Принцесса в Бодунах - Ольга Сергеевна Рузанова

Из посетителей только я, Антон и бабуля, решающая, какой навесной замок купить для своего сарая.

Продавец — консультант за прилавком, невысокая полная женщина с такими длинными нарощенными ресницами, что в распахнутом виде они полностью закрывают брови, пристально следит за каждым моим движением. Словно я приехала сюда с намерением украсть пластиковую поливалку или сложенные пирамидкой коробки со спичками.

— Где у вас здесь отдел уходовой косметики?

— Какой косметики?.. — переспрашивает она.

Изучающий сваленные в кучу на полке какие-то железяки Антон поднимает голову и смотрит на меня.

— Шампуни, кремы, кондиционеры, — поясняю со вздохом.

Уже ничто не сможет улучшить моего настроения, но я должна взять из этой поездки максимум из возможного.

— Там, — показывает рукой влево.

Деревянный дощатый пол скрипит под моими ногами, когда я иду в указанном ею направлении. Мои натянутые как струны нервы — тоже. Интуиция подсказывает, что я не увижу на полках знакомые бренды, и она оказывается права.

Шумту, Винея и Клисс Гур гордо демонстрируют криво наклеенные этикетки. Мои от природы здоровые густые волосы встают дыбом.

— Что это?!.. — шепчу еле слышно, остановившись взглядом на линейке шампуней в желтых флаконах.

— Где? — раздается за спиной голос Иуды.

— Вот... Яичный, Крапива, Береза... Что это, Антон?

— Из какой дыры ты ее привез? — хмыкает продавец, наклонившись вперед и придавив грудью прилавок, — Она не местная, что ли?.. Впервые в приличном магазине?

— Она в восторге. Да, Вася?

В диком. Настолько бешеном, что забыла, как буквы в слова складываются.

Опускаю глаза на полку ниже и вижу уже знакомый мне Волшебный шлем, а также Зефирное облако, Ауру сияния и Шелковую корону.

— Дайте мне самый лучший шампунь из имеющихся, — прошу дрожащим от потрясения голосом.

— Денег-то хватит? — язвит женщина, ставя на прилавок передо мной литровую бутылку Пентина.

— Если у меня от него вывалятся волосы...

— Тю-ю-ю... Ты мне угрожаешь? — перебивает, хлопая черными густыми ресницами.

— Нет, просто...

— Короста, — перебивает она и спрашивает, — Еще что-нибудь брать будете?

Будь моя воля, я летела бы из этого торгового центра так, что ветер в ушах свистел бы, но в происходящем моей воли нет. Поэтому мне приходится выбрать крем на основе козьей сыворотки, расческу и бритвенный станок.

Но если я думала, что меня больше ничем не удивить, то очень сильно ошибалась. Настоящая истерика едва не случается, когда продавец вываливает передо мной целый ворох нижнего белья.

— Нормального нет?.. — шепчу тихо.

— Нормальные трусы, — оскорбляется она, — Хоть в цветочек, хоть в горох.

— Отвернись, — шиплю открыто потешающемуся надо мной Баженову.

Он уходит в отдел, на полках которого расставлены кастрюли и стеклянные банки, а я потерянно смотрю на разложенное передо мной великолепие.

Становится смешно и страшно одновременно, когда я представляю себя в этом.

Перебирая трусы, наконец останавливаю свой выбор на двух из них. Одних в мелкий розовый цветочек, вторых — с мультяшным попугаем на передней части.

— Это детские, — комментирует женщина.

— Я влезу.

Кроме белья покупаю упаковку прокладок, размером больше напоминающих подгузники для новорожденных, и, о чудо, тампоны, которые она достает из-под прилавка с видом, словно это контрабанда.

Добавляю к набору зубную щетку и пасту «Белый клык», а также два разных по размеру полотенца с подсолнухами.

— Обувь? — спрашиваю, особо ни на что не надеясь.

