Академия тайных даров. Преданная смерти - Дана Данберг

Я оглядела парней, которые, судя по цветам их шарфов, были темными. Вероятно, с этим менталистом они учились в одной группе или хотя бы на одном курсе – по возрасту, вроде, подходит.

– Это нарушение правил, нельзя воздействовать…

– Применять к студентам ментальную магию – это тоже нарушение правил, причем более серьезное. А я с удовольствием подтвержу, что оно было, потому что, если вы не заметили, у меня в родственниках русалки, я ментальную магию ощущаю.

Это была неправда, вернее, не совсем правда. Я ощущала, только если она была чрезвычайно сильной, впрочем, как и любую другую магию. Такая чувствительность не была чем-то необычным и присутствовала не только у потомков русалок, но и у многих обычных магов, и даже иногда у неодаренных.

Но они ведь этого не знают, а ментальное воздействие без разрешения – это не просто правонарушение, а серьезное преступление.

– Кроме того, – продолжила я, усмехаясь, – с удовольствием посмотрю, как вы будете жаловаться магистрам, что вас, здоровых парней, покусали мертвые богомолы и тараканы со сверчками. Думаю, вам этого до окончания учебы не забудут. Да и после будут по-доброму подшучивать на каждой встрече выпускников или даже в свете.

– Ты всегда такая злобная стерва, – кажется, смирившись со своей судьбой носильщика, спросил первый из парней, а второй, который потрусливее, закатил глаза. Он-то был аристократом и понимал, что я тоже аристократка, и простолюдин не может со мной разговаривать в подобном тоне. Но студенчество всех уравнивает, поэтому и я не стеснялась в выражениях.

– Нет, я добрая, если меня не раздражать. А сегодня вы и ваш друг были очень близки к тому, чтобы перейти черту. Так что зеркало и тумбочка вас ждут.

– И ты никому не скажешь?

– Обещаю, что от меня никто ничего не узнает, – ответила я, про себя подумав, что про Алину я этого сказать не могу. Она, вообще-то говоря, имела полное право прямо из столовой пойти в своей деканат и подать официальную жалобу.

Вопрос лишь в том, стоило ли? Я бы не подала, но она не я. Не знаю, может, она пока над этим раздумывает, может, решила спустить на тормозах – это ее право. Но, честно говоря, я бы не обостряла.

А то, что я этих двух дружков припахала, так это просто для проформы. Пусть знают, что я могу и наказать.

– Зеркало аккуратнее несите, – вздохнула я, увидев, что аристократ чуть не задел им перилла. Тумбочку взял второй, потому что та тяжелая, а он был помассивнее первого.

Они, скверно ругаясь сквозь зубы, занесли мои пожитки на этаж, я попросила поставить их у двери.

– Все, дальше я сама.

– Что, и не пригласишь даже? – спросил простолюдин.

– И что же ты хочешь увидеть в женских апартаментах? – насмешливо спросила у него.

– Ну так… Интересно, – смутился тот.

– Ладно, мы пошли, – аристократ хлопнул приятеля по плечу и они пошли обратно к лестнице.

– Спасибо, мальчики, вы были очень любезны, – бросила я им в спину и сделала вид, что не заметила брошенного в мою сторону многообещающего взгляда.

Ничего, ничего, пусть позлятся, иногда это полезно – мозги прочищает.

Я сделала несколько вдохов и выдохов, стараясь выйти из режима злобной стервы, потом посмотрела на тумбочку и чуть не стукнула себя ладонью по лбу. Про пуфик для туалетного столика я забыла! Он один теперь сиротливо лежит под пассажирским сидением.

– Вот черт! – прошипела я и все же решила внести сначала эту мебель. Вряд ли ее украдут, конечно, но зеркало могут задеть и случайно разбить.

Его внести оказалась не проблема, с тумбой было хуже – она очень тяжелая. Но все же я справилась, про себя думая о том, что умертвием надо было делать кого-то побольше, например, собаку. Тогда можно было бы вещи погрузить на нее, а на ласку, даже слегка увеличенную, они точно не поместятся.

Но вообще Лиска хорошая, конечно, я ее ни на кого не променяю.

Сбегав в последний раз за пуфиком, который не был тяжелым или большим, я приняла душ и переоделась. Решив попить чаю после столь напряженной работы. Еще ведь предстояло все разобрать, облагородить жилище, но это можно было сделать и не за один день. Тем более что завтра у меня от всех этих тасканий и забегов по лестнице точно все будет болеть, уже руки подрагивают от усталости.

Но насладиться в полной мере чаем с пирожками мне не дали. Дверь открылась и вошла наша третья жиличка.

М-да… Это будет интересно…

Глава 5

Сегодня был первый учебный день и, надо сказать, что я готовилась к нему как к бою. Декан меня предупредил, что никаких общих сборов или чего-то такого на площади перед учебными корпусами, как было у нас в школе, например, тут не будет. Видимо, по причине отсутствия этой самой площади – местность-то холмистая, а единственная относительно ровная и большая площадка была у мужского общежития и ее полностью занимали мобили студентов.

Однако, каждый из деканов собирал своих первокурсников по очереди в единственном большом лекционном кабинете. Это нужно было для того, чтобы рассказать о правилах Академии, познакомить с преподавателями и прочесть нам лекцию о хорошем поведении. Напутствие дать, короче, перед началом занятий.

У меня вот, например, была эта лекция вторым уроком, но в первую пару нам тоже филонить не дали и поставили магическую философию. Насколько я знала, тут мы не будем изучать трактаты древних философов-некромантов – еще не хватало! Это скорее про правила поведения и этику хорошего, законопослушного некроманта, который кушать не может, пока не поможет всем окружающим. Я понимала необходимость подобных правил, но с трудом верила, что большинство будет их придерживаться, потому что маги, даже не обладатели каких-то запрещенных или специфических опасных даров, те еще кадры.

У Алины вводная лекция была вообще третьей, а вот у темных, к коим относилась наша новая соседка, она наоборот была первым уроком.