Меркурий снова ретроградный - Лана Сергеева

— О, а вот и моя бывшая жёнушка. Ну что, Ника, у тебя ещё есть шанс выйти сухой из воды.

— Не понимаю, о чём ты.

— Не понимаешь? Так я тебе сейчас объясню! Вы со своим новым хахалем нанесли мне серьёзные увечья. Всё это задокументировано, и я собираюсь засудить вас. Но если ты будешь вести себя благоразумно и уговоришь Меркулова пойти на мировую и выплатить мне компенсацию, я так и быть замну это дело.

Так вот почему Пронин пропал с горизонта: готовился вымогать деньги за свою спущенную с лестницы задницу.

— Что, молчишь? Ты же понимаешь, что после того как ты лишила меня всего, я просто не мог оставить это дело безнаказанным?

— Вася, что-то ты выглядишь слишком бодро для пострадавшего. И мне очень интересно, чего такого я тебя лишила? Все твои вещи я тебе отдала в тот же день, как только узнала, что наша семья для тебя больше ничего не значит! А твою машину мы поделим как совместно нажитое имущество.

— Стерва! Ты лишила меня жилья, разрушила карьеру, а я, между прочим, потратил на тебя три года жизни!

— Ты ничего не перепутал? Жил на всём готовом, в моей квартире, изменял мне с этой дамочкой и теперь смеешь мне предъявлять что-то? Ты так и остался бы младшим менеджером магазина запчастей, если бы я тебе тогда не помогла!

Его дама сердца, до этого молчавшая, вдруг влезла в наш разговор и начала защищать Пронина.

— Да как ты смеешь, дрянь такая, моего мужчину обижать! Ты просто завидуешь, что он выбрал меня и хочет с тобой развестись!

— Да ради бога! Ему нужна новая мамочка, которая будет с ним нянькаться!

— Как тебе не стыдно, он пришёл ко мне весь в синяках и с разбитой коленкой. Ещё неизвестно, что бы было, если бы я не была медицинским работником! Могло случиться заражение!

— Какой кошмар, Васенька поцарапал коленку, это ужасно.

— Ты, Вероника, можешь ёрничать сколько угодно! Это мой адвокат, и твоему любовнику придётся оплатить мне огромный моральный ущерб, чтобы не оказаться в тюрьме.

Вся эта делегация развернулась и направилась к главному офису.

Вера подошла ко мне в ожидании комментариев.

— И что это было? Ты мне ничего не хочешь рассказать?

— Вера, я не знаю, что мне делать. В тот день он пришёл ко мне и пытался заставить меня «простить» его и забыть инцидент. Очень больно схватил за руку, и я упала. Дима был в этот момент у меня, не выдержал и спустил его с лестницы. Он что, действительно собрался требовать с Димы деньги за то, в чём сам виноват?

— Заставить простить — это сильно. Не переживай, Никуся. Я всё засняла. Но мне кажется, что тут что-то не то. Вызывай-ка ты полицию. И пошли послушаем, что будет трындеть его адвокат.

— Вера, ты должна мне помочь. У Димы есть доказательства, что Пронин замешан в финансовых махинациях. Этому гаду нечего терять.

— Так чего же вы молчали? Надо было сразу сажать этого террорюгу!

— Дима только вчера вычислил его сообщника, и мы хотели всё это решить после праздника, чтобы не поднимать шумиху.

— Ничего страшного пока не произошло. Пошли, Ника, нельзя терять ни минуты. Я чувствую, что в этой истории что-то не так. Но пока не поняла, что именно. Надо ославить этого кота драного на весь город! Катя случайно не говорила, звёзды сегодня на нашей стороне?

— Вера, а мы не сделаем ещё хуже? Да и тебе потом могут предъявить за всё это! Скажут, что ты оклеветала честного человека.

— Милая моя, мой девиз — «слабоумие и отвага»! Прикинуться дурочкой, и никто мне ничего предъявить не сможет. Мои подписчики такую бучу поднимут, им мало не покажется.

Мы поскакали догонять Васю с его сопровождением.

Дима сидел за своим столом.

Лариса между делом умудрялась строить глазки адвокату, не забывая бросать томные взгляды в сторону моего мужчины.

Пронин расхаживал по кабинету, засунув руки в карманы, и ехидно ухмылялся.

— Ну что, придётся оплатить тебе, Меркулов, мой больничный и моральный ущерб! У меня есть заключение, выданное в ООО «ПрофМед», о полученных мной травмах!

Дима взял из рук адвоката папку с документами, открыл и зачитал вслух:

'На основании проведённого осмотра, анализа и результатов инструментальных исследований установлено:

полученные телесные повреждения (сотрясение мозга, множественные ушибы и ссадины) нанесены одномоментно, что подтверждается их локализацией и давностью возникновения (около суток на момент осмотра);

характер повреждений и их совокупность квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и длительного расстройства здоровья;

нестабильное психическое состояние потерпевшего находится в прямой причинно-следственной связи с полученной травмой и усугубляет общую тяжесть состояния.

Прогноз: требуется длительное амбулаторное наблюдение у невролога и психиатра, курс реабилитационных мероприятий. Ожидаемый срок восстановления — не менее 2–3 месяцев.

Подпись эксперта: /Л. П. Дерябкина/'.

Вера толкнула меня локтём, чтобы привлечь внимание.

— Тебе не кажется, что эксперт и любовница в одном лице — это очень подозрительно? Да и для тяжкого вреда он слишком уж бодро выглядит! Единственное, в чём у меня нет сомнений, так это в его психическом состоянии!

— Вера, ты что, всё это снимаешь? Конечно, не переживай, мы его выведем на чистую воду.

Подруга подкралась к Ларисе и начала задавать ей вопросы.

— Простите, а вы правда работаете в этом медицинском центре? Я наслышана о нём, там такие шикарные специалисты. У меня есть некоторые проблемы со здоровьем, но я всё никак не могу туда записаться, такая огромная очередь.

— Да, наш центр очень популярен. А что у вас за проблема?

— Мне так неудобно об этом говорить, но меня преследуют панические атаки. Вы не могли бы мне помочь? А я сделаю рекламу вашей клиники в своём блоге!

— Ну хорошо, я как раз работаю в смотровом кабинете при регистратуре и могу выписать вам направление. Вы сможете на основании его попасть к самому лучшему нашему специалисту. А за вашу рекламу, я думаю, начальство мне выпишет хорошую премию.

Дверь распахнулась, и в кабинет ввалился наряд полиции.

Вера сияла от счастья.

Материал для блога обещал быть бомбезным.

Она отошла от Ларисы и встала возле Димы, всё ещё держащего в руках Васины медицинские справки.