Грубая любовь - Елена Синякова

Лина была просто оглушена этим. Контужена.

Она слышала, что Сергей кричит что-то ещё, размахивая над ней руками, и в какой-то момент сжалась, закрывая по инерции голову руками, потому что увидела, как он замахнулся снова.

Вот только удара не последовало.

Сергей с глухим шлепком улетел в коридор, громко там застонав и как-то забулькав кровью, а над ней раздался бас бандита:

- Вещи собирай. Поедешь со мной.

Глава 6

Амир и сам не знал, какого черта он спустился на пару пролетов и остановился.

Чего он ждал?

О чем думал?

Возбуждение никуда не делось.

Член гудел. Самым лучим вариантом сейчас было бы позвонить одной из баб и сказать, что ему нужно срочно потрахаться.

Он знал, что отказа ему не будет – прибежит туда, куда он скажет и сделает всё, что он захочет.

Не каждая, конечно.

Но у него было несколько таких вот сумасшедших, которые могли и хотели терпеть его характер и непомерные запрос в сексе.

Хотели даже большего, но в глубине души понимали, что Амир для семьи не создан. Жить со зверем в одном закрытом пространстве просто не реально.

Рано или поздно он убьет, потому что не сдержится из-за своего дикого характера и буйного нрава.

Именно про это он и думал, лениво шагая вниз по ступеням, пока не услышал крик гандона, с которым он общался с Линой.

И, казалось бы, нахрен лезть?

Пошумят и успокоятся!

Они оба были сломлены и побиты, только один – физически, а второй – морально.

Сто раз ведь были такие случаи, в том числе и на веку самого Амира.

Но нет же!

Ярость, которая вдруг оживила избитого гандона, опалила всё нутро, заставив почти зарычать.

Чертова звериная сущность Амира никогда не спала и всегда подхватывала любые эмоции, которые заставляли кровь нагреваться еще сильнее.

Он ощутил, как по позвоночнику тут же прошла волна адреналина, и кровь загудела.

Вот только умноженные на возбуждение эти эмоции были опасней смерти.

Амир в буквальном смысле пролетал лестничные пролеты в одном рывке, оставляя вмятины от своей ладони на поручнях, но когда ворвался в дом, то все равно было поздно.

Лина лежала на полу. В углу кухни, закрывая голову руками, на которых была кровь.

Её кровь.

Он просто отшвырнул мудака назад, успокаивая себя, как только мог, потому что понимал, что убийство своего мужа именно в этот день Лина не простит и не поймет.

Амир уже в этот момент точно знал, что порешит мудака обязательно. Но немного позже, когда все эмоции поутихнут, и девушка успокоится в отношении него.

Но как же хотелось его крови!

Чтобы он орал, надрывая связки, и захлебывался собственной кровью, в предсмертной панике понимая, что легкой смерти не будет! Потому что Амир будет разрывать его по кусочкам, по маленьким частям сначала сдирать кожу, потом отделять мышцы от костей, а затем уже ломать кости.

Заговорить Амир смог не сразу.

Потому что знал, что сейчас его голос будет мало походить на человеческий.

- Вещи собирай. Поедешь со мной.

Лина вдруг окинула его таким взглядом, что зверь внутри Амира удивленно хмыкнул.

- Я. Никуда. Не поеду.

Отозвалась девушка настолько холодно и твердо, что он буквально кожей ощутил её уверенность и упрямство. Ей было бесполезно угрожать смертью или насилием – Лина решила и точка.

- Это моя квартира и мой дом. А вы пошли вон. Оба.

Амир лишь усилием воли сдержал удивленный смешок и не позволил брови приподняться.

Что серьезно?

У девочки появились зубки?

Она вспомнила, что у неё есть характер?

Впрочем, Амиру это определенно нравилось!

Его разрывало в две совершенно противоположные стороны – с одной стороны эти слова девушки вызвали в душе уважение к ней.

А с другой хотелось развернуть её ягодицами и ещё раз шлепнуть от души, чтобы она понимала, что с ним в таком тоне разговаривать не нужно.

Сделал бы второе, если бы они были одни.

Хорошо, потом он её ко всему приучит и всё покажет, а пока придётся потерпеть.

- Руку обработай, - пробасил Амир и вышел из кухни, чтобы сгрести, словно мешок с дерьмом её мужа, и выволочь его за пределы квартиры.

Очень хотелось его убить здесь и сейчас.

Прямо в подъезде.

Но, чёрт подери, пока нужно было терпеть.

Даже когда он стал подавать признаки жизни и пытаться что-то там мямлить.

- Я никуда не пойду!

Амир мрачно хмыкнул, делая так, чтобы этот утырок собирал собственным телом каждую ступеньку, оставляя еще больше синяков дополнительно к тем, что уже поставили Крапива, Череп и мужики.

- Не слышу, чтобы я тебя спрашивал, - мрачно и холодно отозвался Амир, не прибавляя шага, и наслаждаясь каждой вспышкой боли, которую этот хмырь испытывал.

Мелочь, а приятно!

- Это мой дом тоже! А Лина – моя жена!

Грязная окровавленная рубашка вдруг затрещала в руке Амира.

Нет, гада он не убил лишь усилием воли, и даже умудрился промолчать до того момента, пока не выволок муженька девушки на свежий воздух в ночные сумерки.

Он бросил его грудой, задыхающейся от боли и спазмов, и даже не обернулся, когда спокойно пробасил:

- Завтра пойдешь в суд и подашь заявление на развод.

Муженёк вдруг перестал дышать и уставился в затылок невозмутимого бандита в желании придушить его.

Надо же! Еле дышал от страха, а сам бычился.

- Верну вам все деньги до копейки! Но с Линой не разведусь! я её люблю!

- Деньги возвращай тому, кому проиграл, - не меняя голоса отозвался Амир, убирая руки в карманы, чтобы не ударить и не лишить его жизни. Случайно. Все таки помучить и поотрывать плоть хотелось слишком сильно. В скором будущем, - А с Линой разведешься. Иначе тебе не жить.

- Можешь убить – сказал же, что не разведусь!

Лишь когда ткань кармана хрустнула, а гандон пискнул и вырубился – Амир с удивлением понял, что он все таки не сдержался и шарахнул его. Тело отреагировало быстрее мыслей, и никакие отговорки не помогли.

Больше разговаривать не было смысла.

Да и как было говорить с тем, кто лежал без сознания с перекошенным лицом?

Пусть очнется, потом они еще раз поговорят.

Амир прошел под подъездами до своего неприметного чёрного Крузака и сел внутрь, заставляя себя уже уехать, но нет же!

Снова сидел и слушал, как