Наложница повелителя демонов - Елена Белильщикова

докладом, Ксиан снова вспоминал свое недавнее прошлое. Время обучения в монастыре, с шифу Даомином. Только благодаря времени проведенному в монастыре и тому, как его учитель обучил его боевым искусствам, Ксиан смог взять верх над воинами империи Таотянь. И теперь он вспоминал, как это было...

Недавнее прошлое. Монастырь боевых искусств, обучение с шифу Даомином...

Даомин завел Ксиана по каменным ступеням на одну из террас, окаймленных кирпично-красными перилами и колоннами. Там стоял кувшин с чистой водой, в которой он и смочил чистый платок, помогая стереть кровь.

– Как твое имя, демон? Я вижу, что твои помыслы чисты, что ты не хочешь зла. Но твоя энергия в хаосе, тебя что-то тревожит. Дай я объясню тебе? – с этими словами Даомин протянул Ксиану небольшой кинжал, спрятанный в складках своего ханьфу. – Попробуй атаковать меня им. По руке.

Даомин опустился в стойку, будто готовый принять бой, присогнув ноги, выставив ладони перед лицом. Уверенный в себе на все сто процентов. Зная, что острое лезвие не повредит его кожи.

Ксиан поправил свое черное ханьфу, немного потрепанное после боя с учениками монастыря. И неуверенно взял нож, покосившись на Даомина.

– Ну… так нельзя, конечно… – пробубнил Ксиан, хлопая ресницами. – Но хорошо. Раз ты сам попросил, и не боишься меня, шифу…

Он привык использовать в восточных единоборствах стиль «змеи». В этой форме «змеи» удар выполнялся мягко, тая в себе скрытую силу. Ксиану было немного стыдно, что удары в этом стиле обычно были направлены в горло и в… пах. Ксиан привык так бить. Так драться. Но Даомин попросил по руке. И он сначала прицелился вниз, будто атакуя низ живота учителя. Но потом рука с кинжалом резко взлетела вверх, к руке Даомина, как он и просил. А само тело Ксиана подалось вперед, подобралось. Он имитировал своим телом образ змеи, струящейся в траве.

Даомин резко поменял руки перед собой. Казалось, они рассекли воздух почти со свистом, как рубящий клинок. Когда кинжал в руке Ксиана оказался совсем близко, Даомин зажмурился, его лицо стало предельно сосредоточенным. А от энергии, которая буквально окутала тело, волосы чуть взметнулись в воздух. В итоге, лезвие соскользнуло, как по камню.

Даомин улыбнулся, открывая глаза и перехватывая кинжал, возвращая к себе.

– Видишь? Я сосредоточил свою энергию в коже руки, чтобы ты не смог поранить ее. Я чувствую в тебе большой магический потенциал, но он рассредоточен по всему телу, ты не концентрируешь его. Насколько понимаю, вы, демоны, не учитесь этому? И больше опираетесь на магию, заклятья и артефакты? И как твое имя, чужеземец? – Даомин смотрел внимательно на Ксиана, будто уже зная ответ, кто перед ним, но проверяя на честность.

Ксиан вздрогнул и от неожиданности отшатнулся от Даомина. Его глаза изумленно расширились, когда он увидел, что вытворял шифу. Демоны никогда не умели делать ничего подобного. Зачем? У демонов была магия, артефакты, но… если честно, такой божественной энергии в одном человеке Ксиан еще никогда не встречал. В голову ему закралась предательская мысль о том, что Даомин, учитель, гораздо ближе к божественной сущности, чем он, Ксиан, могущественный демон, который к ней стремился. Хотя кто этот мастер боевых искусств против повелителя Подлунных демонов? Просто человек, овладевший искусством гармонии. Соединивший тело и душу.

– Меня зовут Ксиан. Я хочу стать императором Таотянь и обрести божественную сущность. Но пока… лишь проиграл в битве с Цзин, демоницей, – Ксиан вздохнул и опустил взгляд, чувствуя себя учеником рядом со строгим учителем.

– Императором страны, в которой находится этот монастырь, – Даомин хмыкнул, любовно проводя ладонью по прохладному после ночи камню стены. – Значит, ты хочешь победить в этой войне, свергнуть нынешнего правителя, занять его место… Я выгнал бы тебя взашей за такие слова, но когда-то я дал слово, что приму в Шаотянь любого, кто достоин. И почему-то я чувствую, что в этом сердце есть что-то, кроме слепой жажды наживы и власти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 12

Даомин протянул руку, опустив ладонь на грудь Ксиана, напротив сердца. Его взгляд был испытывающим, настороженным, но в то же время спокойным. Ведь Ксиан мог попытаться убить его и не сделал этого. С чего Даомину проявлять агрессию, даже если это демон, враг? Ведь в стенах монастыря это не имело значения.

– Я не ради наживы, учитель! – гордо вскинулся Ксиан, но Даомин не убрал руку. – Разве ты не знаешь, что под гнетом нынешнего императора Шенли, этого беспечного щенка, народ Таотянь стонет? Он страдает от голода на окраинах, от нападений змеев, от атак других… гораздо более кровожадных и опасных демонов, чем мой род Подлунных демонов! Услышь меня, учитель! Я хочу спасти этот народ, а не уничтожить. Я буду гораздо лучшим правителем, чем мальчишка Шенли, который способен лишь на слепую ненависть к демонам…

Ксиан осекся и умолк. Снова опустил глаза в пол. Лгать шифу не хотелось. Да и судя по его умениям, духовному развитию человека, вобравшего в себя опыт множества поколений этого народа, ложь Даомин почувствовал бы сразу.

– Я люблю сестру Шенли, – тихо признался Ксиан. – Ее зовут Леана, и она прекраснее, чем цветок лотоса. Я говорил с Шенли. Просил ее руки. Но наш император ничем не лучше тех мальчишек, что избили меня перед воротами. И он посмеялся надо мной. Назвал меня грязным демоном и сказал, что никогда я не стану мужем Леаны. Это мы еще посмотрим! Леана будет моей.

Ксиан не добавил того, что не знает пока, кем будет Леана для него. Женой или наложницей. Наверное, это неважно для великого Даомина.

– Но есть еще кое-что… Ты говоришь о других кровожадных демонах. И минуту назад говорил мне о Цзин. Неужели эта лисица тоже мечтает сбросить императора с трона? От нее не стоит ждать милосердия к людям. Так же, как от тех мальчишек к тебе. Она из тех, кто расправится со слабым и рука у нее не дрогнет… – Даомин покачал головой, сокрушенно выдохнув, будто уже видел в своей голове вырезанные селения и выжженные поля. – Я разрешу тебе остаться в монастыре, Ксиан. Я чувствую, что у тебя чистое сердце, хотя ты и демон. А когда придет час, оно подскажет тебе верную дорогу. Свергнуть Шенли или встать с ним плечом к плечу, защищая и народ, и принцессу… Но готов ли ты? Я строгий учитель. И