Порочные соседи для булочки - Бетти Алая

— Больно? — не понимает друг.

— Нет! Продолжай! — стонет булочка, кусая губки. — Мне хорошо…

— Отлично! Матвей…

— Понял, — наконец-то настал мой час.

Толкаюсь между неприлично мокрых и горячих складочек. В Стеше еще более узко, чем до этого…

И попка занята. Мы переглядываемся. Я начинаю двигаться, медленно и осторожно. Все мышцы напряжены, быстро покрываюсь испариной.

А малышка снова где-то в небесах. Ее глазки закатываются, с губ слетают стоны и крики.

— Еще! Еще! Боже мой! — сходит с ума от наших членов внутри.

— Отлично, — рычу, — активнее давай.

— Понял, — Стас выходит из тугой попки, затем снова врывается.

Распахивает нашу девочку. Она падает на меня, выпячивает попку. Накрываю ее грудь ладонью. Второй глажу по блондинистой гриве.

— Вот так… хорошо…, а теперь побыстрее, — хрипит Стас, наращивая темп.

Я замедляюсь, пытаюсь прочувствовать свою малышку. Стеша податлива, позволяет нам всё. Раскрывается.

Кровать шатается под нашим перевозбужденным трио. Но если даже она сломается, мы не заметим… это ведь пиздец какой кайф! Новые ощущения! Невероятно!

— Сука… — рычу, — не могу больше…

— Ммм! Матвей… я… — Стеша снова пугается, — что со мной?

— Что такое?

— Я странно себя… ммм… чувствую… я… АААХ! — после очередного толчка в ее попке, девушка сжимается до невозможности.

Не выдерживаю и сливаю прямо в ее киску. А Стеша бурно кончает, из ее киски вырывается мощная струя, заливает меня.

И постель…

— Вот оно что… — с трудом произношу каждое слово, — это сквирт, детка…

— Ты ахуенная, — рычит Стас, делает еще пару толчков, и Стеша снова кончает струей.

Ее глаза закатываются, киска выталкивает мою сперму. Безумие какое-то! Слишком здорово…

— Бляядь! — друг рычит, затем выходит из попки и кончает на нежные булочки.

Стеша падает на меня, я продолжаю гладить ее по голове. Стас тыкается носом в ее спинку. Она вся нежная, открытая. Моя любимая девочка. Малышка всхлипывает.

— Я люблю вас… по-моему… люблю…

Глава 17

Стас

Беру красную клубничку со стола. Слегка ввожу в киску своей булочки. Она дрожит, стонет. Но получается тяжело, ведь ее ротик занят членом Матвея.

Погружаю ягоду глубже, раскрываю нежное лоно моей девочки.

Сейчас глубокий вечер. Мы в домике, кровать наполовину уничтожена. Мы трахали булочку до обеда.

Брали вместе, по очереди. Терзали сладкие дырочки. Нахуй забыли про презервативы…

Вся простынь мокрая, ведь Стеша божественно сквиртует.

— Ммм! — малышка выгибается, я кручу клубнику прямо в ней, чтобы как следует обмакнуть в густом соке.

— Стас… прекратииии! — стонет, тяжело дышит.

— Мэт, почему у неё рот свободен? — рычу, наслаждаясь, как алая мякоть покрывается прозрачной смазкой.

Я голодный. Но обычная еда мне совершенно неинтересна. Хочу сожрать свою девочку. Всегда брезговал оральным сексом с женщиной. А теперь готов лизать без остановки.

Фантазия подкидывает порочные идеи.

Одна из них — съесть покрытую булочкиной смазкой ягоду. Это я и делаю…

— Мне там достанется? — друг методично вбивает член в ротик нашей малышки.

— Не знаю… тут очень много, — легким мазком языка дразню клитор, Стеша вздрагивает, — но это всё моё.

— А хуй тебе, — рычит Мэт, — сукааа! Ахуенно просто!

Прикрывает глаза, снова кончает. Булочка выпивает всё. Такая она сейчас нежная. Молочная кожа вся в засосах, укусах и следах наших жадных пальцев.

Наши яйца полностью пустые. Мы накачали Стешу спермой до самых краев.

