Отданная черному дракону - Оксана Рассветная

— Слушаюсь, владыка.

— А я останусь тут на диванчике. Принесите мне что-нибудь перекусить и воды. Герцог распустил слуг.

— Простите, — пищит девичий голосок. — Я, Бетти, личная горничная Ее Светлости. Я осталась.

— Горничная? Хорошо, переодень свою госпожу! Кстати, а почему ты не покинула дом, как приказал господин? — впиваюсь взглядом в Бетти.

— Ваше Величество, но госпожа Кассандра, она… Я не могу оставить ее… — разрыдалась служанка. Похоже, она действительно полюбила свою госпожу и предана ей.

— Хорошо, делай что нужно! — отхожу в другой конец спальни и отворачиваюсь к окну.

Снимаю камзол, все украшения и готовлюсь к долгой ночи! О Великая! Дай нам всем сил пережить эту ночь! Как бы я хотел, чтобы лекарь ошибся…

Шустрая горничная перестала реветь и споро закопошилась за моей спиной. Только редкие всхлипы и шуршание одежды доносились до меня.

— Всё готово, Ваше Величество! — едва слышно прошептала Бетти.

— Ты можешь идти… — бросаю я.

Оборачиваюсь, смотрю, как тяжело дышит Кассандра, и в душе поселяется горечь. Теперь, за закрытой дверью, можно снять маску.

18

Шейн.

Когда я вернулся во дворец, конечно, бала как такового не было. Все гости собрались в разные кучки и обсуждали то, что произошло. Стражи владыки опрашивали всех, но ничего толком не узнали.

Едва я вошел в залу, как сначала установилась тишина, а после кто-то стал интересоваться, что с моей женой, кто-то спрашивал когда их отпустят, их жены и дочери устали.

Стражи отчитываются, что никто ничего необычного не видел. Я попросил лишь собрать полный список гостей и провести меня к обслуживающему персоналу. Я хотел найти того самого лакея, который подал нам вино. Но его среди них не было. Я попробовал описать его, и выяснилось лишь то, что его вспомнили несколько человек, но кто такой — не знают. Видели его впервые, но еще до того, как Его Величество стал танцевать с юной герцогиней, то есть с моей женой, он ушел. Получается, что как только он убедился, что бокал попал в нужные руки, он исчез. Вспоминаю теперь, что я не сам брал бокал с разноса, мне его в руки дал сам убийца! А я собственноручно передал яд Кассандре!

Расслабился, потерял хватку!

Допросив весь персонал от дворника до главного камердинера и экономки, я так ничего и не узнал. Никто ничего не заметил и не услышал. Показания разнятся и путаются, словно кто-то покопался в головах людей и стер куски воспоминаний. Бледные слуги в страхе жались к стене, кое-кто и вовсе оседал со стоном на пол.

— В-ваше Сиятельство! — бледнея от страха, ко мне подошел глава королевской стражи, на его голове с залысинами проступили многочисленные капельки пота. — Нужно отпустить гостей… Там все дамы в обмороке… — запинаясь, проговорил он.

Подавив желание зарычать, сжимаю челюсти и молча киваю.

Заставляю себя сосредоточиться на расследовании и гоню мысли о ней… О Кассандре! Иначе меня накрывает и затягивает в пучину боли и сожаления. Нет! Не могу! Никогда не прощу себя за то, что втянул ее в это, за то, что не уберег.

***

Поиски преступника по горячим следам не увенчались успехом. Стоит пригласить менталиста, чтобы он определил, было ли воздействие. Но если выяснится, что оно было, это только еще больше все запутает и не приведет к результату.

Я что-то упускаю, только не могу понять что.

Внезапно дергается артефакт связи. Талгар… Сердце сжимает от страшного предчувствия.

Сжав артефакт в руке активирую его.

— Шейн… Ты должен срочно вернуться! — голос владыки печален.

Вместо ответа мгновенно активирую портал. Этот миг, которого я так боялся настал.

19

Талгар. Несколько часов назад

Ночь выдалась беспокойная. Как обещал брату, я провел эту ночь, охраняя покой его жены.

Кассандра металась в постели, не приходя в сознание, время от времени ее тело выгибало дугой и било мелкой дрожью, на лбу испарина. Лекарь менял прохладные компрессы на голове несчастной девочки, чтобы хоть немного облегчить ее страдания. Больше мы ничем помочь не могли.

О, Великая, пусть ее уход будет хотя бы безболезненным!

Шейн еще не возвращался, признаться, я был этому рад. Не хочу, чтобы он стал свидетелем агонии своей жены. Я впервые по-настоящему боюсь за его рассудок. Слишком сильно его накрыло, слишком высокую цену ему пришлось заплатить. Он влюбился в Кассандру! Хотя сам этого так до конца и не осознал. И его дракон принял девчонку как пару своего человека, поэтому ему так больно.

Это жестоко, ведь им не дали шанса даже осознать свои чувства, вкусить настоящей любви.

— Отправляйся поспи немного, я побуду с ней, — отпускаю я придворного лекаря, которому пришлось всю ночь провести здесь и, должно быть, валится с ног от усталости. Особенно учитывая, что он человек, а значит его ресурсы исчерпываются быстрее.

— Спасибо, Ваше Величество! Здесь зелье, оно немного облегчит лихорадку… Большего я сделать не могу… — опускает голову Тризар. Он много лет служит королевской семье и многое повидал на своем веку, оставаясь верным короне. Я доверяю ему.

— Хорошо, я дам Кассандре зелье, — ставлю бутылек на тумбу. 

Мне и самому бы не помешало укрепляющее зелье… Ночью поспать удалось совсем немного.

— Сколько времени осталось у Кассандры? — мой вопрос застает Тризара у порога. Он медленно поворачивается и поднимает на меня красные от бессонной ночи глаза.

— Думаю, Ваше Величество, этот день госпожа не переживет… Ее силы исчерпаны, она устала сражаться. Чудо, что девочка пережила эту ночь. Я видел, как яд арахны убивал крепких воинов за несколько часов… — лекарь медленно выходит из спальни и прикрывает за собой дверь.

Еще дышит, еще жива…

Опускаюсь в кресло возле кровати Кассандры, смотрю на ее бледное лицо, а перед глазами совершенно другая, давно я не вспоминал о ней…

На миг прикрываю глаза, сквозь сон улавливаю тихий звук переливающейся жидкости. Выныриваю из сна и на инстинктах перехватываю