Мой новогодний герой - Марьяна Зун

глаза чуть не выпали из орбит. Что он сейчас сказал? Ревнует⁈ Кого, меня? Мне, наверное, послышалось… Этого просто не могло быть. Мы знакомы три часа. Но его наглая ручища лезет по моему бедру все выше и выше. Сожалею, что надела это платье.

— Эрнест, прошу, уберите руку, — стараюсь не показать своего омерзения.

Нас окружают приличные люди.

— А что ты сделаешь? Я заплатил, — шипит он сквозь зубы, наклоняясь ко мне ближе.

Ужас. Какой стыд. Задыхаюсь от негодования. Так и хочется вцепиться ему в руку и расцарапать ее. Смотрю в его пьяные глаза и понимаю, что он настроен решительно. Он забыл о французах и сосредоточился на моем теле.

— Эрнест, на нас смотрят французы. Вы на переговорах.

— Срать на них. Они все равно пришли пожрать на халяву. И пока не идут на мои условия.

Нахожу больную точку на его руке и нажимаю ногтем. Вижу, что ему больно, он убирает руку. Смотрит с яростью. Радует одно — мы в ресторане, и он ничего мне не сделает. Но надо срочно уходить.

— Показываешь зубки. Люблю непокорных, они огонь в постели. Ох, Олюшка. Сегодня нас ждет ночь страсти и секса. Будешь умолять меня трахнуть тебя.

В горле ком. Мне нужно бежать, сверкая пятками. Извиняюсь перед мужчинами за столом и встаю. Пытаюсь взять сумочку, но Эрнест считывает мои действия и не дает мне забрать ее.

— Ты же сейчас вернешься. Иди, я жду тебя.

Стараюсь идти ровно, но чувствую, как мою спину прожигает его яростный взгляд. Скрываюсь за дверью уборной. Мою руки и пытаюсь придумать что-то. Как мне выбраться из этой дурацкой ситуации?

Весь вечер испорчен. А ведь все хорошо начиналось. Красивое яркое платье, которое обтянуло меня, как вторая кожа, и этот разрез на бедре. Броский макияж, и я не узнала себя в зеркале. Ужин с Давидом должен был быть легким и приятным. Но появился этот Эрнест, и все изменилось. Зачем я согласилась? Лучше бы пошла мыть полы или на кассу в «Пятёрочку».

Ведь все так прилично начиналось, Эрнест вел себя сдержанно, был внимателен и заботлив. А потом его как подменили. Он начал пить и распустил руки, и я не стерпела. Надо было ему лицо расцарапать, а не только руку. Но это все уходит на второй план. Мне надо что-то придумать, забрать сумочку и уехать отсюда. Но как это сделать? Эрнест неуправляем. Видимо, алкоголь ударил в голову. Ведь пока он не пил, был веселым и обходительным. Уйти без клатча не получится. Там мой телефон и карта. Да, все можно восстановить. Телефон купить. Но кусаю губы. Не расслабляться. Собраться и попробовать найти помощь. Здесь же полно людей.

Выхожу из туалета и осматриваюсь. В зал идти нет никакого желания, а там меня ждет пьяный невменяемый мужчина. И послать его не могу, мне не заплатили за работу. А тех денег, что Эрнест перевел мне, мало. Их хватит только оплатить квартиру. Если я уйду, рискую не получить ничего, и мне нужен телефон. Лишних денег на новый у меня просто нет.

Прежде чем вернуться в зал, решаю посмотреть, нет ли запасного выхода. А потом меня ловят сильные мужские руки. Хочется закричать. Потому что я думала, Эрнест меня нашел. Но когда я услышала голос незнакомца: «Гостям здесь нельзя находиться», стало легче, но совсем на мгновение.

Я снова попала в капкан. Сердце колотилось как сумасшедшее. Я замерла, чувствуя, как чужие руки сжимают мои локти. Голос незнакомца звучал холодно и властно:

— Гостям здесь нельзя находиться. Что вы делаете у запасного выхода?

Я попыталась собраться с мыслями. Нужно было говорить спокойно, не выдавая своего страха.

— Я… я просто осматривалась. Потеряла подругу из виду, решила проверить, не вышла ли она через эту дверь, — несла бред.

Меня развернули, как котенка, и я увидела перед собой мощную фигуру красивого, мужественного и стильного мужчины. Его внешний вид производит впечатление уверенности. Аккуратно уложены темные волосы, прическа подчёркивает черты лица и добавляет образу строгости. Борода обрамляет нижнюю часть лица, подчёркивая его выразительность. Черты чёткие, скулы выражены, взгляд серых глаз прямой и уверенный. Взгляд сосредоточенный и проницательный. Атлетичный, плечи широкие, осанка прямая — всё это создаёт образ сильного и уверенного в себе человека. Белая, классического кроя рубашка плотно облегает торс, подчёркивая рельефность мышц.

Мужчина прищурился, внимательно изучая меня. Его взгляд скользил по моему платью, по макияжу, будто оценивал. Секунды тянулись мучительно долго.

— Здесь нет никаких подруг. Это служебная зона. Вам лучше вернуться в зал.

— Пожалуйста… — мой голос дрогнул, но я быстро взяла себя в руки. — Можете проводить меня до основного зала? Тут так темно… я боюсь заблудиться.

Незнакомец чуть расслабил хватку, но всё ещё не отпускал.

— Ладно.

Он повёл меня по узкому коридору, освещённому лишь тусклыми лампами. Каждый шаг отдавался эхом, и я чувствовала, как напряжение нарастает. Что, если этот человек тоже не на моей стороне? Но выбора не было — это всё же лучше, чем столкнуться с пьяным Эрнестом.

Когда мы вышли к ярко освещённой части ресторана, незнакомец остановился.

— Дальше сами. И не шатайтесь по служебным зонам.

— Спасибо… — прошептала я, не зная, что ещё сказать.

Он кивнул и исчез в полумраке коридора. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить дыхание, и огляделась. До зала оставалось всего несколько шагов, но меня сковывал ужас: там ждал Эрнест. Мой взгляд упал на охранника у входа в основной зал. Идея вспыхнула в голове как молния. Я пошла к нему навстречу. Хотела попросить помощи. Однако тут передо мной возник Эрнест, и я, не думая, снова рванула в сторону, куда удалился мой спаситель.

— Не сбежишь от меня, Оля. Я поймаю тебя, и будет хуже… — зло рыкнул Эрнест.

Но ждать от него пощады я не собиралась. И завернув за угол, врезалась в мужчину, от которого пахло знакомо…

— Опять вы.

— Спасибо.

— Что на этот раз? — устало вздохнул спаситель.

Ответить я не успела.

— Вот ты где, тварь. — Мороз пошел по коже, я зажмурилась. — Пришла со мной, а уже ее лапает какой-то здоровяк. Руки убрал от нее.

— А если не уберу?

Глава 16

— А если не уберу? — услышала над своей головой холодный голос.

— Руки тебе обломаю. Ты знаешь, кто я?

— Моральный урод, который по-хамски общается с милой девушкой.

— Я её купил. Она моя.

Готова была провалиться сквозь землю. За что мне это? Какой позор. Главное, чтобы этот спасатель не пошёл на