Случайная няня для дочки магната - Аня Васнецова

Одурманивающий запах мужчины, близости… Вкус…

Его касания. Скользящие по моему телу руки…

Забываю про сломанную ногу, забываю про окружающее, забываю себя. Тону… И, в то же время, ВОСПАРЯЮ в невиданную ранее высь.

Просыпаюсь от тихого голоска из соседней спальни:

— Мама?

Рывком поднимаю голову и плечи. Воспоминания вчерашнего вечера накатывают волной. Я бы сказала, цунами.

Нет! Я же не могла? Или могла...

Я комнате Демида. На его кровати. Он рядом. Тяжелая рука обнимает меня за бедра. Этот красавец и спящий, выглядит, как Аполлон.

Боженьки… Мы, что, правда…

— Мама? — снова тихое и жалобное из соседней спальни.

Вскакиваю и спешу к малышке.

Блин, я же без одежды! Совсем!

Ну, где же?

Ничего не найти!

А, вот блузка. Ну, хоть так. Прикроет бедра, и ладно.

Наспех одетая вбегаю в комнату к Настеньке.

Та приподнимает голову и приоткрывает щелочки заспанных глазок.

— Ма-а-ам? — обеспокоено спрашивает она.

Тут темно. Да, и не проснулась она, похоже. Зовет близкого человека сквозь сон.

— Тише, малышка, — ложусь рядом, начинаю гладить по головке. — Все хорошо.

Девочка хватает край блузки в кулачок. Сжимает и притягивает к себе.

Бедняжка.

Мам… — утыкается личиком в меня.

Глубоко вздыхаю. И целую малышку в лобик. Робкая улыбка трогает ее губы.

В этот момент меня привлекает звук со стороны входа.

Повернувшись, вижу стоящего в дверях Демида. Он рассматривает меня.

Сглатываю. Краснею.

— Я… — пытаюсь вымолвить хоть слово, пряча взгляд.

Не могу совладать с эмоциями, чувствами и мыслями, что путаются в моей голове.

— Чшш… — прикладывает палец к губам, призывая к тишине.

Подходит и усаживается с другой стороны на кровать перед сопящей дочкой. Тоже целует в лобик. Проводит по голове девочки своей рукой. Касается моей ладони. Наши глаза встречаются, и я тут же вновь отвожу взгляд.

Боюсь даже думать, что будет дальше.

Мне кажется, я мотылек, что так близко полетел к яркому солнышку. Вот-вот обгорят мои крылышки. После чего упаду и разобьюсь.

Демид меня сразу выгонит, или даст переночевать? Зачем ему такая, что вот так легко растаяла в его руках? А может, подумает, я специально его добивалась?

Нет, не сразу. Все-таки о дочке думает. Значит, сначала найдет в срочном порядке няню на замену. Настоящую. И тогда точно выгонит. И работа в его офисе мне, думаю, не светит.

Блин! Ну почему я позволила?

А так! Не могла противиться. Саму тянуло.

Да, разве можно перед ТАКИМ устоять?

Мужчина, продолжая рассматривать дочку, тихо произносит:

— Ей действительно нужна мама.

Вздыхает. И больше ничего не сказав, покидает комнату.

Мысль, что он мог иметь в виду меня, почти тут же отбрасываю, не давая ей укрепить мелькнувшую надежду.

Нет. Я, скорее всего, для него очередная легкомысленная девочка на ночь. Горько и грустно. Такие влиятельные и красивые люди заводят отношения с подобными. Ну, или моделями какими. Ни тем, ни другим я не являюсь.

Оставшуюся ночь не могу уснуть. Так накатывает дрема временами. В последний раз, когда засыпаю, меня будит шевеление в моих волосах.

Настенька лежит с открытыми глазами. Ковыряется пальчиками в моих волосах. Увидев, что я тоже не сплю, произносит жалобно:

— Животик есть хочет.

