Мистер-Костюм - Лулу Мур

работала волонтером в нескольких благотворительных организациях и советах директоров. Она хорошо тратила в пределах того, что могла бы сделать женщина, имеющая доступ к миллиардам, если ты это имеешь в виду.

— Значит, двадцати миллионов будет достаточно?

— Возможно, если он был правильно вложен. Но это не главное; она милая женщина и заслуживает всего этого.

— Конечно, нет, но я пытаюсь проникнуть в их головы. — Он почесал подбородок, как он думал. — Я пойду с тобой, когда ты поговоришь с детьми, осмотришь дом и посмотрю, смогу ли я найти что-нибудь, о чем они и не подумали бы.

— Спасибо. Я позвоню им и сообщу. — Я вскочил, внезапно мне понадобилось место для размышлений — подальше от экрана, где снова появилось лицо Бьюлы. — Хорошо, я буду наверху. Коди, дай мне знать, как только найдешь что-нибудь новое?

— Будет сделано, босс.

Я бросил бутылку с водой в мусорное ведро и направился к лифту, расположенному в противоположном конце комнаты. Когда я переоборудовал подвал для Коди, я установил лифт, который доставил меня прямо в мой офис, где двери были спрятаны за набором полок, на которых среди прочего стояли все мои старые книги по юриспруденции. Я до сих пор испытывал некоторую спешку всякий раз, когда использовал его, потому что это было чертовски круто; Я также хотел бы отдать должное за то, что он у меня есть, но эта честь, очевидно, досталась Пенну, потому что «Раферти, если ты собираешься иметь пещеру летучих мышей, тогда тебе нужен чертовски крутой способ добраться туда, который не требует спускаться по лестнице…»

Двери открылись, и я сел на диван как раз в тот момент, когда моя личная помощница прошла через двери, подпрыгивая от шока, когда она заметила меня.

— О, ты здесь. Я писал тебе, куда ты пропал? Я искал тебя.

— У меня была встреча.

Она начала постукивать ногой по полу, что обычно означало, что меня вот-вот отчитают. — Ничего не было запланировано.

Сабрина была самым эффективным человеком, которого я когда-либо встречал, и управляла моим календарем с жесткостью, которой могла бы гордиться даже Джоан. Она еще не достигла уровня недовольства или презрения Джоанны, потому что ей было всего двадцать семь, но, без сомнения, скоро до него доберется. Единственным недостатком эффективности Сабрины было то, что ей нравилось знать обо всем, что происходит. Но, учитывая, что Коди был секретным активом, а работа, которую он проводил, определенно не была честной, чем меньше людей знали об этом, тем лучше. Хотя не раз она чуть не поймала меня на выходе из лифта. Думаю, мне удалось убедить ее, что это экспресс-лифт, ведущий на мою частную парковку, но я не был до конца уверен. Мне действительно нужно было начать запирать свою дверь, но это не помешало бы ей увидеть, что у нее есть ключ.

— Извини, я забыл тебе сказать. Я ухмыльнулся.

— Вы знаете, что моя работа состоит в том, чтобы управлять вашим днем? Потому что, когда ты не рассказываешь мне о встречах, которые сам же и устроил, с этим действительно трудно справиться, а потом остаток дня превращается в хаос, — многозначительно ответила она, но сумела сдержать фырканье раздражения, я знал, что она хотел отпустить.

Честно говоря, мои дни были заняты, и она избавила меня от всех головных болей, которые я испытал бы, пытаясь справиться с этим самостоятельно. Также, справедливости ради, она продержалась на этой работе дольше, чем кто-либо другой. Мои часы были нерегулярными, и, как обычно, мальчики, как правило, заглядывали, когда хотели, что не помогало, когда мои последние два помощника оба влюбились в Пенна, поэтому, когда он появился, это привело к тому, что работы не было. сделано на остаток дня. К счастью, Сабрина казалась слишком благоразумной, чтобы поддаться его мальчишескому обаянию.

— Я положил ваши файлы на ваш стол. Еще один файл прибыл из FSJ, поэтому я отправил его следственной группе, и вам позвонила Беула Холмс и сказала, что она хочет, чтобы вы вернулись как можно скорее.

Моя голова ударилась о раструб большого торшера, свисавшего с края дивана, когда я попыталась встать.

— Блядь! — Я сильно потер ее, не обращая внимания на лицо Сабрины, которое отражало взгляды Диего и Коди ранее. Мне действительно нужно было собраться. — Беула Холмс звонила сюда?

Ее глаза сузились от замешательства, затем она проверила блокнот, который всегда носила с собой. — Да. Она ведет дело о разводе с Мейнардами, не так ли?

— Да. Но она позвонила сюда, чтобы поговорить со мной? На самом деле она, а не кто-то из ее команды?

Она стояла и изучала меня, а я ждал, что она ответит, что да, это был один из ее команды, потому что звонок Беулы Холмс может означать только неприятности. Но она этого не сделала.

— Это ее номер, чтобы вернуться, когда вы будете готовы. — Она положила синюю заклейку рядом с моим телефоном и вышла, но не раньше, чем бросила на меня взгляд, похожий на жалость.

Я схватила стикер и изучила его. Во что, черт возьми, играла Беула?

Не было чем-то неслыханным звонить адвокату противной стороны во время переговоров. На самом деле это было нормально, особенно когда предполагалось, что имущество будет разделено полюбовно. Но это было не то. Это была плотоядная горгулья, замаскированная под белый флаг, и мне нужно было приблизиться к ней в радиусе десяти миль, прежде чем она убьет нас.

К сожалению, Манхэттен был не таким большим.

Беула тоже не из тех, кто звонит; она заставит одного из своих миньонов сделать это. Это было началом игры, а у меня были годы опыта работы с играми Бьюлы. Годы.

Я сел за свой стол, перебирая между пальцами стикер, и смотрел на город внизу. Моя фирма начиналась как бесплатное подразделение Latham's. Когда я закончил учебу и начал работать со своим отцом, я сделал то, что должен был сделать любой выпускник юридического факультета, — отработал несколько часов на безвозмездной основе, чтобы пройти через адвокатуру. Однако чего я никак не ожидал, так это влюбиться в него так сильно, как влюбился. Помощь людям, разнообразие работы и дел, обучение. Это то, чем должны были заниматься все, за исключением того, что зарплаты обычно были дерьмовыми, поэтому, отработав какое-то время, они неизбежно уходили в крупные фирмы, чтобы погасить свои огромные студенческие кредиты.

Поэтому я подал прошение моему отцу. Я аргументировал свое дело тем, что он разрешил мне работать исключительно на безвозмездной основе. Он согласился на один год, за