Внешность изменчива. Драконы согласны? - Ирина Иви

– Кого там нелегкая принесла?

– Я только сегодня приехала в Мирогаст. Можно остановиться в вашей гостинице?

Загромыхали засовы и дверь приоткрылась. Меня окинули изучающим взглядом.

– Заходи.

Я мышкой юркнула внутрь. Дверь затворилась. Передо мной стояли мужчина и женщина средних лет, по всей видимости, супружеская пара. Хмурый мужчина скрестил руки на груди. Женщина, поначалу испуганно жавшаяся к плечу своего благоверного, при виде меня успокоилась и вышла вперед.

– Доброго вечера вам. Простите, что побеспокоила так поздно.

– Все в порядке, милочка, – заворковала женщина приветливо. – У нас же постоялый двор, мы готовы к поздним визитам, хотя и нечасто случаются они у нас. Идем, покажу тебе свободную комнату.

– А поужинать можно будет? – сглотнув, спросила я с надеждой.

– Конечно, дорогая! Видан, распорядись насчет ужина для нашей гостьи, а я провожу ее в комнату.

– Распоряжусь. Идите.

Женщина провела меня по длинному, слабоосвещенному коридору, открыла какую-то дверь, и мы оказались в небольшой чистой простенькой комнатке. Все убранство ее – узкая кровать, сундук и стол с табуреткой, – выглядело далеко не новым, но добротным. Впрочем, мне сейчас привередничать и не к лицу. Хозяйка между тем прошла в дальний конец комнатки и открыла еще одну маленькую дверь.

– А здесь уборная.

– Хорошо, спасибо.

– Тебя как звать-то?

Я замялась.

Зваться Алисией было опасно – не стоит давать Кристену ни малейшей зацепки.

– Ясинка.

– А меня Халиса.

Тут в дверь постучали, и в комнату заглянул парнишка лет десяти с подносом. Поставив поднос на стол, он шмыгнул из комнаты.

– Ну, Ясинка, располагайся, отдыхай. За постой мы берем два медяка в сутки.

Я протянула Халисе один из двух уцелевших золотых.

– Завтра, милая, завтра. Сейчас я и сдачи тебе не наберу. Доброй ночи.

– Доброй ночи, Халиса.

Хозяйка ушла.

А я бросилась в душевую, жесткой мочалкой тщательно стирая с себя даже саму память о прикосновении грубых ладоней напавших на меня мерзавцев. Затем, без сил свалившись на табуретку, я накинулась на ужин.

Уснула я сразу же, как только голова моя коснулась подушки.

Утром, позавтракав в общей зале и оплатив свое проживание, я вернулась в свою комнату и задумалась.

Что же мне теперь делать? Я осталась совсем без средств к существованию.

К тому же, деньги мне были нужны не только на проживание. Еще в Бэйриме слышала я, что в Вестмаре есть колдуньи и магия их – не драконья и не бэйримская – способна творить настоящие чудеса… Я хотела отыскать здесь такую. А вдруг она сможет мне помочь? Маловероятно, конечно, что заклятие, наложенное могущественнейшим магом, сможет снять какая-то сомнительная ведьма. Ну а вдруг? Сейчас я была готова поверить во что угодно – так мне хотелось обрести прежнюю красоту. А услуги колдуньи наверняка стоят дорого.

Так что похоже, как бы я не решила поступить дальше, первым делом мне нужно найти работу. Этому я и посвящу сегодняшний день. Я надеялась устроиться работать библиотекарем или учительницей истории Бэйрима или рисования. На худой конец – ассистенткой какого-нибудь почтенного ученого мужа или еще чем-нибудь в этом роде. Со всем этим я бы прекрасно справилась. Однако меня ждал головокружительный провал. Мирогаст – городок небольшой и сугубо торговый. Свободного места учительницы я не нашла, библиотек здесь не было, почтенных ученых мужей – тоже. Я потратила на поиски четыре дня. Ни-че-го. А на те деньги, что у меня остались, нечего было и думать перебраться в город покрупнее – их не хватит даже на дорогу, не говоря уже о проживании, которое в больших городах стоит недешево.

Что же остается? Неужели в прислугу идти? Убирать, мыть посуду, стирать, драить полы? При одной мысли об этом мне стало нехорошо. Но похоже, делать нечего – придется. А как накоплю денег – переберусь в другой город, где можно найти что-нибудь получше.

Решительно расправив плечи и вздернув подбородок, я сошла вниз. Спрошу-ка у Халисы – может, она подскажет, где меня могут взять.

Отыскав хозяйку, подошла к ней.

– Халиса, мне очень нужна работа. Вы случаем не знаете, где я могла бы устроиться прислужницей?

Та задумалась.

– Можешь попробовать сходить в «Блюдо и Кубок» – это трактир моего двоюродного брата, заведение достойное и приличное. Вроде ему нужен был кто-то – то ли посудомойка, то ли подавальщица, точно не помню.

– Хорошо, спасибо! А как туда пройти?

Халиса подробно рассказала, как найти трактир ее брата и напоследок строго добавила:

– На меня не ссылайся. Рекомендовать тебя не буду. Ты кажешься мне неплохой девушкой, но я тебя совсем не знаю.

– Я понимаю.

Глава 8

– Эй, девочка, поди-ка сюда!

Подавив стон – вечер выдался тяжелым и насыщенным, работы было невпроворот, – я натянула вежливую улыбку и подошла к столику, за которым сидел позвавший меня мужчина с окладистой бородой и усами и добродушным прищуром голубых глаз.

– Что угодно, господин?

Выслушав заказ, я ретиво отправилась на кухню – посетители ждать не любят. Собрав на поднос требуемое, так же быстро вернулась назад, лавируя между столами и удерживая тяжелый поднос.

– Пожалуйста.

– Спасибо, милая. Держи-ка.

Из кармана богатого кафтана в карман моего дешевого платья, которое я купила специально для работы, перекочевало несколько медных монет.

– Благодарствую, – улыбнулась я бородачу.

Был поздний вечер, и кроме него посетителей уже не осталось. Наконец ушел и он.

– Все, Яська, закрываемся. Можешь отдыхать, – пробасил мой хозяин, закрывая дверь на тяжелую щеколду. Потом он методично обошел все окна, затворяя ставни, а я поплелась к себе.

Уже месяц я работала у Мирована, брата Халисы, в его трактире «Блюдо и Кубок». Поначалу он взял меня посудомойкой, и я с утра до вечера, обливаясь потом в жаркой кухне, драила котлы, кастрюли, сковородки, чашки, тарелки и прочую кухонную утварь.

Было тяжело, так тяжело, что к вечеру я не могла разогнуться – нещадно болела спина и шея, а ноги дрожали от долгого стояния. Руки мои покраснели и распухли от постоянной возни в горячей мыльной воде.

А гордость… Как же страдала моя гордость от этой унизительной работы, от тычков Мирована, когда я не справлялась и он грозился вышвырнуть меня на улицу, от жалких грошей, которые мне здесь платили! И это могущественная магисса Иолантэса, прославленная красавица, покорившая сердце бэйримского принца!

По вечерам, возвращаясь в свою каморку, которую мне выделил на чердаке Мирован, я замертво валилась на свою кровать, рыдала в жиденькую подушку и давала себе обещание завтра же уйти отсюда. И забывалась тяжелым сном.