Важно проплывая за прилавками мимо Антона, она ведет меня в противоположный конец своего торгового центра.

— Сапоги резиновые, кирзовые, калоши, тапки и... вот — показывая рукой, делает акцент голосом, — Модные туфли. Лаковые и с каблуком. Хоть в кино, хоть на вечернюю прогулку с кавалером... Примеришь?

Из горла рвется истеричный смех, когда я смотрю на явно не новые туфли на высоком квадратном каблуке и с широким ремешком.

— Кроссовки?.. Кеды?

— На кой они тебе? — поджимает губы, — Спортсменка, что ли?

— Антон! — зову Баженова, — Оплати счет.

Он подходит, вытаскивает из заднего кармана джинсов наличку, а я, забрав покупки, выхожу на улицу.

От шока или от отсутствия в желудке обещанного ему капучино кружится голова.

Я бросаю пакет на заднее сидение и залезаю в машину.

— Все купила? — спрашивает Антон, садясь за руль.

— Ты издеваешься?

— Нет. Если хочешь, могу завезти на местный рынок.

— Не надо, умоляю! — складываю ладони в молитвенном жесте, — Мне впечатлений от торгового центра «У Галины» на всю оставшуюся жизнь хватит.

— Ну, да... — чешет подбородок, — Вряд ли в твоем списке есть грибы и свиные потроха.

По телу проходит волна дрожи.

— Поехали домой, пожалуйста, — шепчу неживым голосом, прикрывая глаза.

— Здесь неподалеку есть чебуречная...

— Нет!

— Таких вкусных чебуреков ты не попробуешь никогда, — продолжает он.

— Я не ем чебуреки, Антон! Это ужасно!..

— Из свежего мяса. Такие сочные, что язык проглотишь...

Мой желудок требовательно сжимается. Я закрываю глаза ладонью.

— С золотистой хрустящей корочкой...

— Ладно! — выкрикиваю, заглушая урчание в животе, — Вези в свою чебуречную.

Глава 15

Василина

Демонстрируя обиду и разочарование, я отворачиваюсь к окну и очень громко молчу. Вздыхаю тихонько, но так, чтобы Баженов слышал. Рисую пальцем решетки на стекле, как символ моего состояния, и делаю это так, чтобы он видел. Пусть знает, до чего меня довел.

— Так, что на счет кино? — спрашивает спустя две минуты гробовой тишины, — Сводишь меня в городской кинотеатр?

— К вам в райцентр привозят.

Настрой дружить с ним угас пропорционально моему удовольствию от шоппинга. Он мог хотя бы подготовить меня к нему морально. Но нет — едва не довел до инсульта!

И сейчас сидит и посмеивается.

Зловредный тип.

— Ладно, не дуйся, — говорит, наконец, — Обещаю что-нибудь придумать на счет твоих кроссовок.

— Что?! — вскидываюсь я, — Сделаешь сам из обрезанных резиновых сапог?

— Я что-нибудь придумаю, — повторяет он ровно.

Фыркаю и вдруг вижу ту самую чебуречную с названием «Чебуреки для утехи. Чай, пиво, водка».

Значит, и тут кофе нет.

Внешнее и внутреннее убранство очень похоже на торговый центр Галины. Та же занавеска на входе и скрипучие деревянные полы. Пахнет сплошным холестерином, но до того аппетитно, что мой рот наполняется слюной.

Я прощу себе этот чебурек, да. Я получила психологическую травму и имею право на маленькое преступление против фигуры.

Антон усаживает меня за застеленный клеенкой стол у окна и уходит заказать для нас два чебурека. Сложив руки на коленях, я вздыхаю. Интересно, чем я занималась бы сейчас на Бали?.. Медитировала бы или купалась в море?

Вынув телефон из заднего кармана джинсов, я вдруг понимаю, что здесь есть интернет!

Мамочки!.. Ударивший в голову адреналин отдает дрожью в руки.

В личке