Общество психов - Кэролайн Пекхам

— Твоя мать, возможно, и считала себя набожной женщиной, но святой она не была, — презрительно усмехнулась Кармен. — После смерти твоего отца она довольно часто приходила к моему отцу просить подачки, используя тот факт, что была матерью его племянника, чтобы выпрашивать деньги и одолжения. Она часто жаловалась на демона в тебе и упоминала о том, что монахини пытаются избавить тебя от него. В моем присутствии она никогда не вдавалась в подробности, но, сопоставив ее слова с тем, что я видела, наблюдая за тобой в церкви, я смогла догадаться. Однажды я даже пыталась уговорить отца забрать тебя, умоляла его вырвать тебя из ее лап, из их лап, из всего этого.

— Правда? — Удивленно спросил я, потому что я прекрасно знал, что ее отец был куда более жестоким, чем мой.

Ее улыбка стала шире, хотя что-то в ее глазах затвердело, превратившись в сталь.

— Он обвинил меня в том, что я твоя шлюха, — ответила она. — И еще наградил меня десятью ударами ремня. Я пролила за тебя кровь, primo, но он все равно отказался забрать тебя. Я сожалею об этом.

Я нахмурился, когда понял, что даже тогда, когда мы были едва ли больше чем детьми, она видела мои страдания и понимала, что жестокость ее собственного дома была бы предпочтительнее.

— Я не знал, — сказал я бесполезно.

— Он уже давно мертв. — Она пожала плечами, и мы обменялись взглядом, говорящим о ее тайне, связанной со смертью отца, а я воздержался от дальнейших комментариев. — И, как я уже сказала, ты помог мне, когда я в этом нуждалась, поэтому я подумала, что теперь, когда я в состоянии это сделать, могу предложить тебе свою помощь в ответ.

— Какую?

— Сказав своему боссу, что нашла тебя запертым и замученным до полусмерти, а не свободным и тратящим его деньги. Мы заявим, что тебя схватили, когда ты попытался броситься в бой за него. Я скажу, что потеряла Алонсо и Рауля Кастильо, когда пыталась тебя вернуть. Все, что нам нужно, — это тот, на кого можно свалить вину.

Я удивленно уставился на нее, задаваясь вопросом, с какой стати она предлагает мне эту ложь, эту защиту.

— Если он когда-нибудь узнает, что ты солгала…

— Это будет не первая наша общая ложь, — пренебрежительно сказала она, хотя мы оба понимали, насколько велик этот риск.

— И чего же ты хочешь от него взамен за эту услугу? — требовательно спросил Найл, и Кармен бросила на него многозначительный взгляд, потому что, конечно же, такая услуга не могла быть бесплатной.

— Я сделаю тебя одним из своих людей, — сказала она мне. — Тузом в рукаве, когда нужно разобраться с чем-то, что я не могу сделать сама. Тебе даже не придется покидать это место, если ты предпочитаешь остаться здесь, — добавила она, заметив, как я напрягся при этом предложении. — Сейчас я живу в Штатах, по крайней мере, большую часть времени. Все, чего я хочу, — это чтобы ты был на расстоянии телефонного звонка всякий раз, когда мне понадобится кто-то с твоим набором навыков.

Я медленно кивнул, понимая, о чем она просит, и неожиданно для себя легко соглашаясь с этим. В любом случае, мне всегда нравилась охота. И если она время от времени будет звонить мне и называть имя человека, которому нужно исчезнуть, я с легкостью помогу ей с этим.

— Итак, кого же ты планируешь обвинить в моем похищении? — Спросил я, потому что это было самым слабым местом в ее плане. Я мог рассказать ей правду о моем пленении у Найла, но знал, как Бруклин относится к нему, и не был настолько глуп, чтобы не поверить в ее угрозу убить себя, если с ним что-то случится. Он принадлежал ей, а значит, я не трону его, но это не оставляло мне другого выбора.

— Оооо, мы должны обвинить Анастасию и ее роковые сиськи, — с энтузиазмом предположила Бруклин.

— На самом деле, это не такая уж плохая идея, — согласился Найл. — Не конкретно Анастасию, но русских. В любом случае, Влад все равно сейчас жаждет моей крови, а мой отец оставляет мне гневные голосовые сообщения с требованием вернуться в семью, чтобы помочь уладить беспорядок, который я устроил. Думаю, он все еще хочет заключить с ними сделку, но, судя по тому, что я слышал, наши русские друзья предлагают мне выбор: брак или смерть. А поскольку я не собираюсь разводиться со своей прекрасной новой женой, я предложил им попытаться убить меня. Хотя, конечно, моя жизнь стала бы намного проще, если бы картель нагрянул и убил их всех за меня.

Я усмехнулся в ответ на его небрежное предложение натравить картель Кастильо на русскую мафию, но Кармен не выглядела столь скептичной.

— Русские уже давно создают проблемы, — задумчиво сказала она. — Они препираются из-за цены за свою долю от наших поставок и пускают пыль в глаза, постоянно пытаясь доказать свое превосходство. Я бы не возражала немного их приструнить.

— Правда? У меня появилась идея, которая спасет всех нас? — Взволнованно прошептала Бруклин, и Кармен одарила ее взглядом, в котором не было даже намека на враждебность.

— Я так понимаю, это и есть твой настоящий похититель, primo? То, как ты стоишь перед ней, говорит мне, что ты готов умереть тысячью смертей, чтобы защитить ее.

Я сдержанно кивнул, не уверенный, стоит ли пытаться оградить Бруклин от ее внимания, но, конечно же, mi sol не дала мне такого выбора. Она взволнованно бросилась вперед, протягивая руку, под ногтями которой все еще была кровь, и широко улыбнулась.

— Я Бруклин, с буквы «Б», приятно познакомиться.

Кармен пожала ее руку, даже не поморщившись при виде крови, несмотря на свой безупречный внешний вид.

— Тебе придется вернуть деньги, — добавила Кармен, глядя на меня. — Предполагаю, что они все еще у тебя?

— Да, — тяжело ответил я, зная, что она права, но по большому счету, возвращение этих денег было ценой, которую я с радостью заплатил бы и пятьдесят раз, если бы это позволило мне жить свободно с моей chica loca.

— Тебе понадобится помощь с русскими? — с любопытством спросил Найл, принимая такой поворот событий, как будто в нем не было ничего необычного. Как будто к нему каждый день приходили безжалостные убийцы, предлагая мир и заключая сделки, чтобы уничтожить крупные преступные семьи.

Если у Джека и было какое-то мнение по этому поводу, то он не высказывал его, погрузившись в молчание, как он, казалось, всегда предпочитал делать.

— Нет, — промурлыкала Кармен. — Думаю, я сама