Неверный муж. Я тебя (не) прощу - Мария Шарикова

— Любовь — это страдания, Рейчел, — наконец произнёс Дерек, нарушив затянувшееся молчание, — это зависимость. Ты не принадлежишь себе, ты принадлежишь другому человеку, и даже его неприязненный взгляд может ввергнуть тебя в пучину страдания, — он отвернулся, ища шейный платок, — поэтому никогда не говори о том, чего не знаешь. И не ожидай, что я скажу тебе эти слова. Просто потому, что я не испытываю к тебе таких чувств, — он резко посмотрел на неё, и она увидела каким безумием горят его синие глаза, — и не хочу их испытывать ни к кому. И тебе этого не желаю!

Глава 9

Если тянуть до бесконечности, откладывать на будущее то, что все равно неизбежно, можно сойти с ума. Так думал Дерек неделю спустя, подавая руку молодой жене, чтобы помочь ей выбраться из кареты около своего Лондонского дома.

Рейчел была в прекрасном настроении, несмотря на то, что после того памятного разговора в охотничьем домики их отношения были по-прежнему натянуты. Но сейчас ей всё нравилось, и она даже ахнула, увидев его особняк, от чего он неожиданно немного загордился. Дом строил отец, и он считал, что отец проявил тонкий вкус, чему способствовал стиль ампир, сдержанный и спокойный, под стать серому мрамору.

— Боже, Дерек, я и не думала, что буду жить в таком прекрасном доме! Это похоже на сказку! — Рейчел выпорхнула из кареты и тут же начала привычно вертеть головой. Маркиз усмехнулся. Сказку? Это похоже на страшную сказку. Всё, что происходит с момента смерти Шарлотты, похоже на страшную сказку. И даже смотреть на Рейчел рядом с этим домом было страшно. Было что-то мистическое в её присутствии тут, мистическое и очень неуместное.

— Я представлю тебя своим родственникам, — произнёс Дэр, стараясь говорить спокойно.

Если сначала он боялся реакции родственников, то сейчас испытывал к ней какой-то научный интерес. Он ещё вчера послал записку, извещающую их о своём приезде. Рейчел посмотрела на него, наконец-то оторвав глаза от дома и перестав пересчитывать окна, и он подал ей руку. Ему хотелось попросить её надеть капюшон, но он промолчал. Дворецкий выскочил на крыльцо, тут же замер, побледнев и раскрыв рот, будто увидел призрак. Рейчел удивленно смотрела на пожилого человека, вдруг лишившегося дара речи.

— Объявите о нашем прибытии, Смит, — маркиз криво усмехнулся, а дворецкий закашлялся и бросился куда-то в дом, впервые в жизнь проявив невоспитанность. Дерек вошел в холл, помог Рейчел скинуть плащ, так как лакей, казалось, готов лишиться чувств.

— Я уверен, что, несмотря на поздний час, родственники ждут нас в гостиной, — предложил Дэр, — давай сначала поприветствуем их, а потом отправимся отдыхать.

Рейчел кивнула.

— У тебя странные слуги, — удивлённо отметила она, и маркиз постарался сдержать смех.

Ситуация начинала ему нравиться. Он прошел вместе с женой через холл, поднялся на три ступени, отделявшие гостиную от холла, и сам раскрыл дверь. На слуг рассчитывать не приходилось, хотя все они незримо присутствовали где-то тут, в доме, и смотрели на них.

Он пропустил Рейчел первой, а потом вошёл сам. И уже входя, услышал, как что-то упало. Или кто-то. Затворив дверь, он повернулся к присутствующим и наслаждался немой сценой. Все, как по команде, поднялись со своих мест и побелели. А леди Амалия, его бывшая тёща и мать Шарлотты, которая жила в его доме под предлогом присмотра за внучками, лежала на полу без сознания, и никто не обратил на это внимания. Его сестра Маргарит и её муж, лорд Хилкров, его средний брат Эрон с женой, все молча стояли, уставившись на Райчел. А потом раздался топот детских ног, и в комнату ворвались три милых создания в белых платьях. Анна, Леони, Софи, маркиз смотрел на них, а они будто и не замечали его.

— Мама! — закричала старшая, Анна, бросаясь к Рейчел и обхватывая её рученками, — няня сказала, что ты вернулась, а мы не верили! Мама!

И она заплакала, и следом за ней его жену облепили две другие девочки. Дерек плотно сжал губы, с трудом сдерживая готовые вырваться проклятия. Рейчел переводила глаза с одного взрослого на другого, а потом опустилась на колени и обняла детей.

— Да, так и есть, я — ваша мама, — не пряча искренней улыбки, сказала она, — и я рада, что у меня такие красивые и добрые дочки.

Маркиза не понимала, что происходит. Взгляды всех присутствующих были обращены прямо на неё, вызывая недоумение. Три хрупких тельца продолжали прижиматься с ней, и Рей захотелось обрушить на спокойно наблюдающего за всем этим безумием супруга множество вопросов. И самый главный из них: Почему он молчал о дочерях!?

— Дерек, я…

— Дорогая, проводи девочек в детскую, а позже мы поговорим, — с нажимом произнёс Дерек, сверкнув синими глазами. — Анна, Софи и Леони очень рады тебя видеть!

Не видя смысла спорить в присутствии совсем незнакомых людей, Рейчел поднялась и позволила девочкам увести себя, последовав за ожидающей их няней.

— Леди Шарлотта, ваше появление самое настоящее чудо! — не переставала причитать няня, едва они переуступили порог детской. — Мы видели ваш гроб… Как случилось, что вы вернулись?

Рей была настолько ошеломлена, что не сразу поняла слова пожилой женщины, но когда их смысл стал медленно доходить до неё, она нервно сжала ладони, стараясь сдержать охватившую её панику.

Шарлотта? Рейчел уже не первый раз слышит это имя, и теперь наконец-то становилось немного ясно, с чем это связано. Однако времени на то, чтобы как следует обдумать эту мысль, у Рей не было. На неё с огромной радостью и удивлением взирали три пары глаз, и маркиза поняла, что позже разберётся с мужем, а пока она нужна трём маленьким красавицам, которые очень скучают по матери. Маркиза решила, что непременно станет ею для них, как бы дурно и некрасиво не поступил с ней Дерек!

— Мама, мы так скучали! — потянув её за руку, сказала самая старшая девочка, на вид которой было около десяти лет. Похожая на отца, она отличалась от младших сестёр тёмными волосами и ярко-синими глазами. А вот младшие… Рейчел не понимала, в чём дело, но они были очень похожи на неё, и лишь зелёные глаза не делали их её точными копиями.

— Софи совсем не помнит тебя, но мы часто показывали ей твой портрет!

— Ты ведь никогда больше нас не оставишь? — спросила вторая девочка, и Рей, с трудом державшаяся на ногах, присела на корточки и снова обняла сестёр.

— Я всегда