Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад... - Тамара Шатохина

что тут думать – Вадя и Ева. Душу грело уже то, что я знала - все там в порядке. Ева ходит девочкой, животик широкий и основательный, все показатели в норме. Я видела снимки, где уже просматривался настоящий человечек и знала, что все у них будет хорошо, потому что Славик любит жену. Мой зять очень большой и чуть полноватый, добрый, как плюшевый мишка, но и рыкнуть может, как медведь, хотя никогда не сделает этого без причины. Евка в хороших и надежных руках.

Немного тревожно было за Вадима. Я помогала ему деньгами. Он не просил, но я все равно кидала на карточку. Потому что жизнь в столице дорогая, первый год трудный, а совмещать полноценную учебу и подработку нереально сложно. Получится в ущерб знаниям, а то и здоровью. Да, он чувствует себя взрослым и ужасно самостоятельным. Вырвался из-под опеки и готов был тянуть любые лишения и трудности. Но я нашла слова и убедила сына в том, что первый год точно буду участвовать и это нормально, а там… а дальше посмотрим.

Теперь ему поможет Славик. В первый, самый сложный год он не оставит его и это совершенно точно. Как-то я объясняла ему, что шлю Вадиму деньги не на гулянки, а чтобы нормально питался и жил в приемлемых условиях. Мужик он? Потерпел бы? А зачем, если мать этой помощью себя не обделяет и вполне платежеспособна? Вот будут у тебя свои… Он тогда согласился со мной.

Так что я спокойна, у меня все хорошо. Главное - дети в порядке, маму тоже не оставят – тот же отец поднимет свой зад, просто вынужден будет.

Меня позвали, отвлекая от мыслей о доме... А и поехали!

Незаметно окинула всех взглядом, подошла с улыбкой - нормальные мужики. Пышные штанишки, правда, у «мужа», как у принца в «Золушке», из-под них вторые в обтяжку - в сапоги. Светлая ткань этих то ли колготок, то ли леггинсов смахивала на грубый трикотаж. А первая вязальная машина была изобретена в середине того же XVI века. Упорно рисовалась дата… Но даже в настолько колоритном одеянии с пристальным своим взглядом и решительным выражением лица наш с Дженни муж выглядел уверенно и солидно, главным его недостатком было другое.

Все остальные лишний раз меня не беспокоили, не злили и не бесили. А я никогда не забывала улыбаться и благодарить. Вначале они то ли озадаченно, то ли с любопытством приглядывались. Судя по подслушанным мною словам, по сравнению с Джейн я осмелела и даже "смотрела". Знать бы ее хоть немного - постаралась бы соответствовать и поведением своим и даже взглядом, все женщины немного актрисы. Но теперь уж как есть...

Но даже в недоумении своем мужики меня не сторонились, пытаясь угодить в малом, да еще будто в очередь… и тоже улыбались, даже шутили, похоже. Если бы я еще понимала! Юмор дело такое… часто местечковое. Со злым у меня был полный порядок и взаимопонимание, особенно в последнее время. С безобидным сложнее - английский всегда был для меня слишком тонок, а чисто мужской слегка шокировал. Когда-то Ваня смотрел первую серию «ДМБ» и даже не раз. А меня коротило... Потом, когда мужа не стало, фильм этот я пересмотрела и тоже не единожды. И что-то в этом, конечно, было – невозмутимая подача и абсолютная свобода говорить о вещах как бы и не совсем приличных. Чисто мужской юмор, как называл его муж, я оценила со временем, иногда даже цитировала про себя, примеряя к обстоятельствам.

- На конь! – раздался сбоку нервный рык.

Он просто так разговаривает – испуганно дернувшись, поняла я вдруг. Или не может, или не умеет иначе. То ли авторитет свой таким образом поддерживает, то ли в постоянном страхе держать народ привычно пытается. Но подчиняются ему без вопросов. Значит, тактика запугивания исправно работает. Я тоже ею иногда пользовалась, но главный моим коньком была ирония. Иногда злая. Что стервой меня звали, знаю точно, а может и чего хуже. Но слушались.

Здесь я старалась даже не смотреть лишний раз... на сэра Ризли - никак не отпускало внутреннее напряжение, я побаивалась этого человека хотя бы потому, что по факту находилась сейчас в его власти. Была бы уверена, что сумею вовремя прогнуться, поддакнуть, промолчать - другое дело. Но уверена я в этом не была, потому что хорошо себя знала. Так что доедем... куда-то туда и, по возможности, стану обходить "мужа" по широкой дуге - от греха и его рыка подальше.

А пока пускай себе рычит болезный, лишь бы рук не распускал.

Уже на коне он свободно так положил руку мне на бедро и придвинул еще ближе к себе. И вот тут вдруг стало понятно, что рядом со мной мужчина в полной боевой готовности. Все мои ощущения, казалось, панически сосредоточились в бедре, прижатом к бугру в его штанах. Нет... логично, что мужики и здесь функционируют согласно законам физиологии. Вот только выглядел он при этом… наверное, просто нужно привыкать к мысли, что все происходит на самом деле, а одежда не делает человека. И паниковать тоже не стоило - прямо сейчас никто меня и ни к чему склонять не станет, но вот по приезду… А там есть Аннет Бигли – вспомнилось с радостным облегчением. Но с чего он вдруг возбудился?

Желание увидеть себя в зеркале возрастало пропорционально знакам внимания со стороны нашего мужа. Ондышали жарко сопел мне в ухо, а раньше этого не делал. И воняло от него все сильнее – потел? Я тоже, но от беспокойства.

Пыталась соображать в панике и пришла к тому, что можно бы и дать – тело не мое, привычно потерпит. А еще может случиться так, что согласия моего никто и не спросит. Но мало того, что мысль эта неприятна самой… уже почти привычно я чувствовала страх Дженни. Так может он скрытый маньяк? Садизм дело давнее, даже древнее и на скрижалях истории, как факт, запечатленное - тот же Жиль де Рэ, бесчинствовавший в замке Машикуль.

И тогда причина побега его жены более понятна – начинало потряхивать меня независимо… она тряслась где-то внутри и трясла меня.

«Муж» постепенно прекратил сопеть и ощутимо расслабился. А я чувствовала, как по ложбинке спины сбегает струйка холодного пота. Волосы на голове, по ощущению вставшие дыбом, как будто снова легли на место. Хотя как там…? Зализано же все насмерть… и зудит. От грязи,