Это вызывает у меня умильную улыбку.

— Пойдем готовить завтрак, — предлагаю ей. — Поможешь?

— Да, — радостно заявляет она улыбаясь.

И мы поднимаемся с постели.

Оказывается еще раннее утро. Даже за окном еще темновато. Демид пока спит. И я этому рада. Не хочу с ним встречаться. Отчего-то мне стыдно.

Пачка творога, яйцо, мука, сахар, соль и чуточку ванили. Что еще нужно, чтобы двум непоседливым девчонкам измазаться, устроить курс лепки странных и чудаковатых зверей? Правильно. Чтобы им в этом никто не мешал и не отвлекал.

На самом деле, несмотря на устроенное нами форменное безо… хм, веселье, сырники мы налепили быстро. Пусть они и не все правильной округлой формы. Наша «лепнина» уже скворчит на сковородке.

На ароматный запах на костылях уже спускается новая жертва утреннего аппетита.

— Доброе утро… мучные гномики? — осмотрев нас, хмыкает мужчина. — А куда дели мою дочку и ее прекрасную няню? Надеюсь, не их приготовили?

Стараюсь не встречаться взглядом. Снова краснею. Блин. А я так и не переоделась. Хожу в одной блузке, что слегка прикрывает верхнюю половину бедер.

Замечаю заинтересованный взгляд мужчины. Еще больше краснею.

— Папа! — бросается к Демиду Настенька. — Это же я!

Они обнимаются.

— Смотри, какие сырники красивые делаем! — девочка тащит папу за костыль. — Ты такие точно еще не пробовал. Они самые лучшие, красивые и вкусные!

Осмотрев готовящееся блюдо, Демид произносит:

— Почему решила, что вкусные? Вы же их еще не пробовали?

Картинно подозрительно прищуривается.

— Так это же мы готовили! — возмущается Настенька. — А еще они красивые, смотри! А раз так, то вкусные!

Я как раз выключаю плиту. Сырники готовы.

— Ха-ха! Верю, верю, — смотря на надутые губки дочери, соглашается мужчина.

В этот момент у него звонит телефон.

— Слушаю, — отвечает на звонок.

Звук в тишине гостиной оказывается довольно громким. Потому мы с Настенькой слышим каждое слово.

— Здравствуйте. Звоню по оставленной заявке в наше агентство. Я дипломированная няня. Вся моя деятельность лицензирована. Имею несколько дипломированных квалификаций по уходу и обучению с детьми. Можем согласовать график работы. Есть возможность комплексной опеки над ребенком с проживанием у вас дома. Могу выехать к вам прямо сейчас. Адрес ваш есть.

Глава 16

Настя

— Нет! Я не хочу другую няню! Не хочу! — неожиданно выкрикивает малышка, так же слышавшая разговор. Она обхватывает мое пыльное от муки бедро и сильно прижимается. — Я Настю люблю!

Девочка… Я тоже успела за это время к ней привязаться. Мне так приятно слышать эти слова. И, в то же время, как-то неудобно перед Демидом. Хотя, я ничего плохого и не делала.

Но вот, что значит, ребенок… Ему достаточно, чтобы кто-то просто понравился, даже если он познакомится с человеком не так давно, поиграл и провел с ним время. И все. Он скажет, что любит. Причем, будет верить в это. Искренне.

У нас же взрослых все иначе. Очень сложно не то, что признаться, а даже определиться, что же ты чувствуешь.

— Я перезвоню, — Демид сухо отвечает в трубку и сбрасывает вызов.

Очень внимательно смотрит на дочь и меня.

— Папочка, я не хочу другую няню, — продолжая меня обнимать, упрямо повторяет Настенька, жалобно глядя на своего отца.

— Почему? — спокойно и просто спрашивает он свою малышку.

— Она хорошая, — выдает ультимативное девочка.

Хорошая и все. Попробуй после этого, поспорь с ребенком.

— Хм… — то