Вызов мне - Элла Франк

в их мыслях, что я этот пожарный-натурал и придурок, который обвёл их друга вокруг пальца и оставил с разбитым сердцем, не давало мне покоя. Всё было не так, и мне хотелось прояснить это его друзьям.

— Я бы с этим согласился, — я кивнул Лукасу, который всё ещё смотрел на меня со здоровой долей скепсиса. — Но опять же, если кто и умеет пользоваться магией, то, думаю, это Баш. В конце концов, он ведь умеет взять и исчезнуть.

Джексон выгнул бровь, глядя на Лукаса, и пожал плечами, будто говоря: «Он не ошибается». Затем я повернулся обратно к Башу и потянулся за бутылкой шампанского, которую он до сих сжимал в руке.

— Если когда-либо и было время, когда мне нужно было, чтобы ты налил мне выпить, — сказал я, — то это сейчас.

С покрасневшими щеками, тёмные волосы Баша и в остальном бледная кожа соединялись в ошеломляющую картину, и мне хотелось протянуть руку и провести пальцем по его разгорячённой щеке.

Затем он облизал свои намазанные блеском губы и прошептал:

— Как ты вообще сейчас здесь оказался?

— На «Дельте» была распродажа.

— Что ж, спасибо, «Дельта», — Баш потянулся, будто собирался коснуться моего лица, но передумал и опустил руку. — Ты даже ещё красивее, чем я помню, — затем он повернулся к своим друзьям, указывая на них бутылкой шампанского, как обвинительным пальцем. — Я же говорил вам, что он настоящий. Будто я бы когда-нибудь ступил так низко, чтобы выдумать мужчину.

— Лукас был единственным, кто сомневался, — сказал Шоу.

— Ага, — нахмурился Лукас. — Будто вы все об этом не думали.

— Эх вы, маловеры. Вы разве ещё не знаете, что не нужно меня недооценивать? Я не лжец, — сказал Баш.

— Со всей справедливостью, ты показал нам фотографию, но она не отдала ему должное, — Трент чёртов Нокс подмигнул — подмигнул — мне, и я чуть не потерял клетки своего мозга, пока не понял, что он только что сказал.

— Ты показал им мою личную фотографию? — спросил я.

У Баша отвила челюсть.

— Такого я не делал. Шоу заломал меня и украл мой телефон.

— О, так ты не удалил мою фотографию? Только мой номер?

— Это не то, что... Я не... Ты искажаешь мои слова, — Баш потёр виски. — Я не могу мыслить прямо. Может, мне нужно ещё выпить.

— Детка, ты никогда не думаешь прямо, — сказал Шоу. — Не вини шампанское.

Я мысленно вернулся к тому моменту, когда Баш был совсем в хлам и всё равно смог устроить для меня шоу на каблуках. Алкоголь никак не мог привести его в замешательство. Скорее это делало его ещё смелее, поэтому было интересно, отчего он так растерялся.

Баш посмотрел мне в глаза.

— Конечно, я ничего не удалял. Ни твою фотографию, ни твой номер.

— Чуть меня не обманул.

— Никто никого не обманывает, — сказал Лукас. — Он не переставал говорит о тебе с тех пор, как вы встретились.

— Что ж, думаю, это приятный сюрприз, — Джексон улыбнулся мне и наклонил голову на бок. — Но, без обид, почему ты здесь?

Я не собирался выкладывать всё друзьям Баша прямо здесь и сейчас. Я не ждал инквизиции, только надеялся добраться до Южного Хэйвена и увидеть Баша. Найти его здесь и в окружении лучших друзей было не идеальной ситуацией для того, что я хотел ему сказать.

— Уверен, в конце концов вы это узнаете, — ответил я. — Но я бы хотел сначала поговорить с Башем. Наедине.

Шоу кивнул.

— Логично.

— Логично, чтоб меня, — Лукас наклонился вперёд и сузил глаза. — Если ты приехал аж сюда, чтобы разбить ему сердце или снова запудрить ему мозги, клянусь богу, я...

Джексон спас ситуацию, закрыв рукой рот Лукаса и прошептав что-то ему на ухо, и после долгого мгновения Лукас закатил глаза и кивнул.

— Ладно, — пробормотал он, и Джексон опустил руку. — Я постараюсь — и ключевое слово «постараюсь» — не набить тебе морду.

Я не удержался и фыркнул, глядя на свой слинг.

— Я сейчас не на все сто процентов способен постоять за себя, хотя чуть не вырубил Сандерсона, так что никогда не угадаешь.

— Сандерсона? — Баш нахмурился. — Вы подрались? Когда?

— В пятницу. Меня отстранили, его уволили, и вот я здесь.

Челюсть Баша отвисла чуть ли не до самого пола, но он быстро стряхнул с себя ступор.

— Ладно, на этой ноте, думаю, нужно взять этот французский тост с собой. Очевидно, нам многое нужно обсудить.

— Подожди, вы не можете сейчас уйти. Как раз самое интересное начиналось, — сказал Лукас.

— Закрой рот, — Шоу устремил взгляд в сторону Лукаса, и этого явно было достаточно, чтобы заставить разговорчивого парня умолкнуть. — Баш?

— Хмм? — отозвался Баш, не отводя взгляда от меня.

— Может мы с Трентом подвезём вас двоих домой, раз ты живёшь прямо по-соседству?

Я не мог сказать, что не рад, что они с Трентом соседи Баша, но...

— На самом деле, я припарковал арендованную машину у входа на пляж. Так что, может вы могли бы подвезти нас только туда? — Шоу кивнул, и я повернулся к Башу. — Ты не против?

Баш моргнул, глядя на меня.

— Не против чего?

— Если я зайду к тебе домой?

За столом раздались смешки.

— Довольно уверен, что ты можешь войти куда угодно, лишь бы он мог посмотреть.

Боже, у этого Лукаса точно был длинный язык, но сейчас я не обращал на него никакого внимания. Баш поднялся на ноги, и когда он немного пошатнулся, я встал и взял его за локоть.

Он опустил взгляд на мою руку, а затем поднял обратно на лицо, в его глазах кружилась надежда.

— Снова меня спасаешь, лейтенант?

— Похоже, с тобой это норма.

Мы стояли так несколько секунд, не желая пока разрывать связь. Когда появилась официантка с моим тостом, Баш наконец отвёл взгляд, хмурясь на восхитительно выглядящую еду.

— О нет, мы забыли сказать, что возьмём это с собой.

— Всё нормально...

— Мои извинения, Озорная. Нам понадобится упаковка, пожалуйста.

Когда она ушла, чтобы упаковать тарелку, Баш провёл ладонью вверх по моей руке. Прикосновение было знакомым, но странным, учитывая обстоятельства.

— Ты правда здесь, верно? Это не какая-то пьяная галлюцинация, которую я перестану видеть завтра утром и захочу утопиться в реке, только чтобы меня съели крокодилы?

— Я правда здесь.

— И ты хочешь, чтобы я отвёз тебя домой? К себе домой?

— Думаю, наверное, это хорошая идея.

Баш кивнул и опустил руку, его настроение как всегда менялось от условий.

— Хорошо, давай сделаем это.

— Вы, ребята, может идите? С этим я разберусь, — сказал Джексон, когда Ванда