Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Я удивлена, что ты вообще связался с ним.

— Ой, да я и сам в шоке.

— Ты ведь говорил, что с тех пор, как вы познакомились, у тебя начались неприятности.

Глава 19.5

— Да, верно… — Терренс прижимает Ракель поближе к себе и нежно гладит ее по голове. — Просто в то время я еще не особо разбирался в людях. И легко поверил Рингеру, когда он рассказал мне о том, как ему плохо живется. Но если бы я знал, насколько он опасен, а его вине погибли два невинных человека, то ни за что бы не стал даже разговаривать с ним.

— Если бы у этого человека не было нужных знакомых, ему не удалось бы провернуть и половины того, что он сделал. Не помогли бы ни умение красиво говорить и промывать мозги человеку, ни те ворованные деньги, которые он платил им, чтобы испортить мне жизнь.

— О да! У него действительно превосходное обаяние. Он умеет получать то, что ему нужно. Не заметишь, как станешь прислуживать ему и заглядывать в его глаза. — Терренс ехидно усмехается. — Понимал, что раз он так уродлив, то можно хотя бы брать умением хорошо говорить… Вот и собрал вокруг себя целую армию, которая помогала ему довести план мести до конца и довести тебя до ужасного состояния.

— Я никогда этого не забуду. — Ракель подбирает какой-то камушек и начинает выводить им какие-то незамысловатые узоры на песке. — Меня до сих пор трясет от всего, что мне пришлось пережить, когда я встретилась с ним лицом к лицу. Было боязно не сколько находиться в том ужасном месте без какой-либо защиты, сколько было страшно за свою жизнь.

— А меня трясло только от одной мысли, что этот тип мог что-то сделать с тобой, — с грустью во взгляде отвечает Терренс.

— Но ты этого знал.

— Я представлял себе, на что мог пойти Саймон. И все мои опасения тогда подтвердились.

— И ты был уверен, что он захочет попытаться изнасиловать меня?

— Нет, я не думал, что он настолько рехнется и захочет надругаться над тобой.

— В глубине души я понимала, что Саймон специально заманил меня туда, чтобы прикончить. Но я до последнего хотела верить, что это не так. Что я сумею убедить его сдаться и оставить меня в покое. Но когда Рингер достал пистолет и направил его на меня, я поняла, что дедушка Фредерик и тетя Алисия были правы, когда они уговаривали меня не ехать туда.

Ракель тяжело вздыхает.

— Да, однажды мне уже приходилось бывать под прицелом пистолета… — добавляет Ракель, отрывает голову от плеча Терренса и опускает взгляд на вниз. — Но в тот момент у меня была хоть какая-то защита. А на этот раз я ехала совсем одна. Рядом никого не было. Было очень страшно…

— Когда… — с грустью во взгляде произносит Терренс, приобняв Ракель за плечи. — Когда я увидел, как Саймон приставил пистолет к твоей голове, мне хотелось послать все к черту и прикончить его. Сделать все, чтобы вырвать этот проклятый пистолет у него из рук, и прострелить ему голову. Мне было плевать на себя. Выстрел бы в меня – ну и черт с ним! Я был готов на все, лишь бы он оставил тебя в покое и ничего с тобой не сделал.

— Знаешь… — Ракель медленно переводит грустный взгляд на Терренса. — Когда я услышала твой голос, то почувствовала огромное облегчение. Никак не ожидала кого-то там встретить. Но тут вдруг появился ты и все те полицейские… Мне вдруг стало как-то легче. Легче от того, что я была не одна. Что кто-то мог помочь мне спастись от этого больного подонка.

— Мы не знали, куда идти, когда начали проверять то здание, — спокойно отвечает Терренс. — Нашли вас только по голосам. Когда ты начала громко кричать и проклинать его. Только так мы поняли, куда идти.

— Я подумала, что мой кошмар закончится. Но оказалось, что он только начинался. Потому что дальше произошло то, что я никогда не смогу забыть. А если и смогу заставить себя не думать об этом, то буду видеть все это в самых кошмарных снах.

— Я реально испугался, когда Саймон утащил тебя черт знает куда, — немного напрягшись, признается Терренс. — Паника была жуткая… Хотелось рвать и метать. От одной только мысли, что он убьет тебя. А перед этим надругается.

— Этот человек совсем слетел с катушек. Видел перед собой мою маму, говорил, что хочет заняться с ней любовью, и мечтал, чтобы она родила ему ребенка.

— Наверное, если бы не полицейские, я бы не смог взять себя в руки и пойти искать тебя. Они сумели, так сказать, привести меня в чувства. И мы все быстро сработались: несколько человек отправились искать сообщников Саймона, а остальные пошли за тобой и этим подонком.

— Никогда не забуду всего, что он хотел со мной сделать.

Ракель чувствует, как по ее щеке медленно скатывается слеза.

— Мне даже говорить об этом противно, — более низким голосом добавляет Ракель. — Неприятно… Больно… Этот больной человек хотел изнасиловать меня… Да, Саймон думал, что перед ним совершенно другой человек… Но это была я. Он хотел изнасиловать меня .

Ракель тяжело вздыхает, заметно напрягшись и занервничав.

— Сначала я хотела, чтобы кто-то пришел на помощь и что-то сделал, — с тихими всхлипами признается Ракель. — Но потом мне стало все равно… И я практически потеряла голос после всех этих криков… Так что я просто тихонько плакала. Пыталась смириться с мыслью, что было бесполезно кричать, ибо вряд ли меня кто-то услышал бы. И с ужасом думала о том, что этот больной человек снимет передо мной штаны и изнасилует прямо там…

Терренс бросает на Ракель свой грустный взгляд, приобнимает ее за плечи и мягко гладит по голове, пока та пользуется этим и прижимается поближе к мужчине.

— Мне было до смерти неприятно видеть ту картину, — с грустью во взгляде говорит Терренс. — Мне