9 месяцев после развода - Мария Устинова

Пожимаю плечами, накалывая на вилку кусочки отварной свеклы и морковки.

– Я сама виновата. Он привез документы на машину, а я, чтобы не открывать дверь, соврала, что у меня проблемы со внешностью, поэтому не могу встречаться.

– Ну и заинтриговала ты его, – улыбается та. – Тебе бы вести курсы по мужскому обольщению, Кира.

– Может и придется, если будет плохо с работой.

– Не парься. Я уверена, ты со всем справишься.

Но все утрясается: около восьми звонит подруга и сообщает, что появился новый заказ. Осторожно напоминаю, что уезжаю к маме…

– Я говорила с заказчиками, объясняла ситуацию. Не волнуйся, когда родишь, я тебя прикрою на пару недель. Давай завтра встретимся, подпишем договор.

– А как потом?

– По почте, – вздыхает она. – С удаленщиками из других городов неудобно работать. Но ты моя подруга, решение найдем.

– Просто выдохнула от облегчения, – признаюсь я.

– Все будет хорошо. Подъезжай утром в наше кафе, там все обсудим.

Утром я тороплюсь на встречу.

– Подбросить? – спрашивает Иван, когда мы сталкиваемся на кухне. – Я не работу, нам по пути.

– Спасибо.

Надеваю молочный свитер грубой вязки, он просторный и длинный – почти как безразмерное платье. К нему серые тренировочные штаны. Они узкие, на мягкой резинке и очень удобные. Кручусь перед зеркалом. Живот, конечно, видно. Но в глаза не бросается. Сверху жилетку яркого желтого цвета, и все будет нормально. Тем более сразу из подъезда сяду в авто.

Чертов бывший вызвал у меня паранойю…

Я всерьез боюсь слежки.

Но после возвращения друзей, стало намного легче. Вернулись хорошее настроение, уверенность в солнечном будущем. Закалываю волосы в узел. С трудом, потому что потягивает живот и поднимать руки трудно.

– Готова? – Иван выходит из кухни потягивая кофе, смотрит, как я держусь за живот. – Все в порядке, Кира?

– Ох… да, – хотя на все сто не уверена в этом.

Не понимаю свой живот. Ведет себя подозрительно.

Как все-таки непросто быть в первый раз беременной. Но вроде бы меня отпускает, и мы едем в центр.

– Привет! – подруга целует меня в щеку, изогнувшись, чтобы не столкнуться с моим животом. – Отлично выглядишь!

Насколько все же сложнее на последних сроках беременности. И мне еще говорят, что повезло: я легко ношу.

Мы садимся за столик, и она достает бумаги.

Она тоже выглядит отлично: на шее объемный темно-коричневый шарф, на голове небрежно надет берет ему в тон. Кожаное пальто поскрипывает при движениях. Раз она не стала раздеваться, значит, спешит.

– Насчет меня больше никто не звонил?

– Звонил, – легко подтверждает она. – На этот раз мужик.

Сердце екает. И в животе тоже.

– Антон?

– Нет, я бы узнала по голосу. Вообще какой-то левый. Но тоже пошли странные вопросы о тебе, типа, где ты сейчас и все такое, и я сказала, что мы тебя уволили.

– А про беременность ты сказала? – пугаюсь я.

– Нет, что ты. Это вообще не его дело. Вдруг правда это какой-нибудь сумасшедший маньяк тебя преследует, а я такое скажу. Просто сказала, что нашли другую девочку, а ты уволилась и что с тобой, я не знаю.

– Спасибо.

Она передает договора.

– Вот здесь подпиши.

Бегло пробегаю взглядом. Не то, чтобы я не доверяю подруге, это привычка. Хочу знать, что подписываю. Дела и впрямь налаживается: работы минимум на три месяца. А затем обязательно что-то понадобится. К Новому году всегда подъем, и продержится до конца зимы.

Ставлю подписи на всех страницах.

Пошел этот Антон.

Я справлюсь без него даже с младенцем на руках.

– Ну, я побежала, – она быстро собирает бумаги. – Извини, дела. Как родишь, сбрось фотки!

– Обязательно!

Она уносится, как маленький черно-коричневый смерч, а я остаюсь за столиком. С некоторой завистью смотрю, как подруга стремительно идет к авто и бодро прыгает за руль. Я еще не скоро стану такой шустрой. Как все-таки беременность замедляет жизнь… Хорошо, что все складывается с работой и продажей авто. Драгоценности продам чуть позже. Мой план вполне подождет с полгода, пока не станет легче.

Пью горячий шоколад с орешками и шоколадной крошкой, немного отдыхаю и выхожу из кафе. Иван умчался на работу, придется одной добираться домой. Здесь по пути шикарный детский магазин…

Сумка в роддом давно собрана.

Но кое-что я отложила «на потом». В основном из суеверных соображений. И планировала совершить последний рейд по магазинам, прежде чем отправлюсь в роддом.

Становится мамой в одиночку было страшно. Я все предусмотрела. Закупила памперсы, пеленки, шампуни, кроватку и даже присматривала пеленальный столик – хорошо, что не купила. Планы придется переиграть. В общем, у меня было купило все, что может понадобиться младенцу, предупреждены друзья. По первой необходимости должны были привезти все, если что-то забуду.

Только одежду ребенку на роды я не купила.

Отложила на последний момент.

Почему бы не зайти в магазин? Поезд завтра в шесть утра, столичной одежды я не куплю нигде, и заказать в магазине дистанционно не успею – куда, в поезд? Лучше купить сейчас и взять с собой.

Что-нибудь особенное. И подарок сыну.

Так-то, как тревожная первородящая, я хорошо подготовилась.

Даже отложила деньги на няню. Хотя сомневалась, стоит ли ее нанимать. Думала, что могу справиться сама, а деньги лучше оставить. Неизвестность хуже всего на свете.

После решения уехать к маме с плеч словно камень упал.

Там я не буду одна. К магазину иду неторопливо, наслаждаясь последним теплом. Мысленно выбираю подарок между развивающим ковриком и погремушкой. Пусть судьба сама подаст знак. На что материнское сердце укажет, то и выберу.

Плюс симпатичный костюм, который возьму в родзал.

Его первая одежда.

Огромный магазин с детскими товарами вызывает детское же чувство восторга. Крошечные костюмы, ползунки и распашонки, чепчики – все вызывает эмоции.

На входе в отдел одежды для младенцев сталкиваюсь со стройной блондинкой. Спиной ко мне она изучает симпатичные костюмчики. Их я хотела посмотреть сама, но своей субтильной фигурой она умудрилась заблокировать к ним подход.

Встаю чуть позади, пока рассматриваю чепчики, и жду, когда блондинка закончит. У нее нет живота и настолько худосочная фигура, что мыслей о беременности даже не возникает. Плечом она прижимает к уху телефон и начинает разговор. Когтистые руки быстро перебирают вещи. Каждую она ощупывает и едва не пробует на зуб.

–