Влюбиться в твою улыбку. Книга 3 - Цин Мэй

Тун Яо, передав Пухляшу сумку для периферии, направилась в зону интервью и увидела, что внизу столпились не только фанаты, но и журналисты. Ведущий протянул ей микрофон. Когда он произнес дежурные вступительные слова, Тун Яо, по обыкновению, приветствовала аудиторию. Затем ведущий сразу же взял быка за рога:

– Как ты? Разозлило ли, что в сегодняшнем матче тебя так бессмысленно таргетили?

– Да, немного. В самом начале. Потом уже нет. Мы выиграли матч – это главное, а кто его затащил – не так важно. В сильной команде каждый должен уметь тащить, когда приходит его очередь. И здорово, что такая возможность появляется на любой позиции.

– Хочешь что-нибудь сказать насчет сегодняшнего матча?

Возникла пауза. Вообще-то, Тун Яо многое хотелось сказать, и первыми пришли в голову варианты, начинающиеся со слов «Да это был полный…» и «Они вконец…», но ясные глаза ведущего подсказывали, что мат – это совсем не то, чего ждут от нее в качестве ответа.

И девушке ничего не оставалось, кроме как мило улыбнуться:

– Ледяная Богиня у брата Чэна – это просто жесть какая-то. Ребята, в следующий раз обязательно баньте!

Зрители покатились со смеху. Лу Сычэн, который в этот момент стоял у компьютера мидера, держа в руках сумку с надписью «Smiling» и складывая туда клавиатуру с мышкой, на мгновение замер и, подняв голову, глянул в ту сторону, где проходило интервью. Он от нее такого ответа явно не ожидал, но все остальные не увидели ничего странного, ведь всем было известно, что мидер ZGDX – «фанатка Чессмена».

– Смайлинг, – спросил ведущий, – а как ты считаешь, та экстремальная тактика, которую применили против тебя… Была ли она эффективной? Хотя бы в самом начале?

Тун Яо, хмыкнув, уверенно ответила:

– Я думаю, что, когда на двух других линиях силы как минимум равны, а то и перевешивают в нашу пользу, фокусироваться на мне – дело бессмысленное. Мои тиммейты – далеко не травоядные. У ZGDX нет одного «ключевого» лейна, у нас они все ключевые, и любой может затащить в поздней стадии игры.

– А ты одобряешь такое поведение в игре?

– Что ж у тебя за вопросы-то сегодня такие пугающие? Кто его знает, о чем он думал… Считаю, что если уж ты ключевой игрок своей команды, то нужно ответственно вести себя по отношению к своим тиммейтам. Это же база!

– Ходят слухи, – сказал ведущий, – что это связано с некой историей про свидание Сюй Тайлуня с фанаткой. Якобы из-за некоторых твоих слов во время стрима многие решили, что это правда. Как думаешь, тут есть связь?

– Слушай, я не знаю, что я такого сказала. Но если бы изначально никакой проблемы не было, то никакие люди и никакие слова не смогли бы раскачать ситуацию, я так считаю. Уверена, что и Сюй Тайлунь это прекрасно понимает…

Тун Яо скользнула взглядом по журналистам, находившимся среди публики. Глядя, как они лихорадочно записывают, девушка замялась. Прикусив губу, она нахмурилась и задумалась, не прозвучало ли это слишком недвусмысленно и не навлечет ли на нее новые неприятности. Тун Яо хотела что-то добавить, но в этот момент Лу Сычэн, подхватив обе их сумки, зашагал к зоне интервью. Фанаты заволновались, да и сама девушка посмотрела с недоумением.

– Ты чего пришел? – шепнула она капитану, вставшему у нее за спиной как храмовый страж.

– Дай микрофон.

С этими словами Лу Сычэн резко выхватил у нее микрофон и обвел взглядом репортеров внизу. Всего один взгляд – а многие из них перестали записывать, подняли головы и уставились на него.

– Сегодня Смайлинг всего лишь отвечала на ваши вопросы. И я искренне надеюсь, что вы передадите ее слова как есть. Чтобы, когда она выйдет за эту дверь, не оказалось, что весь смысл ее слов перевернут с ног на голову. Я понимаю, что вам нужен хайп, нужны кликбейтные[10] заголовки, но сейчас дело касается репутации одного игрока. Подумайте хорошенько, что писать и как писать.

Голос у Лу Сычэна был спокойным и сдержанным, но весь его вид словно намекал на то, что капитан ZGDX не шутит.

★ ★ ★

Всю дорогу до парковки Тун Яо молчала. Забравшись в автобус, она забилась в дальний угол и сидела, съежившись, пока на соседнее сиденье не опустился кто-то большой. Девушка на секунду застыла, затем подняла голову и встретилась взглядом с темными карими глазами.

– Хочешь мне что-то сказать? – спросил Лу Сычэн.

Тун Яо покачала головой. Капитан не ушел. Тогда Тун Яо кивнула:

– Я хочу знать… я снова ошиблась? Сказала двусмысленную фразу, позволила журналистам самим додумать? Может, опять пойдет волна сплетен о Сюй Тайлуне… Ведь я же могла промолчать, вообще ничего не говорить…

Лу Сычэн помолчал, прежде чем что-то сказать.

– Почему ты об этом думаешь? Я ведь уже говорил тебе. В этой индустрии порой невозможно быть самим собой и поступать по своему усмотрению. Тебе нужно научиться уступать. И все же никто не требует, чтобы ты сломала себя и срезала все свои острые углы.

– ?

– Неужели тебе, при твоем-то выдающемся интеллекте, надо еще проще разжевать?

– Надо.

– Да блин… Это же не ты фанаток трахаешь. Ну так ты-то какого хрена за что-то извиняешься? – Тон Лу Сычэна сменился на язвительный. – Ты же все правильно сказала: если бы изначально проблемы не было, сплетен бы не возникло.

– Оу…

– Так что не знаю, насчет чего ты паришься.

– А ничего, что он мне так дико отомстил?

– И толку? Только сам подставился и катку слил. Тебе что? Выиграли на халяву. Считай, как в отпуск сходили. Плохо, что ли?

– Вот тебя бы так разнесли на боте, ты бы еще не то запел.

– Не факт.

– В смысле?

– Может, я, как человек пожилой, больше всех предвкушаю момент, когда смогу расслабиться, а ты все сделаешь сама?

Тун Яо секунд пять пыталась осмыслить значение этой фразы, а на шестой буркнула: «Опять какие-то двусмысленности несешь…» – и, вся пунцовая, опустила голову. Когда капитан встал и пересел на свое обычное место сзади, она достала телефон и отправила пост в «Вейбо»:

Безалаберная smiling

Берегитесь сладких слов. Кто лезет кур с Новым годом поздравить, тот точно хорек[11].

Буквально через секунду кто-то ответил:

С любовью в сердце:

@ZGDX_LuSicheng, смотри, про тебя тут гадости говорят.

Глава 7

Тут спинку ее сиденья сильно пнули. Тун Яо возмущенно обернулась:

– Эй, ты чего?