Вытаскиваю ягоду, надкусываю.

— Смотри на меня, детка… — хриплю, она опускает затуманенный взгляд.

— Ты извращенец, Стас… — выдыхает, но смотрит, не отрываясь.

— Знаю, — ухмыляюсь, закидываю в рот клубничку.

Солоноватый вкус ласкает мои рецепторы.

Забираюсь на Стешу сверху. Смотрю на красивое личико.

— Я хочу тебя, — шепчу, — пиздец как…

— Опять? — устало спрашивает. — Я тела не чувствую.

— Но не могу, — падаю на булочку, зарываюсь лицом в ее волосы.

Мы все взмокшие от этого безумного секс-марафона. Член болит уже весь стертый.

А Стеша не может свести ноги. Вот что значит голодные мужики…

— Пошли в душ, — Матвей, качаясь, встает с постели.

Потягивается. Я слезаю с кровати. Жадно рассматриваю сочное тело нашей женщины. Но Стеша вдруг краснеет и зачем-то начинает натягивать на себя одеяло. Срываю его, подныриваю руками под булочку и поднимаю ее.

— Я тебя отнесу, моя богиня, — мурчу.

— Отпусти, я тяжелая, — смущается булочка.

— Нет, — отрезаю.

Она совершенно не тяжелая. Да и я не дохляк какой-нибудь. После знакомства с булочкой у меня словно крылья выросли, и сила увеличилась кратно.

— Стааас! — хихикает Стеша, когда я вношу ее в ванную.

В наших отелях везде душевая кабинка. Но в люксах мы поставили джакузи. Переглядываемся с другом.

— Врубай, — командую, он идет подключать ванну с пузырьками, — сейчас мы как следует помоем нашу малышку.

— Я не привыкла, — Стеша ерзает, не знает, куда руки деть.

— Обними меня, — шепчу, целую ее в алую щечку.

Я влюблен. Вот пиздец мне просто снесло башню. Одна красавица и Стас Назаров поплыл. Но Стешка не обычная. Она невероятно милая. И красивая…

Её хочется касаться, сжимать в руках, смущать сладкими словечками.

— Моя малышка, — мурчу, не помня себя от радости.

В моей крови зашкаливает эндорфин. Почти целый день умопомрачительного горячего секса с отзывчивой и сексуальной пышечкой. Сука, мужики очень многое теряют, отбраковывая таких неформатных женщин.

Стеша открытая, и ей явно нравится секс. Она даже смогла расшевелить моего холодного друга.

Мэт вообще редко заводил с женщинами отношения.

Тем временем Матвей набирает воду. Мы все голые, кстати. Водичка в ванной начинает бурлить.

— Воот! Можно запускать нашу русалочку, — облизывается.

— Сейчас, детка… вот так, — ставлю Стешу ножками в ванную, — ложись.

— А вы? — хлопает пушистыми ресницами.

— И мы, — ухмыляюсь.

Она осторожно садится. Не могу оторвать взгляд от ее сочной груди. Член снова приподнимается. Но вряд ли я что-то смогу после пяти раз к ряду. Я, конечно, сексуально активный мужчина… однако…

Мозг продолжает пускать импульсы к члену.

Забираемся с Мэтом к нашей девочке. Усаживаемся по обе стороны. Обнимаю булочку.

— Вот это жизнь, — выдыхаю, — когда можно оставить всю херню за дверью и наслаждаться самой лучшей девочкой.

— Вы правда так считаете? — спрашивает, в нежном голосе промелькивает горечь. — Сейчас придете в себя и…

— Что и? — беру девушку за подбородок, разворачиваю к себе личиком.

— Забудете обо мне, — лепечет, глаза увлажняются.

А что, собственно, случилось? Мы с Мэтом переглядываемся.

— Не забудем. И в себя не придем…

— Почему вы так уверены? Может, это просто гормоны?

— Поздновато нам уже гормонами баловаться, — хмыкает Матвей, — у нас всё серьезно.

— Но мы так мало знакомы!

Слышу сомнение, страх. Стеша боится быть использованной и обманутой. Я прекрасно понимаю, почему…

— Мы не такие,