Измена. Малыш для доктора - Елена Верная

— Значит, вы зациклились на себе? — психолог задала вопрос Вилене, и мы оба посмотрели на женщину. Так, словно вспомнили, что она вообще здесь.

— Да, — жена кивнула. — Я ходила по врачам, обследовалась.

— А Егору, видимо, нужно было доказать всем, и себе в том числе, что он настоящий мужик, — констатировала психолог и сделала какую-то пометку в блокноте.

— Это правда? — Вилена внимательно смотрит на меня, а я киваю.

— Да, — взъерошил волосы пятерней. — Я не чувствовал себя мужчиной. Вспомни, мы же даже сексом по графику твоей овуляции занимались и строго в установленное время, после того как ты дашь команду. Я же не животное, а чувствовал себя осеменителем.

— Но почему ты не сказал? — и девушка осеклась на полуслове. — Ты говорил, а я не слышала, просила все потерпеть, подождать.

— Да, я говорил, — киваю головой. — Я понимаю, что все это меня не извиняет и не оправдывает. Я прошу дать мне шанс тебя любить и быть отцом нашему ребенку.

— А если снова у нас возникнут проблемы? — мне кажется, или на лице жены промелькнуло что-то такое, что дало надежду на прощение.

— Мы будем обсуждать их и решать, а не искать утешение на стороне, — я понимаю, что поступил неправильно и это был не выход из положения. — Дай мне шанс.

— Хорошо, — Вилена произносит слова на выдохе, словно решается.

— Спасибо, ты не пожалеешь, — я прижимаюсь щекой к животу и чувству отчетливые толчки малыша. — Да, мой хороший, папа твой дурак, но он встает на путь исправления. У нас все получится. Я вас люблю. Тебя и твою маму.

Глава 12

Егор.

Как там говорят? Ценишь тогда, когда теряешь? Сейчас я сполна прочувствовал суть этой фразы. Я понял, как мне дорога Вилена, когда осознал, что я ее теряю. Смешно, конечно, но я это понял не тогда, когда она исчезла, а в кабинете психотерапевта. Я от этого сеанса многого не ожидал. Предполагал, что мы просто обменяемся взаимными упреками, жена уйдет в глухую оборону, расплачется, а я буду чувствовать себя последней сволочью. Но все получилось иначе. Я открылся, сказал, что было у меня на душе, извинился, и меня поняли и приняли. Это было так волнительно, и в груди были невероятная нежность и тепло по отношению к Вилене. Мы ехали домой, и я держал жену за руку в машине, а она не отворачивалась от меня, а смотрела по-прежнему с нежностью и любовью, как когда-то.

— Прости меня за все, — я переплел наши пальцы и, поднеся руку жены к губам, поцеловал.

— Я простила, — девушка посмотрела куда-то в сторону. — Но не проси меня забыть. Я не могу тебе этого обещать. Скорее всего, я всегда буду жить с оглядкой на то, что в один не очень прекрасный день могу оказать не у дел, а ты уйдешь к другой.

— Я понимаю, поэтому хочу предложить тебе небольшую авантюру, — я улыбнулся, но получилось немного грустно.

— Какую авантюру? — жена заметно оживилась.

— Я хочу, чтобы ты была уверена в своем будущем, — я понимаю, что делаю глупость с точки зрения прагматизма, но я хочу, чтобы Вилена была уверена не только в завтрашнем дне, но и во мне в принципе. — Поэтому я хочу переоформить на тебя все активы, что мне принадлежат.

— Ты сошел с ума? — жена смотрит на меня неверяще. — Зачем?

— Чтобы ты понимала, что я без тебя никто. И может быть, так ты сможешь поверить в то, что ты мне нужна и я готов пожертвовать всем ради тебя и нашего ребенка, — мы сидим в машине на парковке, но не выходим. Машина стоит ровно на том же самом месте, где не так давно я ее уговаривал поговорить, но жене стало плохо.

— Мне не нужен твой бизнес, — Вилена отрицательно качает головой. — Я ничего в нем не смыслю. И потом, если человек разлюбил, ни один бизнес его не заставит полюбить снова.

— Ты права, но я не знаю, как еще доказать, что мои слова не просто слова, — я всматриваюсь в лицо жены, чтобы понять, о чем она думает.

— Просто поклянись мне, что если ты меня разлюбишь, то просто скажешь об этом, — этот разговор доставляет боль нам обоим, но мы должны все обсудить. — Как бы мне ни было больно и как бы тебе меня ни было жалко, я прошу тебя. Ты должен поклясться.

— Клянусь, — у меня даже голос дрогнул от тех эмоций, что во мне клокотали. — И давай договоримся, что мы обо всем будем говорить. Если что-то не нравится, то не будем замалчивать, говорить, что все нормально, а сами потом переваривать эту ситуацию и накручивать себя. Просто здесь и сразу обсуждать и находить пути решения из ситуации.

— Обещаю, — на глазах у Вилены заблестели слезы, и она, шмыгнув носом, смахнула их.

Вилена.

Ком в горле, а на глаза наворачиваются слезы. А все потому, что мы наконец-то с Егором оказались на одной волне, когда понимаем друг друга. Выходит, нам нужно было пройти через такое испытание, как измена, чтобы понять друг друга? Жизнь жестока и преподает суровые уроки. Я очень боялась совершить сейчас ошибку и довериться. Но также я понимала, что все мы люди и все мы можем ошибиться. И каждому из нас нужен второй шанс. Егор его получил, и не только Егор. Я дала нам второй шанс, в том числе и себе. Психолог права, когда говорила, что в измене виноваты двое. Я не замечала, как изолировалась от дел мужа и стала обычной домохозяйкой, которую кроме ее бытовых, но очень важных дел ничего не интересовало. Я, конечно, не ходила в растянутых спортивках и замызганных халатах, но, несмотря на это, я не хотела посещать с ним мероприятия, выходить просто в свет и проводить время вместе. Мы стали похожи на супружескую пару, которая ужасно устала друг от друга, хотя, наверное, это так и было. Только вот никто не признавался в этом. А потом грянул гром, вернее, измена. Именно этот кризис дал нам понять, что мы чувствуем, чего хотим и что именно для нас важно. Отношения — это работа. Кропотливая, упорная и ежедневная. Мы в какой-то момент об этом забыли и вот поплатились.

— Мне не нужен твой бизнес, — я погладила мужа по лицу. Удивительно, но сейчас мне стало так легко на сердце, когда я простила. Оказывается, обида — это очень тяжелый груз.

— Тогда