все говорили, что я откровенно лгу, рассказывая о неземной любви к тебе. Но это не так. Я не лгала! Мне правда было с тобой хорошо. Даже несмотря на то, что мои чувства надолго заснули из-за амбиций