Мой сосед – девственник. Он хочет меня - Анна Нест

Я смотрю ей в глаза, пытаюсь понять, как убедить ее, что это не глупый юношеский порыв.

— Лена, я не могу быть с кем-то другим.

Ее глаза расширяются, но она молчит.

— Я думал, что у меня есть выбор, — продолжаю я. — Но это неправда.

— Рома…

— Если ты уйдешь, я не знаю, что буду делать.

Ее губы дрожат, и я вижу, как она борется с собой.

— Я не хочу, чтобы ты жертвовал чем-то ради меня, — тихо говорит она.

— А я не хочу жить, если это не с тобой.

Моя честность пугает ее, я вижу это. Но она не отталкивает меня, и это единственное, что имеет значение.

Мы садимся на скамейку, и она берет мою руку.

— Рома, обещай мне одно.

— Что угодно.

— Что бы ни случилось, ты будешь беречь себя.

— А если мой смысл жизни беречь тебя?

Она качает головой, но я вижу, как ее губы трогает легкая улыбка.

И в этот момент я понимаю: она уже на моей стороне, даже если пока боится это признать.

Глава 29

Лена

Он снова делает то, что у него получается лучше всего — рушит мои стены.

Все, что я пыталась построить, чтобы защитить нас обоих от этого хаоса, кажется таким хрупким, когда Рома рядом. Его взгляд, его голос, его уверенность…

Я чувствую себя слабой, и это пугает. Но еще больше пугает то, как хорошо мне с ним.

Когда он держит меня за руку, я ловлю себя на мысли, что не хочу его отпускать.

Весь день после нашей встречи я пытаюсь сосредоточиться на работе, но мои мысли то и дело возвращаются к его словам.

«Я не хочу жить, если это не с тобой.»

Почему он говорит такие вещи? Почему делает их такими правдивыми?

Марина заходит в мой кабинет и бросает на меня подозрительный взгляд.

— Ты сегодня вообще не с нами.

— Просто много дел, — отмахиваюсь. Я стараюсь не выдать себя.

— Дел? Или мыслей?

Я закатываю глаза, но она все равно садится напротив и скрещивает руки на груди.

— Лена, я понимаю, что ты хочешь держать все в тайне, но я не железная.

— И это говорит человек, который тратит все вечера на просмотр мелодрам.

— Не уходи от темы.

Я устало вздыхаю. Мы давно знакомы с Мариной, но рассказывать ей все — это слишком.

— Просто небольшие сложности, — признаюсь я.

— Это связано с тем, кто вызывает у тебя такую улыбку?

Я замолкаю. Я понимаю, что выдаю себя.

Марина замечает все и прищуривается.

— Лена, кто он?

— Никто, — торопливо отвечаю я.

Она смотрит на меня и явно не верит ни единому слову.

— Хорошо, не хочешь говорить, не надо. Но ты помни: все тайное становится явным.

Она встает и уходит, оставляет меня одну со своими мыслями.

Когда я возвращаюсь домой, дом кажется еще тише, чем обычно.

Я думаю о Роме. О том, что он сказал, о том, что он делает.

И думаю о том, что я не готова отказаться от него, как бы сильно ни старалась себя убедить в обратном.

Телефон начинает вибрировать, и я вижу его имя на экране.

Я беру трубку.

— Привет, — говорю я.

— Привет. Ты как?

— Думаю.

— О нас?

— О тебе.

Он замолкает на секунду, а потом тихо спрашивает:

— Хорошее думаешь?

— Не знаю, — честно признаюсь я.

— Лена, ты можешь прийти ко мне? Ко мне домой. Я сегодня один.

Мое сердце начинает биться быстрее.

— Прямо сейчас?

— Да.

Я колеблюсь, но внутри меня уже зреет ответ.

— Дай мне 15 минут.

Когда я подхожу к его дому, мне хочется развернуться и убежать. На темной улице тихо, свет горит только в окне на втором этаже.

Но вот он выходит из дверей, и его лицо озаряет улыбка, сто́ит ему увидеть меня.

Я иду и слышу, как мои шаги отдаются эхом.

— Я рад, что ты пришла, — говорит Рома и подходит ближе.

Я улыбаюсь, но ничего не отвечаю.

Он открывает дверь, впускает меня внутрь.

В доме тепло, пахнет деревом и чем-то, что он, кажется, только что приготовил.

— Ты ужинала? — спрашивает он.

— Не успела, — отвечаю я.

— Тогда садись. Я все сделаю.

— Рома…

— Нет, — перебивает он. — Сегодня я все сделаю сам.

Я смотрю на него, и в этот момент все мои сомнения растворяются.

Глава 30

Рома

Она сидит за моим столом, в свете настольной лампы ее волосы отливают золотом.

Я стараюсь сосредоточиться на том, чтобы разлить чай по чашкам, но ее присутствие делает это почти невозможным.

— Уютно у тебя, — говорит она, осматривая комнату.

— Это дом бабушки. Она оставила его нам. Родители хотели продать, но я уговорил их оставить.

Она поднимает взгляд.

— Здесь чувствуется тепло.

Я ставлю чашку перед ней и сажусь напротив.

— Ты уверена, что тепло идет от дома, а не от чего-то другого?

Она усмехается, но не отвечает.

Я смотрю, как ее пальцы обхватывают кружку, как она слегка проводит пальцем по краю. Маленькие детали, которые вдруг кажутся мне важнее всего на свете.

— Ты очень… взрослый, — неожиданно говорит она.

— Разве?

— Иногда я забываю, сколько тебе лет.

— Ты так говоришь, будто это плохо.

— Это не плохо, Рома. Просто непривычно.

Делаю глоток чая.

— Я не хочу, чтобы ты думала обо мне как о ребенке.

— Я так не думаю.

Ее голос очень тихий.

— Тогда в чем дело?

Она смотрит на меня, и я вижу в ее глазах борьбу.

— Ты заставляешь меня хотеть то, что я не должна хотеть.

Ее слова, тихие и неуверенные, разжигают во мне огонь.

Я ставлю чашку и наклоняюсь ближе.

— А если это правильно?

Она мотает головой, но не отводит взгляда.

— Это не может быть правильно.

— Почему?

— Потому что…

Ее голос дрожит, а я не могу оторвать взгляда от ее губ.

— Скажи мне, Лена. Почему?

Она замолкает, и в комнате становится так тихо, что я слышу, как она дышит.

И тут я уже не могу больше ждать.

Я тянусь к ней. И она не отстраняется.

Мои губы касаются ее губ, мягко, осторожно, как будто это самое важное, что я когда-либо делал.

И она отвечает мне.

Лена тянется ко мне, а я чувствую, как весь мир сужается до этого момента.

До нее.

До нас.

Когда поцелуй прерывается, она смотрит на меня так, будто мир перевернулся.

— Рома, — шепчет Лена, ее голос дрожит. — Это слишком…

— Слишком что?

— Слишком