Твое сердце будет разбито - Анна Джейн

— Почему? — удивилась мама. — С ним что-то не так?

— Он крутой! — снова вклинилась Элина. — Я его сестру знаю, она в соседнем классе учится! Все завидуют, что у нее старший брат есть!

— Да помолчи ты, — шикнула на нее Дилара. — Мам, с Лешей всё так. Он правда классный! Защищает меня, если нужно… А еще добрый.

— Тогда с нами что-то не так? — продолжала мама.

— Да со всеми всё так! Просто… Просто я боялась. Вдруг он вам не понравится? И папа запретит нам общаться, — нахмурилась Дилара. — Скажет, что Леша…

Она замолчала.

— Что скажет?.. — повернулась к ней мама.

— Что Леша не той национальности! — выпалила Дилара. — У него же вся родня считает, что замуж нужно выходить только за «своих»!

— Глупости это всё, — ответила мама. — Мы с папой нормальные современные люди. Адекватные. Поэтому просто познакомь нас со своим Лешей, раз у вас всё серьезно.

— Это ты так думаешь, ма, — не выдержала Элина. — А папа по-другому считает! Я сама слышала, как…

— Дочка, я с ним поговорю, и мы всё решим, — перебила ее мама. — Дилара, не переживай об этом. Хорошо?

— Хорошо, — кивнула девушка. После этого разговора на душе стало легче.

Праздник проходил, как обычно это бывало, шумно. В большом доме бабушки собрались близкие родственники, дяди, тети, внуки. Некоторые из двоюродных сестер и братьев Дилары уже были замужем и имели детей — привезли и их. Пришли несколько бабушкиных подруг, заглянули соседи. После официальной части с муллой сели за стол. Кто-то принес гармонику, и дом наполнился знакомыми с детства мотивами народной песни. Люди начали петь, и на душе стало как-то уютно.

Диларе вдруг подумалось — как было бы здорово приехать сюда однажды вместе с Лешей, показать ему свою большую семью, рассказать о традициях, которые еще живы благодаря пожилым родственникам. Рассказать ему, что такое большая семья. Они, конечно, неидеальные, постоянно кто-то ссорится, кто-то что-то выясняет или делит. Но если нужно выручить, деньгами помочь или связями, то все становятся друг за друга горой.

Поздно вечером, когда кто-то уже уехал, кто-то заснул, а кто-то еще сидел за столом, Дилара вышла на крыльцо. Она порядком устала быть «принеси-подай», но настроение всё равно было хорошим.

Небо было темным и чистым — россыпь звезд искрила над деревней, а встающая из-за горы луна казалась жемчужиной. Изо рта шел пар, и в воздухе пахло сырыми листьями.

Девушка хотела написать Лехе, но едва достала телефон, как он сам написал ей — на экране всплыло уведомление.

Улыбаясь, Дилара поспешила открыть сообщение в мессенджере. И улыбка медленно сползла с ее лица. Она увидела то, чего не должна была видеть. Отражения Лехи и какой-то темноволосой красотки с пухлыми губами, которые делали селфи, стоя напротив большого зеркала. Дилара узнала в ней его бывшую.

На первом фото Леха, одетый в одни лишь джинсы, обнимал девушку, а она задорно улыбалась, держа в руке его телефон.

На втором он целовал ее в шею, а она откинула голову назад, запустив пальцы в его волосы.

На третьей они целовались в губы и выглядели так, будто любили друг друга больше всего на свете.

Сообщение с фотографиями вдруг исчезли. Ошарашенная Дилара даже скрин не успела сделать.

— Что это? — прошептала она. Может быть, он хотел прислать эти фото бывшей, а случайно отправил ей? И, поняв это, удалил. Может быть, решил, что Дилара не заметит. А она сразу же открыла. И увидела.

Или эти фото отправила бывшая — например, себе. Они ведь были сделаны на его телефон. Она ошиблась и удалила. Или… не ошиблась?

Не понимая, что делать, Дилара прислонилась к стене дома. Ее пальцы тряслись, колени подкашивались, как после длительной пробежке, а в голове было пусто. Так бывает, когда что-то случилось, и ты всё еще не можешь это осознать.

Леша изменил ей? С бывшей подругой? На вечеринке Мэла?

Нет, это какая-то ошибка. Он не такой, он хороший, он честный. И никогда не поступит так с ней.

Ей нужно поговорить с ним. Услышать его голос. Понять, что это какая-то ошибка.

Селфи, на котором он и его бывшая целуются, всё еще стояли перед глазами Дилары, и она, пытаясь отогнать это воспоминание, стала набирать Леху. Тот не брал трубку. Дилара слышала лишь длинные гудки.

— Ты где? — выглянула из дома одна из сестер. — Иди помогать!

— Сейчас, — прошептала она.

Ее хватило на то, чтобы вернуться в дом и с каменным лицом начать мыть посуду. Эмоции будто заморозили, Дилара почти ничего не чувствовала, но несколько раз украдкой снова пыталась дозвониться до парня. Не получилось.

Вновь выйдя на улицу, она стала писать Полине — единственной подруге, но та не отвечала. Спала. Тогда Дилара в который раз вновь попыталась дозвониться до Лехи. На этот раз трубку взяли. Это был тот самый Мэл, Миша Эльяшев, парень из параллельного класса, на тусовку к которому пошел Леха. Он играл в школьной баскетбольной команде. Леха, оказывается, тоже когда-то играл. Потом ему надоело. Ушел.

— Где Леша? — спросила Дилара нервно.

— Спит, — не сразу, но ответил Мэл. Его голос показался девушке подозрительным.

— И давно?

— Ну да. Вроде. Не знаю.

— Скажи правду, — срывающимся голосом попросила Дилара.

— Я правду говорю… Спит…

— Один?

— Ну… Наверное. Слушай, я вообще тут ни при чем.

— Пожалуйста… Я очень тебя прошу, Миша. Скажи, что происходит?

— Он перебрал, — нехотя признался Мэл. — Стал с бывшей зажигать. Они сейчас у меня в комнате. Только не говори Лехе, что это я тебя сдал, — спохватился он. — Иначе он меня убьет.

Дилара с тихим стоном опустилась на ступеньку крыльца. Слова Мэла были словно кинжалы — каждое больно ранило прямо в сердце.

Как он мог? Как мог?..

— Ты не скажешь ведь? — заволновался Мэл.

— Не скажу, — глухо ответила Дилара. — Ты можешь его позвать к телефону?

— Нет, я им мешать не стану, сорян. Говорю же, он перебрал и не в себе. С головой не дружит.

— Ладно. Хорошо. Спасибо. — С этими словами Дилара отключилась. Ее эмоции больше не сковывал лед — и они прорвались вместе со слезами, которые катились по