Не трожь мою ёлочку, дракон! - Саша Винтер

Это… цепляет. А вот её самостоятельность и упрямство раззадоривают.

Вспоминаю её запах — он тревожит сильнее, чем положено. Чем должно.

Он не должен был задерживаться в памяти. Но задержался. Чистый. Тёплый. Неподходящий для нашего холодного острова. Мой зверь откликается на него, реагирует слишком остро, будто я допустил ошибку, позволив ей остаться.

К вечеру я ловлю себя на том, что считаю время. Она должна прийти.

Дверь кабинета открывается без стука. Я поднимаю глаза от бумаг, надеясь увидеть светловолосую голову Валери, но входит Бриана.

— Лорд Витерн, — произносит она мягко. — Леди Валери просила передать, что вынуждена перенести встречу. Она не успевает подготовить план…

Внутри взвивается раздражение.

— Меня не интересуют отговорки, — обрываю я, не поднимая головы.

— Возможно, — она делает шаг вперёд, — стоит дать ей ещё немного времени. Она ведь не привыкла к нашим порядкам…

Я резко поднимаюсь, и Бриана замолкает на полуслове.

— Где она? — спрашиваю коротко.

— В своих покоях… вероятно, — тянет помощница.

Я выхожу, не дослушав.

Коридор пустой. Камень под ногами отзывается глухим холодом. Замок… молчит. В покоях Валери холодно и тихо. Кровать не тронута. Окно закрыто. И главное — нет её анимара.

В душе растекается тревожное предчувствие, я кожей чувствую, что что-то неправильно.

Я поспешно выхожу и отправляюсь вниз. На третий уровень. Бриана цокает каблуками у меня за спиной.

— Эстель, — бросаю я, найдя её по пути в кухню. — Ты видела леди Валери?

Управляющая оборачивается мгновенно.

— Она спускалась вниз, милорд, — отвечает с готовностью, но косо смотрит на стоящую у меня за спиной Бриану. — Служанка Мира сопровождала её. Они говорили о запасах. О погребе.

Меня прошивает догадка. Страшная. Ледяная. В памяти всплывает история, от которой я за пять лет так и не избавился.

Дьявольский погреб! Я разворачиваюсь и бегу к лестнице. Лордам не пристало бегать, но, если я всё понял правильно, счёт у меня на минуты.

Я спускаюсь на подвальный уровень. Коридор сужается перед глазами, воздух тяжелеет, плохо протискивается в лёгкие. Драконий слух ловит слишком мало звуков. Ни шагов. Ни голосов. Только холодный молчаливый камень.

Ступени вниз, и вот она та самая дверь в погреб. По позвоночнику пробегает ледяная дрожь. Она закрыта! И засов опущен.

Я срываю его одним движением.

Доски трещат. Дверь распахивается, и я влетаю внутрь. Тьма и холод. Осветительные сферы погасли. Но я сразу замечаю Валери и Миру.

Мира без сознания, укрытая обрывком ткани. Но грудь выдаёт дыхание. Валери у стены рядом с дверью. Губы посинели. Дыхание слабое. Веки дрожат, будто она балансирует на грани обморока.

— О, благословенные Первородные драконы! — голосит из-за спины Бриана. — Как же так? Они же… Они выжили?

Я осматриваю Валери и вижу, что её платье оборвано. Верхняя юбка отсутствует, ноги прикрыты только тонкой нижней.

Во мне что-то ломается. Она отпорола подол и прикрыла служанку! Не себя! Поразительная женщина!

На лестнице звучат шаги. По запаху здесь собралось с десяток слуг.

— Эстель! — рявкаю я, не оборачиваясь. — Позаботься о служанке. Целителя ей срочно!

А сам подхватываю на руки Валери. Она лёгкая и хрупкая, как птенец. Страшно сжать слишком сильно и ненароком повредить.

Я быстрыми шагами поднимаюсь по лестнице, слуги шарахаются от меня. Эстель уже раздаёт указания по поводу Миры, а я бегу по коридору, несу Валери к себе.

Захожу в свои покои. Кожа Валери совсем холодная. Я тормошу её за плечо, но она не реагирует. Всё-таки отключилась.

Я знаю, что делать. Это неправильно. Запрещено. Слишком интимно, но у меня нет времени ждать лекаря.

15. Тепло подо льдом

Аэриос

Она почти ничего не весит.

Эта мысль ударяет в солнечное сплетение, когда я укладываю Валери на край купели. Лёгкая, холодная, беззащитная — и это злит. Меня. Моего зверя. Кровь вскипает в венах.

Платье пропахло камнем. Ткань затвердела от холода. Мышцы словно деревянные. Я с усилием выдираю из ее руки дневник, отбрасываю в сторону. Пытаюсь расстегнуть застежки на платье.

Пальцы слушаются плохо. Проклятые пуговицы и шнуровка сразу не поддаются. Время безвозвратно убегает. Поэтому я просто рву ткань. Жалобный писк материи царапает слух.

Заставляю себя не думать. Не смотреть дольше, чем нужно. Потому что не имею права. И всё же…

Кожа под тканью холодная. Не просто холодная — ледяная, как камень погреба. Зверь внутри рычит глухо, тревожно, требовательно. Валери срочно нужно тепло. Здесь. Сейчас.

Я снимаю с неё остатки одежды, оставляя лишь тонкое белье. Не задерживая взгляд, но всё равно вижу тонкие ключицы, синеву губ, каёмку инея на ноздрях и ресницах.

И запах. Он снова бьёт в голову — тёплый, живой, упрямый. Непривычный для этих земель.

Пока купель наполняется, я быстро освобождаюсь от одежды. Беру Валери на руки, поддерживая под спину и колени, и опускаюсь с ней в воду. Вода прохладная — нельзя резко повышать температуру.

Валери не приходит в себя. Пульса почти нет. Сердце бьётся слишком медленно.

Я погружаю её по шею рядом с собой и позволяю себе отпустить контроль. Медленно. Жар драконьей крови поднимается изнутри, разливается по венам, по груди, по рукам. Вода вокруг нас начинает нагреваться — постепенно, будто дышит вместе со мной.

Белье Валери намокает и становится почти прозрачным, ничего не скрывая. Я притягиваю её к себе. Не прижимаю. Просто держу. Моя ладонь между её лопаток. Тепло впитывается в нежную женскую кожу. Я чувствую, как Валери начинает дрожать — сначала от холода, потом от возвращающейся жизни.

И тогда она открывает глаза.

Резко. Испуганно.

Голубые глаза чертят зигзаг по моему лицу. Зрачки расширяются.

Валери дергается, пытается отстраниться, и вода плещется о края купели.

— Тихо, — говорю я низко, почти шёпотом. — Вы в безопасности.

Её взгляд мечется. Потом замирает на моём лице. На плечах. На том, как близко мы находимся.

Я чувствую, как меняется её дыхание. Как напряжение между нами становится… другим. Не страх. Не холод.

Зверь внутри меня поднимает голову. Узнаёт. Запоминает. А запах становится ещё гуще. И я делаю глубокий вдох, будто пытаюсь вдохнуть вместе с воздухом саму Валери.

Я ослабляю хватку и даю ей пространство. Достаточно, чтобы она могла отстраниться, если захочет.

Она не отстраняется.

— Вы… — голос у неё хриплый, слабый, ладони скользят к груди, неловко прикрывая. — Что вы делаете?

— Не позволяю вам умереть, леди Валери, — отвечаю честно.

Наши взгляды сцепляются. Ее голубые глаза становятся почти черными. Вода вокруг нас слишком тёплая. Даже горячая. Еще