Бархатные цепи - Фэй Пирс

— Я знаю, как я мог забыть? Но какое это имеет отношение к ситуации?

— Раз уж я должен тебе всё разжёвывать, — я закатил глаза, — то наличие отношений показывает, что ты стабильный и надёжный кандидат. Это повысит твои шансы на победу, так что это очень хорошо.

Я задумался над его словами. Он был прав, для выборов было бы лучше, если бы я выглядел ответственным и собранным. Это действительно повысило бы мои шансы на победу.

— Теперь я понял, что ты имеешь в виду.

— Да, так что поздравляю.

— Спасибо, наверное. — Элия говорил разумные вещи, всё вставало на свои места, и не понимал, почему не подумал об этом раньше.

Это было действительно хорошо.

В моей голове крутились шестерёнки, мысли бежали со скоростью мили в минуту. То, что поначалу казалось катастрофой, теперь стало неожиданным преимуществом. С Изабель на моей стороне я увеличил свои шансы на победу в выборах.

— Я буду с нетерпением ждать твоей победы на выборах.

— Я тоже буду ждать своей победы.

Я знал, что буду делать сейчас, я должен был воспользоваться ситуацией. Мне дали лимоны, и я намеревался их использовать. Я закончил разговор с новой решимостью. Теперь я понимал необходимость держать Изабель рядом. Я понял, что она должна быть здесь не только для вида, но и для того, чтобы обеспечить мне успех на предстоящих выборах в «Купол».

Я повернулся к Изабель, которая всё ещё лежала на кровати, выглядя совершенно измотанной. Прежде чем она смогла заговорить, заговорил я.

Я увидел, как выражение её лица почти мгновенно сменилось с растерянного на гневное и вызывающее.

— Планы меняются, — сказал я, скрестив руки на груди, — ты никуда не уйдёшь.

Теперь она стояла на коленях, крепко прижимая простыни к груди. Её брови были нахмурены, а губы плотно сжаты.

Я не мог не восхищаться ею, даже несмотря на то, что она была раздражена. Она выглядела такой очаровательной, когда была расстроена: её кудряшки спутались и спадали на плечи, а лицо покраснело от гнева. Она сверлила меня взглядом, но мне было всё равно… она сделает то, что я сказал.

— Ты не можешь держать меня здесь против моей воли. Я разрешила тебе пойти со мной на свадьбу, как мы и договаривались. Теперь я хочу вернуться домой! — Она ударила кулаком по кровати, пытаясь закатить истерику. Я медленно подошёл ближе, и хотел выглядеть как можно более устрашающе, но не хотел слишком сильно её пугать.

Я встал перед ней, возвышаясь над ней, и несколько секунд смотрел на неё, ничего не говоря. Она не отводила взгляд, а мало кто мог выдержать мой взгляд, но она продолжала меня удивлять.

Когда я понял, что она не собирается сдаваться, я заговорил.

— Я могу и сделаю это. Ради нас обоих. Внимание СМИ может быть полезным, но оно также делает ситуацию более опасной. Ты останешься со мной, пока всё не разрешится.

Изабель открыла рот, чтобы возразить, но я поднял руку, останавливая её. Я знал, что она попытается возразить, и не собирался ей этого позволять. Она должна была понять всю серьёзность ситуации.

Дело было не только в ней и не только в выборах. У меня были враги, и теперь, когда её лицо было у всех на виду, она была в опасности. Я знал, что рано или поздно они придут за ней.

Она не могла уйти, особенно сейчас. Там было небезопасно. Здесь, со мной, она была бы в большей безопасности. Но я чувствовал, что, даже если я объясню ей это, она всё равно будет спорить. Не было смысла объяснять ей, она бы всё равно не поняла бы.

— Дело не только в тебе. Если ты уйдёшь, то подвергнешь риску нас обоих. Нам нужно выступить единым фронтом. Мы должны держаться вместе, сейчас как никогда. — Мне нужно было, чтобы она поняла меня, поняла, почему ей опасно находиться вдали от меня. Я хотел уберечь её, хотя мне и нравилось, что она рядом.

Она продолжала смотреть мне в глаза, как всегда дерзкая и не желающая отступать. Напряжение в комнате было таким сильным, что я его чувствовал. Оно было осязаемым. Мне казалось, что если я протяну руку, то смогу до него дотронуться. Когда я смотрел ей в глаза, мне казалось, что я чувствую все её эмоции. Это было сочетание разочарования, страха, гнева и неоспоримого влечения.

Независимо от того, что она чувствовала, она всё равно собиралась делать то, что я хотел, и это было всё, что меня волновало. Она долго молчала, прежде чем наконец заговорила.

— Я тебя ненавижу, — сказала она, не отводя взгляда. Я смотрел ей в глаза и видел, что она говорит не всерьёз.

— Понятно, — промычал я в знак согласия, и на моём лице появилась довольная улыбка. В этот момент я вспомнил прошлую ночь и то, как она прижималась ко мне. Размышляя об этом, я почувствовал, как мой член слегка возбудился. Я никогда не хотел женщину так сильно, как хотел её. Это было постоянное желание, я хотел её каждый раз, когда видел. — Прошлой ночью я мог бы и повестись, но сейчас… — наконец сказал я, всё ещё улыбаясь.

Изабель тут же замахнулась, чтобы дать мне пощёчину, но я остановил её, схватив за запястье до того, как её рука коснулась моего лица. Мои рефлексы уже не раз спасали меня, и этот раз не стал исключением.

Я улыбнулся ещё шире. Чёрт, я люблю женщин, которые умеют драться. Она бы не победила, но попытка была милой. Меня всегда заводили упрямые женщины. Я действительно считал себя укротителем непосед и знал, что с ней мне будет весело.

— Тигрица, — сказал я, притягивая её к себе. Она была так близко, что я чувствовал её запах, так близко, что, если бы я чуть наклонился, то мог бы почувствовать её вкус.

Теперь я мог видеть её лицо во всех подробностях. Она затаила дыхание и смотрела на меня, гадая, что я сделаю дальше. Я хотел сделать с ней так много всего, но понимал, что сейчас на это нет времени.

— Одевайся, Изабель.

ГЛАВА 7

ИЗАБЕЛЬ

Дом был настоящим мини-раем. Если бы не ситуация, в которой я оказалась, я бы с удовольствием осталась здесь. Было немного грустно, что я не могла оценить его по достоинству из-за сложившихся обстоятельств.

Сейчас я сидела за обеденным столом напротив Винченцо в самой