Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

вполне уверенно делает это, с интересом оглядываясь вокруг, а потом снова дарит Блер свою шикарную улыбку. Пока сама девушка тоже слегка улыбается незнакомому ей человеку, который, однако, не видит этого, поскольку он уже уходит. А через пару секунд юная служанка прочищает горло, отбрасывает свои мысли в сторону, быстро закрывает дверь за гостем и отправляется на кухню доделывать свои дела.

Тем временем Бенджамин направляется в гостиную, в которой находит Терренс. Он отбрасывает все свои мысли в сторону, бросает взгляд в сторону и видит Паркера, который начинает испытывать небольшую неловкость, видя перед собой МакКлайфа. Пока тот с легкой улыбкой встает, ведя себя так, будто он уже давно забыл о том, что еще недавно разругался со своим другом в пух и прах.

— Привет, Терренс, — спокойно здоровается Бенджамин.

— Привет, Бенджамин, — дружелюбно произносит Терренс и пожимает Бенджамину руку в знак приветствия. — Рад тебя видеть.

— Э-э-э… Я тоже… — Бенджамин разрывает рукопожатие с Терренсом. — Извини, если я отвлек тебя от твоих дел. Но мне правда хотелось бы поговорить с тобой о том, что произошло.

— Все нормально, ты не побеспокоил меня, — спокойно отвечает Терренс. — Я и сам думал предложить тебе встретиться.

— Вот как…

— Предлагаю не терять времени и обсудить все прямо сейчас.

— Хорошо, — со скромной улыбкой пожимает плечами Бенджамин.

— Располагайся.

Терренс и Бенджамином подходят к дивану и присаживаются напротив друг друга, вроде бы и чувствуя какую-то неловкость, а вроде бы и стараясь вид, что все хорошо.

— Ну теперь можешь говорить, — разводит руками Терренс. — Я готов тебя выслушать.

— Э-э-э, я это… — почесывая затылок, задумчиво произносит Бенджамин. — Вообще-то, у меня ничего серьезного такого нет… Просто… Э-э-э…

Бенджамин резко выдыхает и тихо прокашливается.

— Я просто хочу извиниться перед тобой, — признается Бенджамин. — Прости, что тогда наехал на тебя, говорил не самые приятные вещи и начал читать лекции о том, как правильно себя вести. Я прекрасно понимаю, что каждый из нас хотел как лучше, но… В итоге мы разругались в пух и прах… Хотя лично я этого совсем не хотел.

— Все в порядке, — с легкой улыбкой машет рукой Терренс. — Я и сам хочу извиниться перед тобой за то, что начал наезжать на тебя и говорил хер знает что. Это было неправильно с моей стороны.

— Да ладно, чего уж там!

— Я не хотел как-то оскорбить или унизить тебя. И знаю, что не должен был это делать. Ведь ты был абсолютно прав. А я, идиот, не слушал и не хотел это признавать. Ты сказал все абсолютно верно.

— Да, я по-прежнему осуждаю тебя за то, что ты сделал, и не изменю свое мнение. Но это не причина для такой крупной размолвки. Так или иначе ты должен был сам разбираться с этим, а мне не нужно было вмешиваться и откровенно идти против тебя.

— Я все понимаю.

— Так что я был бы рад, если бы ты простил меня. И… Не злился за то, что я так психанул и наговорил тебе много всего, от чего волосы до сих пор дыбом встают.

— Тебе не стоит извиняться, Бенджамин, — слегка улыбается Терренс. — Ты хотел как лучше, а я… А я просто был психом … Психом, который отказывался признавать правду.

— Мне правда жаль.

— Но поверь, сейчас все иначе. Я многое осознал и переосмыслил и понимаю, что был совсем не прав.

— Ну знаешь, Терренс, если честно, ты и правда был психом. — Бенджамин бросает легкую улыбку. — Да и вообще, ты всегда был просто безбашенным.

— Ты прав, — тихо хихикает Терренс. — Уж в чем люди абсолютно правы, так это в том, что я совсем не умею контролировать себя и легко могу психануть. И то, что иногда я могу позволить себе лишнее.

— Хорошо, что ты это понимаешь.

— Но я буду делать все, чтобы этого больше не повторилось. Потому что понимаю, что могу потерять едва ли не все, если не научусь держать себя в руках.

— Может, ты и псих, но я реально соскучился по тебе. Так что… Мы можем остаться такими же веселыми друзьями и постараться не вспоминать про это недоразумение?

— О да, мы реально сумасшедшие друзья, — тихонько хихикает Терренс. — И черт… Я и сам успел соскучиться по твоим дебильным шуточкам! И рассказам о твоих любовных похождениях.

— Да и мне снова хочется поржать над тобой из-за того, что ты считаешь себя неотразимым, — по-доброму усмехается Бенджамин. — Давно я не слышал подобных вещей…

— О, черт, Паркер…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Терренс и Бенджамин скромно смеются и качают головой. Но потом Паркер протягивает МакКлайфу руку со словами:

— Ну так что, наша дальнейшая крепкая мужская дружба возможна?

— Конечно! — с легкой улыбкой восклицает Терренс. — Я прощаю тебя, а ты прости меня.

— Заметно, мужик!

Бенджамин и Терренс подтверждают свое перемирие с помощью рукопожатия, а потом, встав с дивана, со скромными смешками заключают друг друга в крепкие дружеские объятия и обмениваются легким хлопком по спине. А через несколько секунд парни отстраняются и присаживаются обратно.

— Что ж, похоже, жизнь начинает налаживаться! — с широкой улыбкой бодро отмечает Терренс.

— По тебе видно, — по-доброму усмехается Бенджамин. — Я уже заметил, что ты в очень хорошем настроении…

— Есть такое.

— Да уж… Давно я не видел тебя таким радостным.

— Просто почувствовал реальное облегчение впервые за долгое время.

— М-м-м… Полагаю, это ты так сильно обрадовался нашему примирению.

— Это лишь дополнение к тому, что произошло, — загадочно улыбается Терренс.

— Ладно, МакКлайф, ну-ка давай колись, что у тебя произошло, — уверенно говорит Бенджамин. — Говори сейчас же, если не хочешь, чтобы я сел тебе на шею и начал доставать до тех пор, пока ты во всем не признаешься.

— А со мной, дорогой мой друг,